Книги в жанре «Эротика» по тегу «skachat»
ВТОРОЙ ТОМ. БЕСПЛАТНО!
Pov Даврос
В моей жизни до вынужденной женитьбы не было сожалений. Безразличие же к собственной супруге казалось естественным... Билсилия вызывала во мне разве что лёгкое раздражение. Но... Почему теперь я нахожу её самой красивой женщиной на свете? Почему у меня замирает сердце каждый раз, когда я слышу её голос? Почему я так сильно скучаю, даже если мы виделись лишь несколько минут назад?
Билсилия стала самым важным человек в моей жизни, но... Кажется что-то не так.
Pov Билсилия
Даврос - эгоист до костей. Он, безусловно красив, потому то я и скрашиваю с ним своё временное пребывание в чужом мире. Однако эти его деспотичным привычки... В общем терплю только потому что уверена - скоро вернусь домой.
Мат. Психотропные. Секс. Строго 18+
Pov Даврос
В моей жизни до вынужденной женитьбы не было сожалений. Безразличие же к собственной супруге казалось естественным... Билсилия вызывала во мне разве что лёгкое раздражение. Но... Почему теперь я нахожу её самой красивой женщиной на свете? Почему у меня замирает сердце каждый раз, когда я слышу её голос? Почему я так сильно скучаю, даже если мы виделись лишь несколько минут назад?
Билсилия стала самым важным человек в моей жизни, но... Кажется что-то не так.
Pov Билсилия
Даврос - эгоист до костей. Он, безусловно красив, потому то я и скрашиваю с ним своё временное пребывание в чужом мире. Однако эти его деспотичным привычки... В общем терплю только потому что уверена - скоро вернусь домой.
Мат. Психотропные. Секс. Строго 18+
Горячие ночи с боссом уже перестали быть тайной! А переговорная теперь запирается на ключ изнутри...
Однажды Анастасия приглашает своего босса поужинать вместе. Она решилась, наконец, признаться... но в чем?
Однажды Анастасия приглашает своего босса поужинать вместе. Она решилась, наконец, признаться... но в чем?
У меня идеальная работа: я пугаю людей до полусмерти в латексном костюме Госпожи, а мне за это платят. Клиенты визжат, красный латекс блестит, жизнь удалась. Единственный минус — личная жизнь стремится к нулю. Мужчины хотят пригласить меня на кофе, но ловят взглядом мой кнут и сбегают. Трусы.
Всё изменилось за секунду. Погас свет — и я рухнула прямиком в мир чёрных оборотней. Красивые, высокие, с жёлтыми глазами, от которых мурашки по коже. И, судя по их ошалевшим взглядам, женщин они тут отродясь не видели. Тем более таких красоток как я.
Теперь главное — не растеряться. Кнут при мне, язык подвешен, самооценка на месте. Посмотрим, кто кого.
Есть одна проблема — мой запах сводит их с ума...
Всё изменилось за секунду. Погас свет — и я рухнула прямиком в мир чёрных оборотней. Красивые, высокие, с жёлтыми глазами, от которых мурашки по коже. И, судя по их ошалевшим взглядам, женщин они тут отродясь не видели. Тем более таких красоток как я.
Теперь главное — не растеряться. Кнут при мне, язык подвешен, самооценка на месте. Посмотрим, кто кого.
Есть одна проблема — мой запах сводит их с ума...
Молодая девушка, доверившись мошеннику-риэлтору, оказывается в ловушке собственной наивности. Он забирает все её деньги и назначает встречу у дома в глухой деревне для передачи документов. Но на месте никого нет — только заброшенная полуразрушенная изба, бескрайний лес и гнетущая тишина.
С наступлением темноты одиночество сменяется леденящим ужасом: вокруг дома начинают раздаваться непонятные шорохи, мелькают странные тени, а воздух разрывает жуткий вой. Сначала она списывает всё на голодных волков, но вскоре понимает — за стенами скрывается нечто куда более древнее, умное и безжалостное. И теперь главный вопрос не в том, как выбраться из этой богом забытой деревни, а в том, что именно охотится на неё в темноте… и зачем.
С наступлением темноты одиночество сменяется леденящим ужасом: вокруг дома начинают раздаваться непонятные шорохи, мелькают странные тени, а воздух разрывает жуткий вой. Сначала она списывает всё на голодных волков, но вскоре понимает — за стенами скрывается нечто куда более древнее, умное и безжалостное. И теперь главный вопрос не в том, как выбраться из этой богом забытой деревни, а в том, что именно охотится на неё в темноте… и зачем.
Даша всхлипнула. Не заплакала — именно всхлипнула, от неожиданности, от того, как это ощущалось: его губы на её самом уязвимом месте, там, где она прятала стыд годами.
— Ты не представляешь, — сказал он, не поднимая головы, — как давно я хотел это сделать. Ещё когда увидел тебя на балконе. В той рубашке. Твои бёдра, твой живот... Я хотел встать на колени и поцеловать каждый сантиметр.
