Книги в жанре «Эротика» по тегу «ochen-otkrovenno-i-goryacho»
На мой девичник перед 8 Марта подружки решили сводить меня в женский стриптиз-клуб, они ведь не знают, что у меня ещё ни разу не было...
И когда стриптизёр исполнял для меня приватный танец, я совершила ужасное, неслыханное, за что меня отвели к владельцу самого клуба!
Теперь он меня накажет...
***
— А вот и мой отец, Егор, — говорит мой жених, и я смотрю на приближающегося к нам мужчину в дорогом костюме.
С которым я... Который мне...
— Приятно познакомиться, — вся вспыхиваю, стараясь не смотреть ему в глаза, и мою руку обжигает его пылающая раскалённая ладонь...
Всё... Я попала...
И когда стриптизёр исполнял для меня приватный танец, я совершила ужасное, неслыханное, за что меня отвели к владельцу самого клуба!
Теперь он меня накажет...
***
— А вот и мой отец, Егор, — говорит мой жених, и я смотрю на приближающегося к нам мужчину в дорогом костюме.
С которым я... Который мне...
— Приятно познакомиться, — вся вспыхиваю, стараясь не смотреть ему в глаза, и мою руку обжигает его пылающая раскалённая ладонь...
Всё... Я попала...
Он прижал меня спиной к прохладной стене кабины. Обе его горячие ладони легли по обе стороны от моего лица. Его широкая грудь тяжело вздымалась, вжимаясь в мою. Я задохнулась от близости его идеального тела, от терпкого запаха мужского мускуса и кедра, который дурманил хлеще любого алкоголя.
— Ты хоть представляешь, что творишь со мной, Алина? — его голос вибрировал низким, гортанным рыком, пробирающимся прямо под кожу. — Я смотрел, как этот ублюдок открывает свой грязный рот, и единственное, чего я хотел — это свернуть ему шею прямо там. А потом забрать тебя, спрятать от всех глаз и никуда не отпускать.
— Шамиль… — выдохнула я, глядя в его потемневшие, бездонные глаза. Страх прошлого исчез. Остался только сумасшедший, первобытный голод, пульсирующий внизу живота.
— Ты хоть представляешь, что творишь со мной, Алина? — его голос вибрировал низким, гортанным рыком, пробирающимся прямо под кожу. — Я смотрел, как этот ублюдок открывает свой грязный рот, и единственное, чего я хотел — это свернуть ему шею прямо там. А потом забрать тебя, спрятать от всех глаз и никуда не отпускать.
— Шамиль… — выдохнула я, глядя в его потемневшие, бездонные глаза. Страх прошлого исчез. Остался только сумасшедший, первобытный голод, пульсирующий внизу живота.
Братья обнялись, и на секунду Вика увидела два идентичных силуэта, сливающихся воедино. Было в этом что-то зловеще-прекрасное.
— Матвей, это моя Вика, — сказал Денис, отступая на шаг и с гордостью беря ее за руку. — Викусь, это мой брат.
Матвей шагнул к ней и протянул руку. Его ладонь была теплой и сухой, а сжатие — уверенным, почти властным. Он не отпускал ее руку долю секунды дольше, чем положено, и все это время смотрел ей прямо в глаза.
— Очень приятно, Виктория. Денис много о тебе говорил. Все правда.
В его голосе не было ничего, кроме вежливости, но интонация заставила ее щеки залил румянец. Она выдернула руку и смущенно опустила глаза.
— Матвей, это моя Вика, — сказал Денис, отступая на шаг и с гордостью беря ее за руку. — Викусь, это мой брат.
Матвей шагнул к ней и протянул руку. Его ладонь была теплой и сухой, а сжатие — уверенным, почти властным. Он не отпускал ее руку долю секунды дольше, чем положено, и все это время смотрел ей прямо в глаза.
— Очень приятно, Виктория. Денис много о тебе говорил. Все правда.
В его голосе не было ничего, кроме вежливости, но интонация заставила ее щеки залил румянец. Она выдернула руку и смущенно опустила глаза.
