Книги в жанре «Остросюжетный любовный роман» по тегу «kriminal»
— Сегодня утром я снова потеряла ребенка.
Пальцы мужа на мгновение сжимаются сильнее.
— Почему ты ничего мне не сказала? — в эмоциях Бахи улавливаю напряжение.
— А зачем? Чтобы ты снова сказал, что все будет хорошо?
— Потому что это правда.
— Это ложь! Это четвертый раз, Баха! Четвертый!
Слезы катятся по щекам, а голос дрожит.
— Я знаю, что тебе больно…
— Ты не знаешь! — перебиваю я. — Ты никогда этого не узнаешь!
— Не надо так, Рада…
— А как надо, Баха? С улыбкой? Притворяться, что все хорошо? Я устала. Я не могу так больше!
— Что ты хочешь этим сказать?
— Мы должны развестись.
Пальцы мужа на мгновение сжимаются сильнее.
— Почему ты ничего мне не сказала? — в эмоциях Бахи улавливаю напряжение.
— А зачем? Чтобы ты снова сказал, что все будет хорошо?
— Потому что это правда.
— Это ложь! Это четвертый раз, Баха! Четвертый!
Слезы катятся по щекам, а голос дрожит.
— Я знаю, что тебе больно…
— Ты не знаешь! — перебиваю я. — Ты никогда этого не узнаешь!
— Не надо так, Рада…
— А как надо, Баха? С улыбкой? Притворяться, что все хорошо? Я устала. Я не могу так больше!
— Что ты хочешь этим сказать?
— Мы должны развестись.
— Либо ты выходишь сама, либо я вытаскиваю тебя силой, — голос Шаха низкий, сочится агрессией.
Силой…
Он всегда действовал силой — ломая и подчиняя.
Проходит всего секунда, и он приводит угрозу в действие, взваливая меня на свое плечо.
— Пусти! — я взвизгиваю.
Его рука — горячая, тяжелая — накрывает мне рот, а тело мягко вжимает в металл автомобиля.
— Тихо, Ева, — шепчет он, так близко, что его дыхание касается моей щеки. — Ты никуда не поедешь, пока мы не поговорим.
Я бью его по груди в знак несогласия. Несогласия говорить после стольких лет!
— Я не хочу… говорить с тобой. У нас давно нет ничего общего!
— Кроме сына. У которого мое имя, — шелестит он. — И я хочу дать ему свою фамилию.
Пять лет назад он бросил меня, чтобы отомстить своим врагам, а я давно считала его погибшим, пока он не заявился в мою стабильную жизнь, чтобы заявить на нас свои права…
❗️ Все герои книги — совершеннолетние.
Силой…
Он всегда действовал силой — ломая и подчиняя.
Проходит всего секунда, и он приводит угрозу в действие, взваливая меня на свое плечо.
— Пусти! — я взвизгиваю.
Его рука — горячая, тяжелая — накрывает мне рот, а тело мягко вжимает в металл автомобиля.
— Тихо, Ева, — шепчет он, так близко, что его дыхание касается моей щеки. — Ты никуда не поедешь, пока мы не поговорим.
Я бью его по груди в знак несогласия. Несогласия говорить после стольких лет!
— Я не хочу… говорить с тобой. У нас давно нет ничего общего!
— Кроме сына. У которого мое имя, — шелестит он. — И я хочу дать ему свою фамилию.
Пять лет назад он бросил меня, чтобы отомстить своим врагам, а я давно считала его погибшим, пока он не заявился в мою стабильную жизнь, чтобы заявить на нас свои права…
❗️ Все герои книги — совершеннолетние.
— Разденься. Хочу посмотреть на то, что мне досталось по наследству, — властно говорит мужчина.
Подходит вплотную, касается кончиками пальцев щеки. А я мертвой хваткой вцепилась в полы халата.
— Не трогай меня своими грязными руками!
— Ты моя собственность, Вика. Твое тело принадлежит мне. А теперь становись на колени, там самое место для такой дряни, как ты.
Он дикий.
Непредсказуемый.
Злой.
И он… Винит меня в смерти своего отца. Слушать оправдания он не желает. Хочет наказать, сделать больно.
Но разве может быть что-то больнее, чем любовь к человеку, который тебя ненавидит?
Подходит вплотную, касается кончиками пальцев щеки. А я мертвой хваткой вцепилась в полы халата.
— Не трогай меня своими грязными руками!
— Ты моя собственность, Вика. Твое тело принадлежит мне. А теперь становись на колени, там самое место для такой дряни, как ты.
Он дикий.
Непредсказуемый.
Злой.
