Книги в жанре «Эротическое фэнтези» по тегу «goryacho-i-otkrovenno»

Она — лучшая охотница племени, но терпеть не может «традиций»: зачем бить в бубен, если можно просто подкрасться? Однажды она спасает раненого велоцираптора, которого все считают «дурным предзнаменованием», и вопреки всему приручает его. Раптор оказывается не монстром, а умником: открывает двери из пещер, гоняет надоедливых ящериц и даже приносит ей «подарок» — кость с резьбой, будто хочет сказать «ты мне нравишься». Вождь племени, суровый и молчаливый Крак, уверен, что «смешивать кровь с диким зверем — опасно», и приказывает держаться от раптора подальше. Она, конечно, не слушается. Дальше начинается череда нелепых ситуаций: раптор стаскивает бубен у шамана, Крак ловит её на «тайной тренировке» с хищником, а потом сам оказывается в ситуации, когда только этот «проклятый зверь» может спасти племя от стаи саблезубых волков. В момент, когда всё висит на волоске, Крак впервые смотрит на неё не как на упрямую девчонку, а как на ту, у кого хватает смелости делать по-своему...

На Ночь Искушения у меня были вполне определённые планы: вызвать инкуба, получить своё удовольствие и до рассвета отправить его обратно в Ад. Никаких обязательств и продолжений. Мне и без того хлопот хватает.
Но вместо инкуба в ритуальном круге появился Дейрон.
Князь демонов. До неприличия красивый, невыносимо самоуверенный и совершенно не смущённый тем, что его вообще-то никто не звал.
Я потребовала объяснений и выяснила, что этот наглец каким-то образом получил право отвечать на мои призывы. Кто распорядился моим истинным именем, я ещё обязательно узнаю. А пока Дейрон обосновался в моём доме, уходить не собирается и ведёт себя так, будто это я к нему в гости напросилась.
И самое досадное — он прекрасно знает, зачем я затевала ритуал.
А теперь намерен доказать, что с инкубом я бы только зря потратила ночь.

Я — восстановитель памяти. Люди приносят мне чужие воспоминания, и я вдыхаю их, как чужую жизнь. Но однажды вдова приносит мне медальон с моим лицом и гравировкой: «Мирана Вейр. Десятая смерть. Последний шанс».

Я не помню, как умирала девять раз. Но он помнит. Мужчина с тёмными волосами и шрамом на ключице. Он знает меня лучше, чем я сама. И он любит меня так, что это стало проклятием.

У меня есть тридцать дней, чтобы вспомнить всё. И каждый раз, когда он касается меня, я узнаю его тело — но не помню его имени.

Я погибла, спасая ученика, и очнулась в теле самой жестокой госпожи Империи — мира, где власть принадлежит женщинам.
Теперь у меня пятеро рабов и тридцать дней до Испытания Дома. Здесь доброту считают слабостью, а слабую госпожу ждёт смерть, вместе с теми, кто ей принадлежит.
Мои рабы готовы сделать всё, чтобы я выдержала Испытание.
Вот только один из них смотрит на меня так, что я всё чаще забываю, кто здесь должен подчиняться. И только он знает правду: настоящая хозяйка этого тела умерла в ту ночь, когда появилась я. А её убийца всё ещё где-то рядом.

Он остановился посреди Невского и посмотрел на меня так, что я забыла, куда шла.

Я приехала в Петербург хоронить отца, а не терять голову из-за мужчины, о котором шепчутся во всех гостиных. Его слово исполняют княгини и министры. Ему подчиняется даже то, что прячется в зеркалах и под чёрной водой.

А мне он не может приказать ничего.

Может быть, поэтому он не отпускает меня ни на шаг. Может быть, поэтому у меня дрожат колени, стоит ему произнести моё имя.

Я знаю, что он опасен. Знаю, что должна бежать.

И каждый раз возвращаюсь к нему.

— Слабая, — тихо процедил он, сжимая мою шею сзади так, что затылок уперся в его плечо. — Тебя трясет от одного моего касания. Твой холод сдался моему огню.

— Я не сдалась, милорд... — выдохнула я, чувствуя, как по клинку ползет мороз.

Он прижал меня к себе еще теснее, обжигая губами ухо:

— Тогда остуди меня, пока я не спалил эту цитадель дотла...