Книги в жанре «Эротика» по тегу «skachat»
Он поспорил на меня, как на породистую кобылу. Цинично, грязно, самоуверенно. Глеб Царёв — мажор, бабник, любимчик фортуны, который привык получать всё по щелчку пальцев. Я отшила его прилюдно, глядя прямо в эти наглые серые глаза, даже не подозревая, что подписываю себе приговор. Он не отступил. Он начал охоту. А я даже не заметила, как стала дичью, которая сама бежит в расставленные сети.
Вот только у судьбы на нас были свои планы.
От ненависти до любви — один шаг. От любви до предательства — одно слово. История, которая разорвет вам душу и не отпустит до последней страницы.
Вот только у судьбы на нас были свои планы.
От ненависти до любви — один шаг. От любви до предательства — одно слово. История, которая разорвет вам душу и не отпустит до последней страницы.
Бывший женился.
Я хотела испечь лимонный пирог, чтобы отвлечься. Но вместо кухни оказалась на совете эльфов.
Теперь самый холодный маг Академии не сводит с меня глаз. Он говорит, что хочет обучить меня магии... Только ли магии?
Я хотела испечь лимонный пирог, чтобы отвлечься. Но вместо кухни оказалась на совете эльфов.
Теперь самый холодный маг Академии не сводит с меня глаз. Он говорит, что хочет обучить меня магии... Только ли магии?
На концерте ко мне пристал пьяный неадекват. От него меня спасают трое друзей. Мы вместе проводим вечер, который плавно переходит в ночь. Соглашаться ли на продолжение вечера в гостях у одного из друзей? А почему бы и нет. Но к тому, что меня ждало дальше, я не была готова.
Кира работала быстро. Пинцет, изолирующие перчатки, заговорённый контейнер. Кристалл не поддавался — прирос к катушке, впился рунами в медь. Пришлось использовать одновременно паяльник и заклинание разрыва. Левой рукой — паяльник, правой — жест, губы шепчут формулу. Искра. Треск. Кристалл отвалился.
Кира бросила его в контейнер, захлопнула крышку. Генератор вздохнул. Гул выровнялся. Руны загорелись ровно, тепло, голубым.
— Готово, — выдохнула она. Вытерла лоб тыльной стороной ладони.
Дарен смотрел на неё. С интересом. Без подозрения.
— Ты управляешь двумя руками одновременно. Паяльник и магия.
— Инженер-чародей. Суть профессии.
— Я видел таких. Обычно они не лезут в генераторы голыми руками.
— А я лезу. — Кира защёлкнула панель. — Этот кристалл — не случайность. Кто-то поставил его целенаправленно. Точно в третью катушку. Знал схему.
Дарен помрачнел.
— Третий за месяц. В Южном форте и в Башне Сигналов тоже нашли. Я думал, совпадение.
— Не совпадение. Кто-то гасит генератор.
Кира бросила его в контейнер, захлопнула крышку. Генератор вздохнул. Гул выровнялся. Руны загорелись ровно, тепло, голубым.
— Готово, — выдохнула она. Вытерла лоб тыльной стороной ладони.
Дарен смотрел на неё. С интересом. Без подозрения.
— Ты управляешь двумя руками одновременно. Паяльник и магия.
— Инженер-чародей. Суть профессии.
— Я видел таких. Обычно они не лезут в генераторы голыми руками.
— А я лезу. — Кира защёлкнула панель. — Этот кристалл — не случайность. Кто-то поставил его целенаправленно. Точно в третью катушку. Знал схему.
Дарен помрачнел.
— Третий за месяц. В Южном форте и в Башне Сигналов тоже нашли. Я думал, совпадение.
— Не совпадение. Кто-то гасит генератор.
Она — финансовый аналитик plus-size с острым языком.
Он — владелец горнолыжной империи, привыкший к власти.
Их свёл шантаж. Их разлучило предательство. А между ними — три месяца, один побег, похищенный кот и чувство, которое ломает любые бизнес-планы.
Он — владелец горнолыжной империи, привыкший к власти.