И он… Винит меня в смерти своего отца. Слушать оправдания он не желает. Хочет наказать, сделать больно.
Но разве может быть что-то больнее, чем любовь к человеку, который тебя ненавидит?
— Таких девочек, как ты, покупают за очень хорошие бабки и пользуются, — его лицо подсвечивает тусклый свет сигареты, но этого достаточно, чтобы видеть источаемую от него опасность. — По-разному и порой даже очень грубо.
— Но ведь вы не покупали меня.
— Думаешь, это что-то меняет? — делает очередную затяжку сухими губами, и я невольно облизываю свои. — Mi alma! — глухим голосом. — Будь осторожна! Ты попала в черный мир, где слишком опасно быть такой робкой.
Похищение, продажа, и вездесущий обман! Именно такая жизнь теперь царит вокруг. Я была предана и унижена, и только он, мужчина, который спас и которого я до ужаса боюсь остался у меня.
— Но ведь вы не покупали меня.
— Думаешь, это что-то меняет? — делает очередную затяжку сухими губами, и я невольно облизываю свои. — Mi alma! — глухим голосом. — Будь осторожна! Ты попала в черный мир, где слишком опасно быть такой робкой.
Похищение, продажа, и вездесущий обман! Именно такая жизнь теперь царит вокруг. Я была предана и унижена, и только он, мужчина, который спас и которого я до ужаса боюсь остался у меня.
Вхожу в отцовский кабинет, пошатываясь, как пьяная. До последнего была уверена: все эти давние разговоры о моем договорном браке – лишь папины шутки. Думала, в наше время так уже не женятся. Как же я, блин, ошибалась!
Дыхание перехватывает. Передо мной Марк Горский – сын одного из самых влиятельных мафиози. Собственно говоря, мой отец и сам не последний человек в бандитских кругах.
– Добрый день, – выдавливаю из себя.
– Хм, сойдет, – надменно фыркает мужчина, скользя по мне пренебрежительным взглядом
– Ты, значит, Лилия?! Отец твой, конечно, постарался.
– Рада познакомиться,– отвечаю, стараясь, чтобы голос не дрожал. – Надеюсь, мы поладим.
Он усмехается, этот волк в человеческой шкуре. Подходит ещё ближе, так что я чувствую запах его одеколона – терпкий и дорогой.
– Поладим? – шепчет он, наклоняясь к моему уху. – Это вряд ли. Но играть по правилам я умею. И тебе советую.
Дыхание перехватывает. Передо мной Марк Горский – сын одного из самых влиятельных мафиози. Собственно говоря, мой отец и сам не последний человек в бандитских кругах.
– Добрый день, – выдавливаю из себя.
– Хм, сойдет, – надменно фыркает мужчина, скользя по мне пренебрежительным взглядом
– Ты, значит, Лилия?! Отец твой, конечно, постарался.
– Рада познакомиться,– отвечаю, стараясь, чтобы голос не дрожал. – Надеюсь, мы поладим.
Он усмехается, этот волк в человеческой шкуре. Подходит ещё ближе, так что я чувствую запах его одеколона – терпкий и дорогой.
– Поладим? – шепчет он, наклоняясь к моему уху. – Это вряд ли. Но играть по правилам я умею. И тебе советую.
— Отпустите меня немедленно! Вы ошиблись…
Бандит делает шаг, загоняя меня в тупик, прижимая к перилам лестницы. Его лицо оказывается пугающе близко к моему.
— Я никогда не ошибаюсь, Милена, — его голос становится тихим, интимным.
Он упирается руками в перила по обе стороны от моей головы, запирая меня в клетку из своего тела.
— Мне нужна ты.
— Я? — шепчу я, не понимая. — Зачем?
— Потому что я так захотел, — просто отвечает Морозов, и в этом ответе столько самоуверенности, столько наглой власти, что мне становится дурно. — Просто я решил, что этот Новый год я встречу не с шлюхами из клуба, а с тобой. Моей личной Снегурочкой.
Он наклоняется к моему уху, обжигая дыханием:
— И поверь мне, милая... ты отработаешь этот праздник до последней секунды.
Бандит делает шаг, загоняя меня в тупик, прижимая к перилам лестницы. Его лицо оказывается пугающе близко к моему.
— Я никогда не ошибаюсь, Милена, — его голос становится тихим, интимным.
Он упирается руками в перила по обе стороны от моей головы, запирая меня в клетку из своего тела.
— Мне нужна ты.
— Я? — шепчу я, не понимая. — Зачем?
