— Знаешь, я ведь хотел закончить начатое, но Невилл так умолял не делать этого, — промурлыкал Дэм, прикладываясь к бутылке с выпивкой. — Но ничего, дорогуша, сейчас мы точно повеселимся.
С этими словами он вывалился из машины, а следом, словно куклу, выволокли и меня, не дав даже моргнуть.
Отчаяние захлестнуло с головой, и в сердце начало прорастать злобное жало самобичевания.
Жалость к себе — горькая, липкая — пыталась удержать на плаву, но всё, абсолютно всё, вытеснил животный, парализующий страх перед неминуемым. Он возвышался над остальными чувствами, подобно грозной скале — в сотни раз мощнее, в тысячи раз реальнее. В его тени гасли любые надежды.
Я оказалась в этой западне по собственной воле — какая ирония!
— Только тронь меня, клянусь, Ари и Эдгар обо всём узнают! — прохрипела я сквозь слёзы.
— А кто сказал, что ты останешься жива? — прошептал он, одарив меня улыбкой, от которой кровь стыла в жилах. Улыбкой хищника, предвкушающего добычу.