Книги в жанре «Эротика» по тегу «ochen-otkrovenno-i-goryacho»
Его пальцы были теплыми, крепкими. Он поднес ее руку к губам, и его горячее дыхание обожгло кожу.
— Ты прекрасна, как всегда.
Столик в углу зала был уединенным, освещенным лишь свечами.
Когда официант налил напиток, их пальцы случайно соприкоснулись. Искра пробежала между ними.
— Почему ты пригласил меня сегодня? — спросила Марина, делая глоток.
— Потому что я не мог больше терпеть. Видеть тебя в доме моего сына, знать, что ты рядом, но недоступна... Это было пыткой.
— Ты прекрасна, как всегда.
Столик в углу зала был уединенным, освещенным лишь свечами.
Когда официант налил напиток, их пальцы случайно соприкоснулись. Искра пробежала между ними.
— Почему ты пригласил меня сегодня? — спросила Марина, делая глоток.
— Потому что я не мог больше терпеть. Видеть тебя в доме моего сына, знать, что ты рядом, но недоступна... Это было пыткой.
Ей — 34, она — строгий профессор. Ему — 19, он — её студент, потерявший голову с первой пары.
Дерзкий второкурсник не боится ни отчисления, ни сплетен. Он преследует её, дышит в затылок, пишет дурацкие курсовые только ради лишней минуты наедине. Она сдаётся — сначала в пустой аудитории, потом в машине, потом везде, где застанет жадное «сейчас или никогда».
Это не романтика. Это голод. Секс вместо разговоров, укусы вместо признаний, и стены института, которые помнят слишком много.
Но когда за игрой «преподаватель-студент» проступает что-то настоящее — бежать уже поздно.
Дерзкий второкурсник не боится ни отчисления, ни сплетен. Он преследует её, дышит в затылок, пишет дурацкие курсовые только ради лишней минуты наедине. Она сдаётся — сначала в пустой аудитории, потом в машине, потом везде, где застанет жадное «сейчас или никогда».
Это не романтика. Это голод. Секс вместо разговоров, укусы вместо признаний, и стены института, которые помнят слишком много.
Но когда за игрой «преподаватель-студент» проступает что-то настоящее — бежать уже поздно.
Дальние космические полёты - давно уже рутина. Долгие годы люди на кораблях проводят в анабиозе. Но есть проблема: наука не в силах подавить первобытные инстинкты, которые набирают силу во время анабиоза и способны создать массу проблем. Решение оказалось простым: каждый член экипажа выводится из анабиоза и получает "технический перерыв" для удовлетворения своих желаний. Женя впервые выведена в технический перерыв, и она хочет получить от него всё, что только может...
В первый же день в новой клинике я пошла против протокола самого Аслана Керимова — гениального хирурга и тирана, которого здесь все боятся. Я думала, он меня уволит. Вместо этого он начал войну. Ледяные придирки в операционной, его тяжёлый взгляд везде, куда бы я ни пошла... А потом ночью в тёмном коридоре на меня напали — и он появился из ниоткуда. Спас. Приказал идти домой. И с тех пор не отпускает.
Он появился в моей жизни внезапно. Сосед сверху — высокий, опасный, с глазами, от которых подкашиваются колени.
Одна ночь с ним перевернула мой мир. Я думала, что это просто страсть. Просто секс. Просто ошибка, которую можно забыть.
Но утром я нашла на тумбочке чужую сережку.
А потом в его телефоне — фото убитой девушки.
Теперь я не знаю, кто он: мой любовник, маньяк или тот, кто охотится за маньяком. Но знаю одно: я уже не могу без его рук, без его губ, без того, как он входит в меня, заставляя забыть обо всем на свете.
И даже если он — чудовище... я хочу быть его добычей.
Одна ночь с ним перевернула мой мир. Я думала, что это просто страсть. Просто секс. Просто ошибка, которую можно забыть.
