Читать и слушать книги
— Должна? После всего, что я увидела, я должна тебе что-то? Ты серьёзно?
— Да! Потому что я люблю тебя! Потому что я ничего не сделал особенного! Что ты так взъелась?
— Серьезно? Тогда объясни мне. Давай! Объясни, как они оказались там.
А в ответ тишина... А я чувствую, как внутри нарастает отчаяние…
Неожиданно взяв машину мужа, я обнаружила в его бардачке… Женские трусики. Не мои!
Он доказывает мне, что это ошибка, но я не верю ему!
Не сами же они запрыгнули к нему в бардачок…
Как я могу ему верить?
— Да! Потому что я люблю тебя! Потому что я ничего не сделал особенного! Что ты так взъелась?
— Серьезно? Тогда объясни мне. Давай! Объясни, как они оказались там.
А в ответ тишина... А я чувствую, как внутри нарастает отчаяние…
Неожиданно взяв машину мужа, я обнаружила в его бардачке… Женские трусики. Не мои!
Он доказывает мне, что это ошибка, но я не верю ему!
Не сами же они запрыгнули к нему в бардачок…
Как я могу ему верить?
– Ну переспал разок с другой, с кем не бывает, – спокойно произнёс Мирон. Так, словно и впрямь ничего катастрофического не произошло. Будто это в порядке вещей – изменять своей жене. Каждый второй практикует и всё отлично.
– Ты чудовище! – с горечью выплюнула я, едва сдерживая слёзы. – Мы друг другу больше никто, так что можешь продолжать в том же духе! – нервно ткнула ему в лицо свидетельство о расторжении брака. – Прощай! – гордо пошагала к своей машине, так и не сказав, что беременна.
Предатель не заслуживал знать, он не достоин быть отцом моего ребёнка. Но судьба распорядилась иначе…
– Ты чудовище! – с горечью выплюнула я, едва сдерживая слёзы. – Мы друг другу больше никто, так что можешь продолжать в том же духе! – нервно ткнула ему в лицо свидетельство о расторжении брака. – Прощай! – гордо пошагала к своей машине, так и не сказав, что беременна.
Предатель не заслуживал знать, он не достоин быть отцом моего ребёнка. Но судьба распорядилась иначе…
— Леша, прошу тебя, помоги моему сыну, — смотрю с мольбой на бывшего.
— Я позвонил твоим родным, — отсекает безэмоционально, — они его заберут.
— Нет! Не отдавай его, —хватаюсь за рукав его рубашки. — Прошу тебя, Леша. Защити Марка. Защити сына пока я в больнице…
— Почему это должен делать я?
«Потому что это твой, ТВОЙ сын» — хочется сказать, но вслух я говорю совершенно другое:
— Мне не к кому больше обратиться. Поможешь?
— Я позвонил твоим родным, — отсекает безэмоционально, — они его заберут.
— Нет! Не отдавай его, —хватаюсь за рукав его рубашки. — Прошу тебя, Леша. Защити Марка. Защити сына пока я в больнице…
— Почему это должен делать я?
«Потому что это твой, ТВОЙ сын» — хочется сказать, но вслух я говорю совершенно другое:
— Мне не к кому больше обратиться. Поможешь?
Нужно было быть полным идиотом, чтобы оставить её одну.
Если они хоть пальцем тронут мою девочку, разнесу весь их гадюшник к чертовой матери! И не важно, кто там кому мать или отец.
Несусь по серпантину, вдавливая педаль газа в пол. Полностью уверен в том, что не сорвусь в пропасть. Невозможно. У моего котенка только один защитник – я.
***
Я застала мать в постели со своим женихом. Узнав, что я беременна, она решила выдать меня замуж за своего бывшего. Я смогла сбежать далеко-далеко. Здесь меня точно никто не найдет! Но через несколько лет прошлое начинает наступать на пятки.
Если они хоть пальцем тронут мою девочку, разнесу весь их гадюшник к чертовой матери! И не важно, кто там кому мать или отец.
Несусь по серпантину, вдавливая педаль газа в пол. Полностью уверен в том, что не сорвусь в пропасть. Невозможно. У моего котенка только один защитник – я.
***
Я застала мать в постели со своим женихом. Узнав, что я беременна, она решила выдать меня замуж за своего бывшего. Я смогла сбежать далеко-далеко. Здесь меня точно никто не найдет! Но через несколько лет прошлое начинает наступать на пятки.
Больше всего на свете Наталья гордилась сыном Егором. Он был её счастьем, отрадой материнского сердца, надеждой и радостью, единственным светом в окошке.
Но судьба порой бывает слишком жестока и отбирает тех, кого любишь..
Но судьба порой бывает слишком жестока и отбирает тех, кого любишь..
– Хочешь снова сыграть в кошки-мышки, Агния? – он намеренно выделяет мое имя.
– Нет, больше нет. Теперь планирую выйти за тебя замуж.
– Брак с тобой - это последнее, что меня интересует. Мне нужен наследник, – его тон мгновенно меняется.
