Книги в жанре «Остросюжетный любовный роман» по тегу «luchshee»
Аля приехала в Корею исполнить мечту погибшей подруги — попасть на концерт Star of Hope. Но вместо фан-встреч её ждали допросы в прокуратуре, слежка вооруженных амбалов и компромат на политиков, спрятанный в старой сумке.
Теперь она — главная угроза для карьеры Пак Чинима. Чтобы спасти её от гнева компании и обезумевших фанатов, он прячет русскую туристку в закрытом доме группы.
Теперь она — главная угроза для карьеры Пак Чинима. Чтобы спасти её от гнева компании и обезумевших фанатов, он прячет русскую туристку в закрытом доме группы.
«Постараюсь» не означало «получится сразу». Через неделю Даниил сорвался. Кира задержалась в городе — ездила в библиотеку за каталогом. Вернулась на сорок минут позже, чем он ожидал. И он встретил её у двери с каменным лицом.
— Где ты была? Почему не предупредила? Телефон выключен.
— Телефон сел. Я в библиотеке была. Даниил, я взрослый человек и не обязана отчитываться за каждый час.
— Ты обязана, потому что живёшь в моём доме!
Голос сорвался на крик. Первый крик за долгое время. Кира почувствовала, как внутри всё сжимается. Старый страх — не его, свой, генетический, женский страх перед мужской яростью. Но она не отступила.
— Нет, — сказала она. Тихо. Твёрдо. — Не обязана. И если ты снова начнёшь на меня кричать — я уйду. Навсегда. Долг отца — не повод превращать мою жизнь в ад.
Он замолчал. Дышал тяжело. Сжимал и разжимал кулаки. Кира видела борьбу в его глазах — старого Даниила, который хотел запереть, контролировать, подчинить, и нового, который учился отпускать.
— Прости...
— Где ты была? Почему не предупредила? Телефон выключен.
— Телефон сел. Я в библиотеке была. Даниил, я взрослый человек и не обязана отчитываться за каждый час.
— Ты обязана, потому что живёшь в моём доме!
Голос сорвался на крик. Первый крик за долгое время. Кира почувствовала, как внутри всё сжимается. Старый страх — не его, свой, генетический, женский страх перед мужской яростью. Но она не отступила.
— Нет, — сказала она. Тихо. Твёрдо. — Не обязана. И если ты снова начнёшь на меня кричать — я уйду. Навсегда. Долг отца — не повод превращать мою жизнь в ад.
Он замолчал. Дышал тяжело. Сжимал и разжимал кулаки. Кира видела борьбу в его глазах — старого Даниила, который хотел запереть, контролировать, подчинить, и нового, который учился отпускать.
— Прости...
В декабре случился откат. Марк сорвался на работе — крупный проект рухнул, партнёры подвели. Он пришёл домой чёрный, сжатый, с каменными скулами. И когда Алиса спросила, как дела, он рявкнул:
— Не лезь!
Она отшатнулась. Старый страх шевельнулся внутри, как змея, которую она считала мёртвой. Алиса вышла из кухни. Закрылась в мастерской. Села на пол, обняла колени.
Через десять минут в дверь постучали.
— Алиса. — Голос Марка был глухим. — Открой. Пожалуйста.
Она открыла. Он стоял на пороге, и лицо у него было виноватым, растерянным. Как у мальчишки.
— Прости. Я не хотел. Я не должен был.
Алиса смотрела на него. Внутри боролись два чувства: страх и вера. Страх говорил: «Вот оно. Настоящее лицо. Сейчас всё вернётся». Вера говорила: «Он извинился. Сам. Без принуждения».
— Мне было больно, — сказала она тихо. — Когда ты так кричишь. Мне кажется, что я снова в той квартире. Что стены сжимаются.
Марк закрыл глаза. Выдохнул.
— Я знаю. Я помню. Я не хочу быть тем человеком. Помоги мне.
— Не лезь!
Она отшатнулась. Старый страх шевельнулся внутри, как змея, которую она считала мёртвой. Алиса вышла из кухни. Закрылась в мастерской. Села на пол, обняла колени.
Через десять минут в дверь постучали.
— Алиса. — Голос Марка был глухим. — Открой. Пожалуйста.
Она открыла. Он стоял на пороге, и лицо у него было виноватым, растерянным. Как у мальчишки.
— Прости. Я не хотел. Я не должен был.