Не говоря ни слова, так называемый отчим забрал у меня фикус, с которого снова капнула грязная вода и горшок исчез в его широкой ладони.
— Пошли. — сказал он коротко и развернулся к лифту, увлекая меня за собой.
— Куда? — выдохнула я, упираясь пятками в мраморный пол.
Он остановился и обернулся. В лифт как раз заходил тот второй мужчина, придерживая дверь рукой и с интересом наблюдая за нами. Георгий Юрьевич наклонился ко мне ближе, чем следовало и заглянул в глаза.
— У тебя есть другие варианты, Аня? — почти прошептал он и я почувствовала тепло его дыхания на своей щеке. — Ночлежка? Вокзал?
— Пошли. — сказал он коротко и развернулся к лифту, увлекая меня за собой.
— Куда? — выдохнула я, упираясь пятками в мраморный пол.
Он остановился и обернулся. В лифт как раз заходил тот второй мужчина, придерживая дверь рукой и с интересом наблюдая за нами. Георгий Юрьевич наклонился ко мне ближе, чем следовало и заглянул в глаза.
— У тебя есть другие варианты, Аня? — почти прошептал он и я почувствовала тепло его дыхания на своей щеке. — Ночлежка? Вокзал?
После окончания трёхлетних отношений я решила начать все с чистого листа. Стать более раскрепощенной, сексуальной и желанной. Зарегистрировавшись на пикантном сайте знакомств я и не могла представить, чем закончится первое сообщение. А если быть точнее, сколько оно принесет удовольствия, новых впечатлений и... любви?
— Я предлагаю сделку, — продолжает он, отодвигая от стола и делая несколько шагов ко мне. Он останавливается так близко, что я чувствую исходящее от него тепло. — Месяц. Тридцать дней и ночей. Не как пленница и тюремщик. Не как собственник и вещь. Как мужчина и женщина. Настоящие, страстные, без условий и предыдущих правил отношения.
— Я свободна уйти? — спрашиваю я, и мой голос звучит чужим.
— В любой момент, — кивает он. — Ты чиста передо мной и перед собой. Но если ты останешься... то знай. Я буду добиваться тебя так, как не делал ни с кем. Не покупать. Не приказывать. Соблазнять. Ты будешь моей не по контракту, а потому что сама этого захочешь. До потери пульса. До безумия.
— Начинай добиваться, — говорю я тихо, и впервые смотрю на него не как пленница, а как женщина, принявшая вызов.
— Я свободна уйти? — спрашиваю я, и мой голос звучит чужим.
— В любой момент, — кивает он. — Ты чиста передо мной и перед собой. Но если ты останешься... то знай. Я буду добиваться тебя так, как не делал ни с кем. Не покупать. Не приказывать. Соблазнять. Ты будешь моей не по контракту, а потому что сама этого захочешь. До потери пульса. До безумия.
— Начинай добиваться, — говорю я тихо, и впервые смотрю на него не как пленница, а как женщина, принявшая вызов.
— Ты пришла в мой дом, Эмма, — его низкий голос загоняет в угол. — В этом доме нет дверей, которые закрыты для меня. И нет правил, кроме моих.
Я ненавижу Марка Варламова. Беспринципный хищник, он цинично отобрал проект всей моей жизни и поставил жестокий ультиматум. Теперь я вынуждена подписать контракт и целый месяц жить в его загородном доме, работая под его личным контролем.
Я думала, это будет просто работа. Но в его доме нет замков. Зато есть удушающее напряжение, публичные провокации и игры на грани фола. Он ломает мою волю и доводит до исступления, порой даже не касаясь.
Я поклялась, что никогда не сдамся. Но как выжить в этой клетке, если мое тело предательски плавится от одного его взгляда, а желание подчиниться становится невыносимым?
Я ненавижу Марка Варламова. Беспринципный хищник, он цинично отобрал проект всей моей жизни и поставил жестокий ультиматум. Теперь я вынуждена подписать контракт и целый месяц жить в его загородном доме, работая под его личным контролем.
Я думала, это будет просто работа. Но в его доме нет замков. Зато есть удушающее напряжение, публичные провокации и игры на грани фола. Он ломает мою волю и доводит до исступления, порой даже не касаясь.