Но утром я нашла на тумбочке чужую сережку.
А потом в его телефоне — фото убитой девушки.
Теперь я не знаю, кто он: мой любовник, маньяк или тот, кто охотится за маньяком. Но знаю одно: я уже не могу без его рук, без его губ, без того, как он входит в меня, заставляя забыть обо всем на свете.
И даже если он — чудовище... я хочу быть его добычей.
– Вы… бессердечные дикари! – закричала я, вырываясь. – Я не стану вашей!
- О нет, ты уже наша, - орк провел по моей щеке грубым пальцем, и я отшатнулась, но была поймана другим.
- Не сопротивляйся, принцесса, - вызывающе порекомендовал второй захватчик, прикусывая ухо удлинёнными клыками. – Мы в любом случае покажем тебе, что значит – принадлежать нам полностью. Что значит – стать игрушкой орков.
Арнх-Дарах завоевал моё королевство. Сбегая от захватчиков, я оказалась в их ловушке. Меня намерены сделать игрушкой всего племени, но я приглянулась двум воинам. В обмен на покорность они готовы защитить меня от остальных. Вот только сдержат ли они слово, когда на меня обращено столько жадных взглядов?
- О нет, ты уже наша, - орк провел по моей щеке грубым пальцем, и я отшатнулась, но была поймана другим.
- Не сопротивляйся, принцесса, - вызывающе порекомендовал второй захватчик, прикусывая ухо удлинёнными клыками. – Мы в любом случае покажем тебе, что значит – принадлежать нам полностью. Что значит – стать игрушкой орков.
Арнх-Дарах завоевал моё королевство. Сбегая от захватчиков, я оказалась в их ловушке. Меня намерены сделать игрушкой всего племени, но я приглянулась двум воинам. В обмен на покорность они готовы защитить меня от остальных. Вот только сдержат ли они слово, когда на меня обращено столько жадных взглядов?
Я ненавидел её три года.
Вика. Бывшая невестка. Она пришла в мой архив просить работу, а от неё пахло гарью — тем же дымом, что преследует меня в кошмарах. Я думал, она просто сломлена. Но она носит тайну. О той ночи. И о том, кто теперь охотится за ней, выжигая круги по карте её прошлого.
Я хотел вырвать из неё правду любой ценой. А получилось так, что между нами вспыхнуло то, чему нет названия. Запретное. Грязное. Неправильное.
Мне сорок четыре, ей двадцать четыре. Между нами кровь, ложь и прикосновения, от которых у обоих сносит крышу.
Я — пожарный. Я тушил сотни огней. Но этот пожар разожгла она. И теперь я либо сгорю, либо спасу нас любой ценой.
Вика. Бывшая невестка. Она пришла в мой архив просить работу, а от неё пахло гарью — тем же дымом, что преследует меня в кошмарах. Я думал, она просто сломлена. Но она носит тайну. О той ночи. И о том, кто теперь охотится за ней, выжигая круги по карте её прошлого.
Я хотел вырвать из неё правду любой ценой. А получилось так, что между нами вспыхнуло то, чему нет названия. Запретное. Грязное. Неправильное.
Мне сорок четыре, ей двадцать четыре. Между нами кровь, ложь и прикосновения, от которых у обоих сносит крышу.
Я — пожарный. Я тушил сотни огней. Но этот пожар разожгла она. И теперь я либо сгорю, либо спасу нас любой ценой.
Сбежала из страны, сменила работу и окружение, лишь бы скрыться от безумца, превратившего мою жизнь в страшный квест. Я верила, что все закончилось.
Наивно решила, что в безопасности, а сегодняшний день станет самым счастливым в моей жизни. Но вместо свадебных поздравлений — сотни гостей в ужасе смотрят на огромный экран. Там транслируются откровенные кадры из моей собственной спальни.
Оказывается сталкер наблюдал за мной все это время. И теперь моя идеальная жизнь разрушена, а родственники жениха смотрят на меня с отвращением.
