Читать и слушать книги
В мире, где переплетаются судьбы людей и эльфов, рождается история о предательстве и искуплении. В ночь полнолуния повитуха Хильда совершает роковую сделку с древней ведьмой, не подозревая, какие последствия ждут её семью и весь мир.
Судьба двух детей меняется местами в результате древнего ритуала. Человеческая девочка Нэзе оказывается в мире бессмертных эльфов, а подменыш-тролль занимает её место среди людей. Каждый из них должен пройти свой путь, чтобы узнать правду о своём происхождении и найти своё место в мире.
Среди древних лесов и эльфийских чертогов, в мире, где магия и предательство идут рука об руку, разворачивается история о любви и ненависти, о долге и выборе. Сильный воин Сигурд, не подозревая о своём истинном происхождении, становится частью этой запутанной истории, где каждый выбор может стать роковым.
В центре повествования — столкновение двух миров, где человеческие страсти переплетаются с эльфийской магией, а древние пророчества определяют судьбы целых народо
Судьба двух детей меняется местами в результате древнего ритуала. Человеческая девочка Нэзе оказывается в мире бессмертных эльфов, а подменыш-тролль занимает её место среди людей. Каждый из них должен пройти свой путь, чтобы узнать правду о своём происхождении и найти своё место в мире.
Среди древних лесов и эльфийских чертогов, в мире, где магия и предательство идут рука об руку, разворачивается история о любви и ненависти, о долге и выборе. Сильный воин Сигурд, не подозревая о своём истинном происхождении, становится частью этой запутанной истории, где каждый выбор может стать роковым.
В центре повествования — столкновение двух миров, где человеческие страсти переплетаются с эльфийской магией, а древние пророчества определяют судьбы целых народо
Он разрушил мой мир. Лишил меня мужа. Принудил к браку. Я уйду от него любой ценой! Если для этого обязательным условием является рождение двоих детей, пусть будет так.
Она свела меня с ума. Не дождалась меня и выскочила замуж. Сейчас я ей времени не дам. Пока к ней опять кто-то не посватался, а она на зло мне не согласилась. Пусть я принимаю решение за нас двоих. Но оно правильное.
Она свела меня с ума. Не дождалась меня и выскочила замуж. Сейчас я ей времени не дам. Пока к ней опять кто-то не посватался, а она на зло мне не согласилась. Пусть я принимаю решение за нас двоих. Но оно правильное.
В игре, в ней как в природе, необходим баланс, иначе играть будет неинтересно, да и закончится она быстро. Только вот равновесие, оно в противостоянии, в противоборстве двух сторон. А если нет места ни в одной фракции, а игра для тебя жизнь? Вот тогда и приходится медленно и упорно выстраивать третью сторону. А почему нет, три точки опоры всегда лучше. И мир покоится на трёх слонах, и у дракона три головы, да и табуретка на трёх ногах не качается! Хоть у кого спросите…
Практика курсанта-искателя Екатерины Балашовой окончилась непредвиденным и опасным возвращением в свою реальность и время. Но разве можно забыть землю, на которой необыкновенные люди существуют бок о бок со сказочными существами? Разве можно довольствоваться скучными буднями, если пережил настоящие приключения и настоящую любовь, которая, кажется, так и останется единственной? Разве можно принадлежать другому, если сердце не хочет отогреваться?
Катя так и жила бы - не живя, если бы однажды не нависла над нею и самым близким Балашовой человеком опасность, от которой есть лишь одно спасение - бегство…
Перед вами история со старыми и совершенно новыми персонажами. А всё начиналось здесь: https://litmarket.ru/books/borotsya-i-iskat-3.
Катя так и жила бы - не живя, если бы однажды не нависла над нею и самым близким Балашовой человеком опасность, от которой есть лишь одно спасение - бегство…
Перед вами история со старыми и совершенно новыми персонажами. А всё начиналось здесь: https://litmarket.ru/books/borotsya-i-iskat-3.
Испокон веков красны девицы мечтают о суженом-ряженом. И некоторым даже везет повстречать настоящего добра молодца. Но если ты давно не девица, а вовсе даже вдовица, судьба наверняка посмеется и вместо молодца подсунет в лихую годину пожилого монаха на сивом мерине. И что прикажете делать с таким подарочком? Но почему бы не довериться судьбе, да не отправиться заветным путем, особенно если терять уже нечего?
Вдруг по дороге выяснится, что все вокруг не совсем такое, каким кажется?
Вдруг по дороге выяснится, что все вокруг не совсем такое, каким кажется?
Участвует в конкурсе:
Мало мне было очнуться в теле девушки, которую жестоко изнасиловали. Я знаю всё, что она чувствовала перед смертью. Зачем сохранили память жертвы? Знаний о мире нет, а тут ещё как снег на голову – магия и личный фамильяр. Интерес королевской семьи к моей судьбе помогает, но какую придётся заплатить цену?
Он — Раймир, Демон Дома Нар‑Шах. Его боятся мужчины дома, его уважают и опасаются, его силу признают все. Он — старший муж её темнейшества, её опора и тень за спиной.
Но его судьба никогда не принадлежала ему. Рождённый свободным, он прожил жизнь в плену чужих замыслов. Новое рабство, принятое как спасение, обернулось новой цепью.
Анника, госпожа Нар‑Шах, ведёт свою игру. Её внимание — испытание, её близость — ловушка. Она испытывает Раймира, проверяя границы его терпения и верности.