Я поклялась, что никогда не сдамся. Но как выжить в этой клетке, если мое тело предательски плавится от одного его взгляда, а желание подчиниться становится невыносимым?
— О чём ты думала, когда выбирала его? — продолжает Максим. — Когда смотрела в зеркало?
Я вспоминаю утро. Руки, поправляющие платье. Глубокое декольте. Открытая спина. Ткань, обтягивающая каждый изгиб.
— Думала о том, как буду выглядеть.
— Нет. — Он качает головой. Медленно. — О чём ты думала на самом деле?
Артём проводит пальцем по моему запястью. Медленно. Касаетесь местом, где под кожей бьются вены. Его прикосновение — вопрос. Требование.
— Думала... о мужчинах, — говорю я. — О том, что они подумают. О том, что захотят сделать.
— Чего ты хотела от них?
Слова застревают в горле. Дыхание перехватывает.
— Скажи, — приказывает Максим. Голос твёрже.
— Внимания. Взглядов. Чтобы... хотелось меня. Чтобы мечтали обо мне.
___________
На корпоратив в честь 8-ого марта я купила новое платье и привлекла внимание двух боссов. Эту ночь мне не забыть.
Я вспоминаю утро. Руки, поправляющие платье. Глубокое декольте. Открытая спина. Ткань, обтягивающая каждый изгиб.
— Думала о том, как буду выглядеть.
— Нет. — Он качает головой. Медленно. — О чём ты думала на самом деле?
Артём проводит пальцем по моему запястью. Медленно. Касаетесь местом, где под кожей бьются вены. Его прикосновение — вопрос. Требование.
— Думала... о мужчинах, — говорю я. — О том, что они подумают. О том, что захотят сделать.
— Чего ты хотела от них?
Слова застревают в горле. Дыхание перехватывает.
— Скажи, — приказывает Максим. Голос твёрже.
— Внимания. Взглядов. Чтобы... хотелось меня. Чтобы мечтали обо мне.
___________
На корпоратив в честь 8-ого марта я купила новое платье и привлекла внимание двух боссов. Эту ночь мне не забыть.
Стоит ли удивляться, что наши пути пересеклись, хотя жили мы буквально через стенку? Апогеем этого была внезапно вспыхнувшая страсть в тесном пространстве лифта. С тех пор друг о друге забыть мы просто не в силах. Но как быть, когда обстоятельства и люди будто играют против нашей любви?
❗️ЗАВЕРШЕНО❗️
— Это ничего не меняет! Я больше не собираюсь с вами работать!
— И почему же?
— Потому что вы самовлюблённый, напыщенный, эгоистичный!.. — задохнувшись невысказанными ругательствами, я долбанула по кнопке своего этажа.
Черты лица Жарова опасно заострились, но я была слишком взбешена, чтобы обратить внимание.
— Кто? — протянул он. — Договаривайте, Инесса.
— Козёл!
Неожиданно лифт дёрнулся, лампы мигнули и погасли, а спустя мгновение включился приглушённый, красноватый свет…
***
Мы с боссом застряли в лифте. Следующие несколько часов мне предстоит провести в компании самого отвратительного человека на свете… и самого оригинального подарка, который я когда-либо получала на 8 Марта.
— Это ничего не меняет! Я больше не собираюсь с вами работать!
— И почему же?
— Потому что вы самовлюблённый, напыщенный, эгоистичный!.. — задохнувшись невысказанными ругательствами, я долбанула по кнопке своего этажа.
Черты лица Жарова опасно заострились, но я была слишком взбешена, чтобы обратить внимание.
— Кто? — протянул он. — Договаривайте, Инесса.
— Козёл!
Неожиданно лифт дёрнулся, лампы мигнули и погасли, а спустя мгновение включился приглушённый, красноватый свет…
***
Мы с боссом застряли в лифте. Следующие несколько часов мне предстоит провести в компании самого отвратительного человека на свете… и самого оригинального подарка, который я когда-либо получала на 8 Марта.
Подборка очень откровенной эротики
Выберите полку для книги