Алиса смотрела на него. Внутри боролись два чувства: страх и вера. Страх говорил: «Вот оно. Настоящее лицо. Сейчас всё вернётся». Вера говорила: «Он извинился. Сам. Без принуждения».
— Мне было больно, — сказала она тихо. — Когда ты так кричишь. Мне кажется, что я снова в той квартире. Что стены сжимаются.
Марк закрыл глаза. Выдохнул.
— Я знаю. Я помню. Я не хочу быть тем человеком. Помоги мне.
Прошёл год после закрытия Двери. Звездопады прекратились, Кирин-Тау медленно привыкает к новой реальности, а Яра учится жить без Искры — простой девушкой из Нижнего Города с обычной человеческой ладонью. Но покой оказывается недолгим. Эйнар, в чьей груди по-прежнему спит Разлом, начинает слышать зов — далёкий, потусторонний, неумолимый. Где-то за Морем Туманов, на континенте, о котором в Кирин-Тау слагают лишь страшные сказки, пробуждаются другие Разломы. И они зовут мальчика к себе — как брата, как ключ, как недостающую часть древнего механизма, запущенного задолго до Первых.
❤️ Она – талантливый хирург, спасающий жизни в самых горячих точках. Её прошлое связано с кровавым кланом Аристовых крепче, чем кажется на первый взгляд.
🖤 Он – наследник алмазной империи. Циничный, жестокий, не знающий пощады. Его жизнь превратилась в погоню за призраком, и теперь этот призрак обрел лицо бывшей возлюбленной.
Она сбежала, оставив его с разбитым сердцем и жаждой возмездия. Теперь судьба снова свела их вместе. Каждый шаг может стать последним.
🖤 Он – наследник алмазной империи. Циничный, жестокий, не знающий пощады. Его жизнь превратилась в погоню за призраком, и теперь этот призрак обрел лицо бывшей возлюбленной.
Она сбежала, оставив его с разбитым сердцем и жаждой возмездия. Теперь судьба снова свела их вместе. Каждый шаг может стать последним.
Она привыкла спасать людей.
Он привык ломать правила.
Элена Моретти — добрая девушка, которая верит, что даже в самом тёмном человеке можно найти что-то хорошее. Лука Вескари — опасный мужчина с криминальным прошлым, которого боятся даже те, кто работает на него.
Их встреча должна была закончиться одним разговором.
Но между ними вспыхивает чувство, которому не место в мире Луки.
Элена понимает: рядом с ним опасно. Он лжёт, скрывает прошлое и связан с людьми, для которых человеческая жизнь ничего не стоит. Но чем больше она узнаёт о Луке, тем сильнее сомневается: он действительно чудовище — или человек, который слишком долго пытался выжить в мире чудовищ?
А затем Элена узнаёт страшную правду.
Лука появился в её жизни не случайно.
Их встреча была частью его плана.
Предательство. Похищение. Криминальные тайны. Опасные враги. Любовь, которая может стоить жизни.
Но самое неожиданное ждёт их впереди.
Он привык ломать правила.
Элена Моретти — добрая девушка, которая верит, что даже в самом тёмном человеке можно найти что-то хорошее. Лука Вескари — опасный мужчина с криминальным прошлым, которого боятся даже те, кто работает на него.
Их встреча должна была закончиться одним разговором.
Но между ними вспыхивает чувство, которому не место в мире Луки.
Элена понимает: рядом с ним опасно. Он лжёт, скрывает прошлое и связан с людьми, для которых человеческая жизнь ничего не стоит. Но чем больше она узнаёт о Луке, тем сильнее сомневается: он действительно чудовище — или человек, который слишком долго пытался выжить в мире чудовищ?
А затем Элена узнаёт страшную правду.
Лука появился в её жизни не случайно.
Их встреча была частью его плана.
Предательство. Похищение. Криминальные тайны. Опасные враги. Любовь, которая может стоить жизни.
Но самое неожиданное ждёт их впереди.
💥КНИГА ЗАВЕРШЕНА
💥ПЕРВЫЕ ДНИ МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА
— Извините, я, кажется, ошиблась дверью, — бормочу и, резко развернувшись, чешу в сторону выхода, но качок в два счета догоняет меня.
— Ты же понимаешь, что теперь так просто не можешь отсюда уйти? — говорит он. Его голос спокоен и холоден.
Вырываюсь из его рук и блею наивное:
— Почему?!