— Почему? — прошептала Даша. Голос сел.
— Потому что ты — настоящая. Не накачанная, не высушенная, не фальшивая. Твоё тело помнит всё: каждую слезу, каждое унижение, каждую ночь, когда ты плакала в подушку. Я хочу заставить тебя забыть всё это. Хотя бы на сегодня.
— Ты не представляешь, — сказал он, не поднимая головы, — как давно я хотел это сделать. Ещё когда увидел тебя на балконе. В той рубашке. Твои бёдра, твой живот... Я хотел встать на колени и поцеловать каждый сантиметр.
— Почему? — прошептала Даша. Голос сел.
— Потому что ты — настоящая. Не накачанная, не высушенная, не фальшивая. Твоё тело помнит всё: каждую слезу, каждое унижение, каждую ночь, когда ты плакала в подушку. Я хочу заставить тебя забыть всё это. Хотя бы на сегодня.
Ночью они лежали в постели. Кондиционер работал — новый, который Ариф купил накануне. В комнате было прохладно. Даша прижималась к нему спиной, чувствовала, как его рука лежит на её животе — тяжёлая, тёплая.
— Ты не жалеешь? — спросила она в темноту.
— О чём?
— Что я не умею готовить твои любимые блюда. Что я не говорю по-турецки. Что я чужая здесь.
— Ты не чужая. Ты — моя. — Он поцеловал её в плечо. — А готовить научишься. Или нет. Неважно.
— Ты не жалеешь? — спросила она в темноту.
— О чём?
— Что я не умею готовить твои любимые блюда. Что я не говорю по-турецки. Что я чужая здесь.
— Ты не чужая. Ты — моя. — Он поцеловал её в плечо. — А готовить научишься. Или нет. Неважно.
Что сделает женщина, которая десять лет просыпается в пустой постели?
Правильно. Пойдёт на невольничий рынок.Алиса ненавидит снег в столице — грязный, липкий, мёртвый. Она ненавидит свою холодную постель и одиночество. Ни любви, ни страсти, никого, кто бы коснулся бы ее щеки на прощание.
Каэлан — лесной эльф, вождь. Пять лет плена, четыре хозяйки, ненависть ко всем людям без исключения. Однако он не знал, что у женщины в чёрном шёлке может быть имя, которое захочется шептать сквозь сон.
Для тех, кто верит, что даже в самые тёмные зимы можно найти свет.
Правильно. Пойдёт на невольничий рынок.Алиса ненавидит снег в столице — грязный, липкий, мёртвый. Она ненавидит свою холодную постель и одиночество. Ни любви, ни страсти, никого, кто бы коснулся бы ее щеки на прощание.
Каэлан — лесной эльф, вождь. Пять лет плена, четыре хозяйки, ненависть ко всем людям без исключения. Однако он не знал, что у женщины в чёрном шёлке может быть имя, которое захочется шептать сквозь сон.
Для тех, кто верит, что даже в самые тёмные зимы можно найти свет.
Я приехала на мальчишник к жениху и увидела, что он мне изменил. На эмоциях я переспала со свекром. Свадьбы не быть, но жених со мной не согласен. Свадьба будет. А если я не хочу?
Я прилетела в Токио с разбитым сердцем и чемоданом надежд. Бывший муж сказал, что без него я никто. Я решила доказать обратное.
Рю Сато — глава огромного холдинга. Холодный, резкий, невыносимый. Мы столкнулись случайно, и я залила кофе его идеальный костюм. Он меня возненавидел. Я ответила тем же.
Но у судьбы странное чувство юмора. Я вынуждены работать над его проектом, который может либо вознести мою карьеру, либо уничтожить её окончательно.
Рю Сато — глава огромного холдинга. Холодный, резкий, невыносимый. Мы столкнулись случайно, и я залила кофе его идеальный костюм. Он меня возненавидел. Я ответила тем же.
Но у судьбы странное чувство юмора. Я вынуждены работать над его проектом, который может либо вознести мою карьеру, либо уничтожить её окончательно.
Я — Зоя Савицкая, хирург с дырявыми джинсами под халатом и оправдательным приговором за душой.
Меня взяли в элитную клинику назло её главному врачу — ледяному Демиду Барских, который ненавидит хаос и всё, что нельзя проконтролировать.
А я и есть хаос. И теперь этот ледяной мудак сам тает в моих руках — по ночам в его кабинете, в лифте, в душевой…
Он думал, что уничтожит меня, но я пришла, чтобы вскрыть его душу.
Меня взяли в элитную клинику назло её главному врачу — ледяному Демиду Барских, который ненавидит хаос и всё, что нельзя проконтролировать.
А я и есть хаос. И теперь этот ледяной мудак сам тает в моих руках — по ночам в его кабинете, в лифте, в душевой…
Он думал, что уничтожит меня, но я пришла, чтобы вскрыть его душу.
Подборка книг
Выберите полку для книги