— Потому что я так захотел, — просто отвечает Морозов, и в этом ответе столько самоуверенности, столько наглой власти, что мне становится дурно. — Просто я решил, что этот Новый год я встречу не с шлюхами из клуба, а с тобой. Моей личной Снегурочкой.
Он наклоняется к моему уху, обжигая дыханием:
— И поверь мне, милая... ты отработаешь этот праздник до последней секунды.
— Я не хочу с тобой. Я по любви хочу! Тебе придется взять меня силой, — кричу я.
— Силой — значит силой, — шагает на меня мужчина, хватает пятерней за скулы. — Ты дышишь только потому, что я тебе позволил. Но я могу изменить свое решение. Подо мной будешь — не обидят. Иначе знаешь, что произойдет.
Знаю.
Отец оставил меня на растерзание бандитам. И Назар единственный шанс спастись.
Я любила его, а он стал моим худшим кошмаром — мужчина без морали, жестокий монстр, который решает все силой. Он требует покорности, но я никогда не сдамся. Буду бороться, чего бы мне это ни стоило.
— Силой — значит силой, — шагает на меня мужчина, хватает пятерней за скулы. — Ты дышишь только потому, что я тебе позволил. Но я могу изменить свое решение. Подо мной будешь — не обидят. Иначе знаешь, что произойдет.
Знаю.
Отец оставил меня на растерзание бандитам. И Назар единственный шанс спастись.
Я любила его, а он стал моим худшим кошмаром — мужчина без морали, жестокий монстр, который решает все силой. Он требует покорности, но я никогда не сдамся. Буду бороться, чего бы мне это ни стоило.
– У меня есть дочь. Чистая, невинная. Красавица, что любому голову вскружит, – замираю, когда слышу уверенный голос отца, доносящийся из кабинета.
– Женись на ней, и мы оба получим то, чего так долго хотели.
Я всегда была игрушкой в его руках: послушной и примерной. Слова поперек не говорила. Уважала отца.
– Ей уже исполнилось восемнадцать. Можешь забирать хоть сегодня, – равнодушно бросает он, словно речь идет о вещи, а не о моей жизни.
А я мечтала о другом – о подиумах и эскизах, о славе дизайнера, а не о золотой клетке жены криминального авторитета.
Он – Джамиль Ярычев. Тот, кого за глаза зовут Ярым. Тот, чья власть пропитана кровью и страхом, чьи руки держат этот город в мертвой хватке и…мой будущий муж.
И сегодня я впервые осмелюсь вздохнуть полной грудью, восстать против правил, которыми отец сковал меня с самого рождения. Впервые почувствую вкус свободы.Но если бы я знала, какой ценой мне придется заплатить за эту дерзкую выходку…
– Женись на ней, и мы оба получим то, чего так долго хотели.
Я всегда была игрушкой в его руках: послушной и примерной. Слова поперек не говорила. Уважала отца.
– Ей уже исполнилось восемнадцать. Можешь забирать хоть сегодня, – равнодушно бросает он, словно речь идет о вещи, а не о моей жизни.
А я мечтала о другом – о подиумах и эскизах, о славе дизайнера, а не о золотой клетке жены криминального авторитета.
Он – Джамиль Ярычев. Тот, кого за глаза зовут Ярым. Тот, чья власть пропитана кровью и страхом, чьи руки держат этот город в мертвой хватке и…мой будущий муж.
И сегодня я впервые осмелюсь вздохнуть полной грудью, восстать против правил, которыми отец сковал меня с самого рождения. Впервые почувствую вкус свободы.Но если бы я знала, какой ценой мне придется заплатить за эту дерзкую выходку…
Она – дочь прокурора.
Он – сын влиятельного олигарха и бандита русского альянса мафии.
Их семьи столкнулись лбами, потому что обе оберегают общую кровавую тайну.
Сможет ли он принять её любовь, а главное поверить в неё?
Сможет ли она, не смотря на всю трудность их пути, противостоять крупному синдикату и завоевать среди них доверие.
Возможно, это сплотит их ещё больше, или вовсе разрушит до основания.
Он – сын влиятельного олигарха и бандита русского альянса мафии.
Их семьи столкнулись лбами, потому что обе оберегают общую кровавую тайну.
Сможет ли он принять её любовь, а главное поверить в неё?
Сможет ли она, не смотря на всю трудность их пути, противостоять крупному синдикату и завоевать среди них доверие.
Возможно, это сплотит их ещё больше, или вовсе разрушит до основания.
Он - наемный убийца. Она - владелец крупного бара. Между их первой и последней встречей прошло десять лет. Вот только все эти годы все его дороги вели к ней.
Подборка остросюжетных любовных романов про криминал
Выберите полку для книги