Их свёл шантаж. Их разлучило предательство. А между ними — три месяца, один побег, похищенный кот и чувство, которое ломает любые бизнес-планы.
Она — принцесса из южного дворца, чья семья пала под ударом варварского топора. Он — принц Севера, чье сердце выжжено жаждой мести. Когда замок атакован, Ариадина надевает маску служанки, чтобы спастись от гибели. Но Ксарен видит в ней не добычу для выкупа, а инструмент войны.
В ледяных стенах Гритхольма она учится ненавидеть так же сильно, как он любит убивать. Их союз — это сделка с дьяволом ради спасения народа. Каждый поцелуй — клеймо на её душе, каждый приказ — шаг к власти над империей, построенной на пепле их прошлого.
Это история о том, как любовь рождается из самой темной ненависти, когда единственный способ победить врага — стать им самим.
В ледяных стенах Гритхольма она учится ненавидеть так же сильно, как он любит убивать. Их союз — это сделка с дьяволом ради спасения народа. Каждый поцелуй — клеймо на её душе, каждый приказ — шаг к власти над империей, построенной на пепле их прошлого.
Это история о том, как любовь рождается из самой темной ненависти, когда единственный способ победить врага — стать им самим.
Есть ли жизнь после смерти? Я никогда об этом не задумывалась, пока не умерла и не попала в магический, чуждый и, откровенно говоря, отвратительный мир, в котором правят жестокость, насилие и безумство. И это гнилое местечко, по задумке богини, мне предстоит спасать. Придется соглашаться и устанавливать свои правила проживания в этом гиблом месте. С чем только русская женщина, пусть и в теле эльфийки, не справлялась?
- А вот и Лисицкая, - реагирует на моё появление препод. – Её-то мы и ждали! Сидели и со всей группой решали, кого же я буду первого тут… - тут он делает провокационную паузу, вызывая смешки. – А она как раз и одета соответствующе, - заканчивает он для группы.
- А чем вам не нравится моя одежда? – вскидываюсь, поставив сумку на свободный стул.
- Кто сказал, что не нравится? – он демонстративно раздевает меня взглядом с ног до головы, и нижняя чакра начинает подтаивать. – Белый верх, чёрный низ! Прямо к доске.
- Глеб Евгеньевич, вам с утра ещё не дали?.. – любопытствую я и получаю очко от хихикающих зрителей, - …слить кипучую энергию в конструктивное русло?
- Нет, Лисицкая, всю ночь не спал – мечтал, как буду сливать её в вас!
Колесов – излишне принципиальный преподаватель. А я – дочка самого Дмитрия «Питбуля» Лисицкого и привыкла легко получать, что хочу. Только с Колесовым всё складывается не так, как я планировала…
- А чем вам не нравится моя одежда? – вскидываюсь, поставив сумку на свободный стул.
- Кто сказал, что не нравится? – он демонстративно раздевает меня взглядом с ног до головы, и нижняя чакра начинает подтаивать. – Белый верх, чёрный низ! Прямо к доске.
- Глеб Евгеньевич, вам с утра ещё не дали?.. – любопытствую я и получаю очко от хихикающих зрителей, - …слить кипучую энергию в конструктивное русло?
- Нет, Лисицкая, всю ночь не спал – мечтал, как буду сливать её в вас!
Колесов – излишне принципиальный преподаватель. А я – дочка самого Дмитрия «Питбуля» Лисицкого и привыкла легко получать, что хочу. Только с Колесовым всё складывается не так, как я планировала…
Маленький сладкий и горячий бонус для моих любимых читателей!
История Рика и Кары.
Книга не имеет никакой литературной и художественной ценности!
История Рика и Кары.
Книга не имеет никакой литературной и художественной ценности!
Интересуетесь, как попасть в сексуальное рабство? Очень просто. Приезжаете из захолустья, поступаете в какой-нибудь вуз, желательно не самый престижный, приходите на медкомиссию... И вуаля! Попадаете на торги... Готовы? Тогда поехали!
(P.S. Только не рассчитывайте, что будет легко...)
(P.S. Только не рассчитывайте, что будет легко...)
Подборка книг
Выберите полку для книги