Это история борьбы: между долгом и свободой, между верностью и самоуважением, между желанием принадлежать и жаждой быть самим собой. Это история Раймира.
Но его судьба никогда не принадлежала ему. Рождённый свободным, он прожил жизнь в плену чужих замыслов. Новое рабство, принятое как спасение, обернулось новой цепью.
Анника, госпожа Нар‑Шах, ведёт свою игру. Её внимание — испытание, её близость — ловушка. Она испытывает Раймира, проверяя границы его терпения и верности.
Это история борьбы: между долгом и свободой, между верностью и самоуважением, между желанием принадлежать и жаждой быть самим собой. Это история Раймира.
- Девятнадцатое февраля. В этот день после шести часов вечера живым в нашу школу вход воспрещён, – самым будничным тоном, как о само собой разумеющемся, сказал Митя.
- П…почему? – заикаясь, спросила я. – Ты чего – чокнулся?
- Давай присядем, – Митя указал мне на ступеньки лестницы, ведущей к чердаку. – Вот тут прямо и сядем, где ты сидела. Ты только не пугайся. У нас такое уже бывало. Вообще я стараюсь за этим приглядывать. А Ия Петровна мне помогает.
- Боже мой! – бормотала я, чувствуя, что схожу с ума. – Что же это значит? Они что, все уже умерли? Так, что ли, выходит?
- Именно так и выходит, – спокойно согласился Митя.
- Ну а ты… ты-то ведь, по крайней мере… живой?
- Как тебе сказать, – начал Митя, и по его жалостливому взгляду и успокаивающему тону я уже угадала ответ. – Ты же меня видишь и слышишь. Получается, я живой. Давай будем так считать, если хочешь.
- П…почему? – заикаясь, спросила я. – Ты чего – чокнулся?
- Давай присядем, – Митя указал мне на ступеньки лестницы, ведущей к чердаку. – Вот тут прямо и сядем, где ты сидела. Ты только не пугайся. У нас такое уже бывало. Вообще я стараюсь за этим приглядывать. А Ия Петровна мне помогает.
- Боже мой! – бормотала я, чувствуя, что схожу с ума. – Что же это значит? Они что, все уже умерли? Так, что ли, выходит?
- Именно так и выходит, – спокойно согласился Митя.
- Ну а ты… ты-то ведь, по крайней мере… живой?
- Как тебе сказать, – начал Митя, и по его жалостливому взгляду и успокаивающему тону я уже угадала ответ. – Ты же меня видишь и слышишь. Получается, я живой. Давай будем так считать, если хочешь.
Я осмелился спросить:
- Вы – инопланетянин?
Мужчина кивнул. О, этот незабываемый кивок! Меня захлестнула такая волна восторга, что я сумел только вымолвить:
- А откуда?
Рука мужчины медленно поднялась, задержалась, словно он на секунду задумался, глядя в потемневшее небо, и указала в том направлении, которое я, когда вырос и вернулся в Тихвин, не раз сверял с картами звёздного неба:
- Вы зовёте это созвездием Цефей.
Акцент! Он говорил с небольшим акцентом. На миг у меня мелькнула мысль, что, возможно, надо мной пытается подшутить иностранец; но чувство чего-то совсем чужого, не покидавшее меня с той минуты, как я впервые разглядел его лицо в сумраке, вновь заставило меня поверить, что передо мной нечто более экзотическое.
- Я пока не знаю никаких созвездий, – вынужден был сознаться я. – Мы в школе не проходили.
Незнакомец, никак не реагируя на мои слова, вновь склонился над пыльной дорожкой. Были слышны хрипы; казалось, он хочет сделать вдох, но не может...
- Вы – инопланетянин?
Мужчина кивнул. О, этот незабываемый кивок! Меня захлестнула такая волна восторга, что я сумел только вымолвить:
- А откуда?
Рука мужчины медленно поднялась, задержалась, словно он на секунду задумался, глядя в потемневшее небо, и указала в том направлении, которое я, когда вырос и вернулся в Тихвин, не раз сверял с картами звёздного неба:
- Вы зовёте это созвездием Цефей.
Акцент! Он говорил с небольшим акцентом. На миг у меня мелькнула мысль, что, возможно, надо мной пытается подшутить иностранец; но чувство чего-то совсем чужого, не покидавшее меня с той минуты, как я впервые разглядел его лицо в сумраке, вновь заставило меня поверить, что передо мной нечто более экзотическое.
- Я пока не знаю никаких созвездий, – вынужден был сознаться я. – Мы в школе не проходили.
Незнакомец, никак не реагируя на мои слова, вновь склонился над пыльной дорожкой. Были слышны хрипы; казалось, он хочет сделать вдох, но не может...
Говорят, мы не ценим, что имеем, а потерявши, плачем. Но рыдать я не собираюсь! Ведь мне повезло вернуться на Землю и спасти сына. А то, что сердце осталось на Луниане…
Постараюсь смириться.
Но есть люди, которые не желают признавать поражение. В изучение системы Звёздных драконов вложены огромные деньги. Чтобы сохранить их, инвесторы пойдут на всё.
Они считают, что у Такета есть слабость…
Постараюсь смириться.
Но есть люди, которые не желают признавать поражение. В изучение системы Звёздных драконов вложены огромные деньги. Чтобы сохранить их, инвесторы пойдут на всё.
Они считают, что у Такета есть слабость…
Выберите полку для книги