Книги в жанре «Эротическое фэнтези» по тегу «besplatnie»
В жизни каждого из нас бывают мгновения, когда сознание теряет чёткие границы: в любви, во снах, в минуты стресса мы перестаём быть «собой» в привычном смысле. «Долина» — средоточие таких пограничных состояний, край полного отрешения от реальности. Здесь личность распадается на множество версий себя, переписывая не только будущее, но и прошлое. Страсть затмевает разум, а запретные желания, сбросив маски приличий, обретают плоть. В Долине действуют свои неписаные законы — рождённые из хаоса и беззакония. Смерть здесь условна, боль относительна, а случившееся может оказаться лишь иллюзией. Это прыжок в невесомость, где самые безумные мечты оживают — без гарантий и без возврата.
Мир, сплетённый из множества вселенных, где отголоски знакомых имён звучат, будто из далёких воспоминаний — словно вы уже слышали их в другом времени, в иной реальности.
Мир, сплетённый из множества вселенных, где отголоски знакомых имён звучат, будто из далёких воспоминаний — словно вы уже слышали их в другом времени, в иной реальности.
«Страсти Sатаны» — это радикальный и гипнотический прорыв в пространство оккультного символизма. Книга представляет собой дерзкий визионерский манифест, разворачивающийся на стыке тёмной поэзии, психоделического откровения и психологического анализа.
Текст пульсирует дикой, первобытной энергией Хаоса. Автор выстраивает бескомпромиссные контрасты: сакральный нектар любви здесь сопряжен с ритуальным экстазом, способным обжечь сам Космос и даже БОГА. Строки пропитаны атмосферой холодного замка, где статика камня взрывается чистым адреналином. Ритм стиха — хлесткий, дерзкий, пугающий...
Перед читателем разворачивается строгий символический театр образов, художественных метафор и дьявольских клипо́т. Этот инфернальный перформанс подчинен одной фундаментальной задаче: через тотальное примирение разума с дикой, архаической природой человека запустить процессы трансформации.
Текст пульсирует дикой, первобытной энергией Хаоса. Автор выстраивает бескомпромиссные контрасты: сакральный нектар любви здесь сопряжен с ритуальным экстазом, способным обжечь сам Космос и даже БОГА. Строки пропитаны атмосферой холодного замка, где статика камня взрывается чистым адреналином. Ритм стиха — хлесткий, дерзкий, пугающий...
Перед читателем разворачивается строгий символический театр образов, художественных метафор и дьявольских клипо́т. Этот инфернальный перформанс подчинен одной фундаментальной задаче: через тотальное примирение разума с дикой, архаической природой человека запустить процессы трансформации.
«— Больше не пугай меня так. — Больше не прячь от меня сердце.»
Осада позади. Целительница Нираэль и дроу Трикстер исчезают сразу после победы — им есть что решить без свидетелей.
Она привыкла молчать. Он привык брать штурмом. Но этой ночью у лесного озера стены рушатся с обеих сторон.
История о том, как из искры, высеченной в темноте, разгорается пламя.
Осада позади. Целительница Нираэль и дроу Трикстер исчезают сразу после победы — им есть что решить без свидетелей.
Она привыкла молчать. Он привык брать штурмом. Но этой ночью у лесного озера стены рушатся с обеих сторон.
История о том, как из искры, высеченной в темноте, разгорается пламя.
Когда-то в небе сияли три солнца — и одно из них стало зеркалом.
Разбитое ревностью, оно раскололо судьбы богов и смертных.
Луна, обречённая отражать чужой свет, хранит тайну осколка, который научился любить по‑настоящему. Демон, забывший своё происхождение, выбирает земную девушку и человеческое счастье. Но даже под холодным сиянием небес любовь требует жертвы — свободы, памяти или бессмертия.
Это миф о ревности и прощении, о свете, который рождается не от власти, а от выбора.
О любви, что горит — даже под горькой луной.
Разбитое ревностью, оно раскололо судьбы богов и смертных.
Луна, обречённая отражать чужой свет, хранит тайну осколка, который научился любить по‑настоящему. Демон, забывший своё происхождение, выбирает земную девушку и человеческое счастье. Но даже под холодным сиянием небес любовь требует жертвы — свободы, памяти или бессмертия.
Это миф о ревности и прощении, о свете, который рождается не от власти, а от выбора.
О любви, что горит — даже под горькой луной.
Когда Бахамуту сказали, что в рейд с ним отправят паладина, он представил бородатого адепта Строгвара выше его ростом и косой саженью в плечах. Вместо этого в крепости «Единства Многих» его ждала темная эльфийка, которая помещалась в детский доспех и не говорила больше двух слов подряд.
Яри не собиралась доказывать напарнику, что чего-то стоит. Она просто делала свою работу: принимала удары на щит и не давала врагам пройти. Гит же упорно видел в ней женщину, а не подмогу. Пока им не пришлось выбирать: сработаться или умереть.