— Потому что оказалась в не нужное время в не нужном месте.
— Я ничего не видела и не слышала! — выпаливаю в ответ, и голос мой вообще предательски срывается на писк. — У меня жуткая память! В одно ухо влетело, в другое — вылетело!
💥ПЕРВЫЕ ДНИ МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА
— Извините, я, кажется, ошиблась дверью, — бормочу и, резко развернувшись, чешу в сторону выхода, но качок в два счета догоняет меня.
— Ты же понимаешь, что теперь так просто не можешь отсюда уйти? — говорит он. Его голос спокоен и холоден.
Вырываюсь из его рук и блею наивное:
— Почему?!
— Потому что оказалась в не нужное время в не нужном месте.
— Я ничего не видела и не слышала! — выпаливаю в ответ, и голос мой вообще предательски срывается на писк. — У меня жуткая память! В одно ухо влетело, в другое — вылетело!
Я думала, что оставила его в прошлом. Что Новый Орлеан, новая работа, новая жизнь — это мой щит. Что он никогда больше не прикоснётся ко мне.
В один миг всё рухнуло.
На благотворительном вечере я увидела его тень, а после стала получать подарки от анонима. Мне стало казаться, что мой дом больше не моя крепость.
Как защититься от того, кто не показывается на свет и играет со мной? Как не сойти с ума и найдётся ли тот, кто поддержит и поможет защититься? Или такая возможность тоже всего лишь иллюзия, вроде той, что я жила почти год?
В один миг всё рухнуло.
На благотворительном вечере я увидела его тень, а после стала получать подарки от анонима. Мне стало казаться, что мой дом больше не моя крепость.
Как защититься от того, кто не показывается на свет и играет со мной? Как не сойти с ума и найдётся ли тот, кто поддержит и поможет защититься? Или такая возможность тоже всего лишь иллюзия, вроде той, что я жила почти год?
Вскоре после войны Ричард случайно встречает в правительственном учреждении молодую девушку. Ни один из них даже представить себе не мог, что эта короткая встреча изменит всю их жизнь.
Меня зовут Дарья Мельник. Мне двадцать пять лет, и я забыла, как дышать.
Не буквально. Лёгкие работают. Кислород поступает. Сердце качает кровь. Но внутри, где-то под рёбрами, в том месте, где раньше жила я настоящая, — там вакуум. Пустота. Тишина, в которой не слышно собственного голоса.
Я сижу на подоконнике в квартире на сорок втором этаже. Панорамные окна от пола до потолка. За стеклом — Москва. Огни, машины, люди. Миллионы людей, которые идут, дышат, живут. А я сижу. В шёлковом халате, который стоит больше, чем моя прежняя зарплата за месяц. С чашкой остывшего чая в руках. И считаю вдохи.
Один. Два. Три. Четыре. Задержка. Выдох.
Так меня научил психолог. Три месяца назад. Когда я впервые сказала вслух: «Мне нечем дышать».
Его зовут Глеб. Глеб Орлов. Тридцать два года. Владелец инвестиционного фонда. Мой муж. Человек, который построил вокруг меня эту клетку. Золотую. Тёплую. Мягкую изнутри. Но клетку.
Он не бьёт меня. Не кричит. Не запрещает. Он делает хуже. Он решает за меня
Не буквально. Лёгкие работают. Кислород поступает. Сердце качает кровь. Но внутри, где-то под рёбрами, в том месте, где раньше жила я настоящая, — там вакуум. Пустота. Тишина, в которой не слышно собственного голоса.
Я сижу на подоконнике в квартире на сорок втором этаже. Панорамные окна от пола до потолка. За стеклом — Москва. Огни, машины, люди. Миллионы людей, которые идут, дышат, живут. А я сижу. В шёлковом халате, который стоит больше, чем моя прежняя зарплата за месяц. С чашкой остывшего чая в руках. И считаю вдохи.
Один. Два. Три. Четыре. Задержка. Выдох.
Так меня научил психолог. Три месяца назад. Когда я впервые сказала вслух: «Мне нечем дышать».
Его зовут Глеб. Глеб Орлов. Тридцать два года. Владелец инвестиционного фонда. Мой муж. Человек, который построил вокруг меня эту клетку. Золотую. Тёплую. Мягкую изнутри. Но клетку.
Он не бьёт меня. Не кричит. Не запрещает. Он делает хуже. Он решает за меня
Выберите полку для книги