Он нашел меня.
Мой личный кошмар вернулся, и теперь бежать больше некуда.
Наивно решила, что в безопасности, а сегодняшний день станет самым счастливым в моей жизни. Но вместо свадебных поздравлений — сотни гостей в ужасе смотрят на огромный экран. Там транслируются откровенные кадры из моей собственной спальни.
Оказывается сталкер наблюдал за мной все это время. И теперь моя идеальная жизнь разрушена, а родственники жениха смотрят на меня с отвращением.
Он нашел меня.
Мой личный кошмар вернулся, и теперь бежать больше некуда.
В прошлой жизни я умела летать.
Когда-то я была балериной, а теперь раздеваюсь в клубе «Рай», чтобы отдать долги отца.
У меня не было выбора. Большие деньги, частная вечеринка, которую устраивал некто, кого называли "Волк". Я знала, что рискую. Но даже не подозревала, что этот Волк не просто опасен. Он коллекционирует таких, как я. Падших лебедей.
Не только он смотрит на меня с интересом. Мне некуда бежать, руки тянуться ко мне. Им не нужен мой танец. Им нужна я.
Когда-то я была балериной, а теперь раздеваюсь в клубе «Рай», чтобы отдать долги отца.
У меня не было выбора. Большие деньги, частная вечеринка, которую устраивал некто, кого называли "Волк". Я знала, что рискую. Но даже не подозревала, что этот Волк не просто опасен. Он коллекционирует таких, как я. Падших лебедей.
Не только он смотрит на меня с интересом. Мне некуда бежать, руки тянуться ко мне. Им не нужен мой танец. Им нужна я.
Я не верила в чудеса. Пока пустыня не подарила мне четверых.
Меня зовут Катя. До вчерашнего дня я была простой продавщицей, которую никто не замечал.
До вчерашнего дня.
Старушка в благодарность сунула мне странную брошь. «На удачу в любви», – шепнула она. Случайная царапина и... я открыла глаза в пустыне.
Настоящей. Горячей. Бескрайней.
Вокруг – только песок, руины и четверо всадников на странных животных, несущихся прямо на меня.
Я думала – это конец.
А они спасли меня из лап мутантов и забрали с собой.
Теперь я еду через пустыню в окружении четырёх мужчин, что называют меня «сокровищем». Меня?
Грог везет меня и его рука на моей талии обжигает даже сквозь ткань. Торк рассказывает истории, от которых я забываю дышать. Вулф поёт мне под звёздами, и голос у него – как тёплый ветер. А Зарг просто смотрит. Молча. Так, что внутри всё переворачивается.
Я не знаю, куда мы едем. Я не знаю, захочу ли вернуться. Я знаю только одно.
Впервые в жизни я чувствую себя... живой.
Меня зовут Катя. До вчерашнего дня я была простой продавщицей, которую никто не замечал.
До вчерашнего дня.
Старушка в благодарность сунула мне странную брошь. «На удачу в любви», – шепнула она. Случайная царапина и... я открыла глаза в пустыне.
Настоящей. Горячей. Бескрайней.
Вокруг – только песок, руины и четверо всадников на странных животных, несущихся прямо на меня.
Я думала – это конец.
А они спасли меня из лап мутантов и забрали с собой.
Теперь я еду через пустыню в окружении четырёх мужчин, что называют меня «сокровищем». Меня?
Грог везет меня и его рука на моей талии обжигает даже сквозь ткань. Торк рассказывает истории, от которых я забываю дышать. Вулф поёт мне под звёздами, и голос у него – как тёплый ветер. А Зарг просто смотрит. Молча. Так, что внутри всё переворачивается.
Я не знаю, куда мы едем. Я не знаю, захочу ли вернуться. Я знаю только одно.
Впервые в жизни я чувствую себя... живой.
Подборка очень откровенной эротики
Выберите полку для книги