Рассказ из цикла «Цветы на поле боя». Первая история о старшем из трёх братьев, их гильдии и тех, кто оказался рядом в нужный момент.
Яри не собиралась доказывать напарнику, что чего-то стоит. Она просто делала свою работу: принимала удары на щит и не давала врагам пройти. Гит же упорно видел в ней женщину, а не подмогу. Пока им не пришлось выбирать: сработаться или умереть.
Рассказ из цикла «Цветы на поле боя». Первая история о старшем из трёх братьев, их гильдии и тех, кто оказался рядом в нужный момент.
Похитить верховного инквизитора — безумие. Украсть его у собственной сестры-ведьмы — смертный приговор.
Она спасла его от мучительной казни, заключив опасную сделку, присвоив чужой трофей и предав собственный ковен. Теперь ее клан жаждет крови, идя по следу предателей. А полагаться можно лишь на того, чье милосердие – самая невозможное из чудес. Вот только когда стираются грани между ненавистью и одержимостью, им остается один единственный шанс на спасение, тот самый, когда сжигаются все мосты и прошлое уже не имеет значения. И кто же теперь окажется настоящим трофеем?
Она спасла его от мучительной казни, заключив опасную сделку, присвоив чужой трофей и предав собственный ковен. Теперь ее клан жаждет крови, идя по следу предателей. А полагаться можно лишь на того, чье милосердие – самая невозможное из чудес. Вот только когда стираются грани между ненавистью и одержимостью, им остается один единственный шанс на спасение, тот самый, когда сжигаются все мосты и прошлое уже не имеет значения. И кто же теперь окажется настоящим трофеем?
Когда южный лорд убивает брата северной лучницы Айрин, она даёт клятву отомстить. Её стрела находит цель, но плата за месть — жизнь. Пленница в крепости врага, она готовится к смерти, но вместо палача перед ней появляется он — Чёрный Ворон Юга, капитан королевской стражи, чьё имя заставляет северян дрожать.
Кэллан не должен был её спасать. Он должен был пытать, ломать и выбивать информацию. Но в её зелёных глазах он видит ту же боль, которую носит в себе. И он нарушает все законы, чтобы вытащить её из темницы.
Они враги. Их разделяют войны, кланы и кровь. Но когда ложь, инсценировки и бегство сводят их вместе, ненависть превращается в страсть, а страсть — в нечто большее. То, что может стоить им жизни.
Кэллан не должен был её спасать. Он должен был пытать, ломать и выбивать информацию. Но в её зелёных глазах он видит ту же боль, которую носит в себе. И он нарушает все законы, чтобы вытащить её из темницы.
Они враги. Их разделяют войны, кланы и кровь. Но когда ложь, инсценировки и бегство сводят их вместе, ненависть превращается в страсть, а страсть — в нечто большее. То, что может стоить им жизни.
Замужество – самостоятельный выбор. В большинстве случаев, но не в моем. Я должна выйти замуж за сумасшедшего эльфа, чтобы сохранить жизнь мужчине, запертого в подвале. Но действительно ли эльф безумен или это маска ради выживания? И как мне спасти того, кому не нужны мои жертвы?
— Уходи, Даниил. Я сама...
— «Сама» ты уже наворотила дел, — перебил он, хлестко и зло. — Моя жалость тогда вышла мне боком, и теперь я здесь, чтобы прибраться за нами обоими. Впусти меня, пока я прошу вежливо. Либо мы усмирим твой дар, либо я буду вынужден зачистить территорию по протоколу.
Она — беглая магичка, чья Искра выжигает тело при каждом всплеске. Он — Каратель Конклава, которому хирургически выморозили все эмоции. Их встреча должна была закончиться смертью одного из них. Но когда их магии соприкоснулись, лед дал трещину, а огонь перестал причинять боль. Чтобы сокрушить тоталитарную систему, им придется стать единым живым проводником древней силы. И смогут ли они укротить хаос, который разгорается между ними?
— «Сама» ты уже наворотила дел, — перебил он, хлестко и зло. — Моя жалость тогда вышла мне боком, и теперь я здесь, чтобы прибраться за нами обоими. Впусти меня, пока я прошу вежливо. Либо мы усмирим твой дар, либо я буду вынужден зачистить территорию по протоколу.
Она — беглая магичка, чья Искра выжигает тело при каждом всплеске. Он — Каратель Конклава, которому хирургически выморозили все эмоции. Их встреча должна была закончиться смертью одного из них. Но когда их магии соприкоснулись, лед дал трещину, а огонь перестал причинять боль. Чтобы сокрушить тоталитарную систему, им придется стать единым живым проводником древней силы. И смогут ли они укротить хаос, который разгорается между ними?
Мирослава попадает в Сумрачный мир, где пробуждается то, что веками было взаперти. По её следу идёт вампир Витор. В Морнхолле каждое слово это сделка, а воспоминания имеют цену, и героям предстоит сложный выбор. Любовь здесь это проклятье, или же - единственный шанс на спасение...
Подборка книг
Выберите полку для книги