– Я не собираюсь с тобой... брак ведь фиктивный, – чувствую, как предательски вспыхивают мои щеки. – Не по-настоящему...
– Брак, быть может, и да, но ребенок мне нужен самый настоящий.
Совсем недавно я совершенно случайно обманула известного бизнесмена. Но судьба-злодейка решила проверить меня на прочность и сделать этого человека моим... мужем.
– Нет, больше нет. Теперь планирую выйти за тебя замуж.
– Брак с тобой - это последнее, что меня интересует. Мне нужен наследник, – его тон мгновенно меняется.
– Я не собираюсь с тобой... брак ведь фиктивный, – чувствую, как предательски вспыхивают мои щеки. – Не по-настоящему...
– Брак, быть может, и да, но ребенок мне нужен самый настоящий.
Совсем недавно я совершенно случайно обманула известного бизнесмена. Но судьба-злодейка решила проверить меня на прочность и сделать этого человека моим... мужем.
— Знай своё место! — рыкнул муж. — Требуешь у меня объяснений так, словно я тебе задолжал!
Моя челюсть отвисла.
— Макаров, я тебя на измене поймала! А ты претензии мне предъявляешь?!
— Претензии предъявляешь ты, — сильные пальцы потянули меня от стола, где застыла предательница Нина.
Та самая Нина, с которой я любила болтать, приезжая к мужу в офис. Нина, у которой вообще-то есть муж!
— А я не имею права? Ты пользуешь свою секретаршу, а я должна делать вид, что это в порядке вещей?
— Арина, не жди от меня оправданий, — оскалился муж.
Вот так. Почти 20 лет брака, тяжёлая беременность, восстановление, едва наладившийся быт и… крах всех надежд. Муж заявил, что устал от меня и рутины. И считает, что я проглочу даже измену!
Моя челюсть отвисла.
— Макаров, я тебя на измене поймала! А ты претензии мне предъявляешь?!
— Претензии предъявляешь ты, — сильные пальцы потянули меня от стола, где застыла предательница Нина.
Та самая Нина, с которой я любила болтать, приезжая к мужу в офис. Нина, у которой вообще-то есть муж!
— А я не имею права? Ты пользуешь свою секретаршу, а я должна делать вид, что это в порядке вещей?
— Арина, не жди от меня оправданий, — оскалился муж.
Вот так. Почти 20 лет брака, тяжёлая беременность, восстановление, едва наладившийся быт и… крах всех надежд. Муж заявил, что устал от меня и рутины. И считает, что я проглочу даже измену!
Между мной и Рустамом Низами, социальная пропасть и ошибка прошлого, навсегда разбившая наши судьбы.
Он — успешный бизнесмен, а я — девушка с запятнанным прошлым, чье будущее он никогда не сможет разделить. Девушка, которую он должен ненавидеть.
Но вместо того чтобы уничтожить меня, Рустам сбивает с толку своей заботой. Его попытки наладить мою жизнь сводят с ума, а близость заставляет сердце трепетать.
Неужели это всего лишь изощренный способ мести?
Он — успешный бизнесмен, а я — девушка с запятнанным прошлым, чье будущее он никогда не сможет разделить. Девушка, которую он должен ненавидеть.
Но вместо того чтобы уничтожить меня, Рустам сбивает с толку своей заботой. Его попытки наладить мою жизнь сводят с ума, а близость заставляет сердце трепетать.
Неужели это всего лишь изощренный способ мести?
“У Светки Соколовой день рождения, ей сегодня 30 лет”
На самом деле не 30, а 45. И день рождения пошел не по плану. Ведь мой муж падает мне в ноги и умоляет простить измену. Гульнул со своей первой любовью на встрече выпускников.
Прощать измены — точно не мое.
Я достойна лучшего.
Пора что-то менять в своей жизни.
И перемены приходят откуда не ждали.
— Значит, с Соколовым все? — спрашивает Тимур, с которым я сталкиваюсь совершенно случайно.
Мы не виделись почти 25 лет. Я знаю, что Тимуру верить нельзя. Он уже раз пошел к своей мечте, наплевав на наши общие.
— Все. И с тобой все. Причем давно.
— Это мы еще посмотрим, — многообещающе говорит он.
На самом деле не 30, а 45. И день рождения пошел не по плану. Ведь мой муж падает мне в ноги и умоляет простить измену. Гульнул со своей первой любовью на встрече выпускников.
Прощать измены — точно не мое.
Я достойна лучшего.
Пора что-то менять в своей жизни.
И перемены приходят откуда не ждали.
— Значит, с Соколовым все? — спрашивает Тимур, с которым я сталкиваюсь совершенно случайно.
Мы не виделись почти 25 лет. Я знаю, что Тимуру верить нельзя. Он уже раз пошел к своей мечте, наплевав на наши общие.
— Все. И с тобой все. Причем давно.
— Это мы еще посмотрим, — многообещающе говорит он.
Выберите полку для книги