Книги в жанре «Мелодрама» по тегу «vstrecha-cherez-vremya»

— Мы куда-то едем? — смотрю на сумку посреди комнаты и на мужа, который носится по комнате и скидывает туда вещи.
— Я — да, ты как хочешь.
— Что это значит?
— Что слышала. Всё. Думал, что справлюсь, но не могу. Это не мои дети. Да никакой нормальный мужик не примет чужих детей.
— Но они наши...
— Твои. И какого-то мужика. Донора. Я думал, что приму это, но нет. Извиняться не стану. Как вообще можно полюбить чужих щенят? Да и ты... Я думал роды лечат, как родишь, мы потом общего заведём, а ты теперь на что годна?
— Слава, но это ты не можешь иметь детей, не я!
— Могу, — глухо говорит он, а потом гремит взрыв. — Рита! Чёрт! — восклицает Слава, хватает сумку и бежит на выход.
Рита? Моя подруга Рита?
— Ты куда! Стой! А мы...
— Да плевать мне, ясно тебе? Чего ты разнылась?! Родила сама — занимайся сама. А там... Моя женщина, беременная от меня, моим ребёнком! Так что дальше каждый сам по себе, Викуль.

— Почему ты в парке ночью с тремя детьми?
— Потому что нам некуда идти, — честно говорю я.
— Где ты живешь сейчас?
— Пару дней ночевала у знакомых, но… нас слишком много для однушки. Сейчас моя подруга должна прилететь из отпуска в Турции. Часа в два ночи, я жду ее.
— А что отец детей думает обо всем этом?
— Я у них одна, — сердце сжимается, когда отвечаю Камилю, который и не подозревает, что он и есть папа мальчиков…
— Поехали, — наконец говорит он.
— Куда?
— Ко мне, — звучит набатом в ночи.

— Простите, но я не могла его не впустить, — выдает нервно домработница, встречая возле забора.
— Кого?
Она открывает дверь в мой же двор и указывает ладонью.
— Его.
На идеально подстриженном газоне медленно, но верно вырастает палатка. Мальчишка вертится вокруг неё, натягивая растяжки и забивая колышки, чтобы строение было устойчивым.
— Это кто? — спрашиваю ошарашенно.
Мальчик оборачивается, и по веснушкам на курносом носу я его узнаю.
— Твой сын, — фыркает Артём недовольно.
— Что ты тут делаешь?
— Мама не может из-за меня лечь в больницу. Бабушка хотела меня тебе подкинуть, и я решил сделать это сам. Я буду с тобой жить, но на своих условиях. Не потесню, и запасы у меня есть, — кивает на рюкзак. — Мы можем даже не общаться. Так даже будет лучше.
Ну да… Я в доме, сын в палатке. Вообще шикарно…

Я была его незаметной секретаршей, а он – моим властным, неприступным боссом. Карим Салманов ворвался в мою жизнь ураганом, заставив поверить в сказку. А потом бросил ради выгодной невесты на своей родине. «Я тебе ничего не обещал», – эта фраза выжгла клеймо на моем сердце. Но мой властный кавказский босс не знал главного: уходя, я уносила под сердцем тайну. Его дочь.

— Глеб Константинович. Там с охраны звонят, говорят мальчик какой-то требует пустить его к вам.
— Мальчик? — непонимающе уставился на секретаршу.
— Мальчик. Маленький. Может полицию вызвать? Ребёнок один бродит непонятно где.
— Не надо полицию, — нахмурился я. — Приведите его ко мне.
Секретарша озадаченно кивнула и скрылась за дверью. Вернулась через пару минут, пропуская в кабинет того самого мальчишку из парка. Артём вошёл, стараясь выглядеть уверенно, но его выдавали сбившееся дыхание и широко распахнутые глаза, с любопытством оглядывающие мой просторный кабинет с панорамными окнами.
— Вот, Глеб Константинович, — с лёгким недоумением в голосе произнесла секретарша и, получив от меня кивок, удалилась, притворив за собой тяжёлую дверь.
Мы остались одни. Я откинулся в кресле, стараясь принять максимально безобидный вид, хотя внутри всё замерло в напряжённом ожидании.
— Привет… пап, — тихо выдохнул Артём и посмотрел на меня, слишком похожими на мои, серыми глазами.

— Четверо? — переспрашивает Данияр хрипло.
— Да.
Он несколько секунд смотрит куда-то сквозь меня, а затем поднимает глаза.
— Кто отец?
И от этого вопроса в голове наконец что-то щелкает.
— Ты хочешь знать, от кого я беременна?
Я подхожу ближе.
— Да.
— Я беременна от мужчины, который сказал мне, что больше не хочет проходить со мной через ЭКО. От мужчины, который выбрал остаться там, среди пуль, когда я просила вернуться домой. От мужчины, который больше не захотел меня видеть.
Данияр крепко стискивает челюсть. Я смотрю ему прямо в глаза.
— Я беременна от моего бывшего мужа. От тебя!
Говорю и ухожу, оставив нового главврача переваривать в коридоре больницы новость о том, что уже довольно скоро у него родятся… сразу четверо детей.

— И что мне с вами делать? — спрашиваю трех угощиков, которые разбили мой джип и снесли забор особняка, но они молчат, как партизаны. — Куда на моей машине собрались?
— Маму спасать. Ба сказала, ее полицейские схватили, — писклявым голосом болтает пацан справа. — А в садике гадости говорили, что ее заберут навсегда, вот мы и решили…
— Мы вытащим ее из тюрьмы! Мы все взяли с собой!
Девчонка в подтверждение расстегивает рюкзак и демонстрирует мне фонарик, детский молоточек, пластырь и плюшевого зайца.
— Ладно, мама в полиции, а папа ваш где? — спрашиваю их, но наш разговор прерывает отчаянный крик.
— НЕГОДНИКИ! — а по дороге к нам несется седовласая женщина. — Вы на кой черт сбежали из детского сада? У меня чуть сердце не остановилось, когда я вас там не нашла!
Она с разбегу сгребает в охапку малышню. А потом открывает глаза, и мы встречаемся взглядами.
— Лидия Михайловна?
Ее лицо белеет. Я резко опускаю взгляд на детей и снова смотрю на мать моей бывшей.
— А Ксюша где?

— Ах вы, разбойники! Я все видела! Трубу поломали! Весь дом останется без воды! — орет бабка. — Я сейчас участковому позвоню, вас в детскую комнату полиции сдадут! И мамка ваша шелудивая за все заплатит!
Она кидается на пацанов, которых я только что спас от своих же петард, но я на инстинктах загораживаю их собой.
— Так, стоять! Меня учили уважать старших, но если тронете детей, я не побоюсь тронуть вас, — заявляю грозно.
— А ты кто такой вообще? — спрашивает дед. — Отец, что ли?
— Да ихний, ты на него посмотри! — визжит бабка.
— Наш папа погиб! — заявляет щекастый пацан у меня из-за спины, и мне жалко становится их.
Я достаю бумажник и протягиваю деду неаколько купюр на аварийную службу, а затем оборачиваюсь к пацанам.
— Так ладно, каскадеры. А мамка где ваша? Ведите, пока я не сдал вас в полицию сам.
И после застываю с приоткрытым ртом на третьем этаже, потому что… на пороге стоит девушка, которая меня не дождалась.
— Лена?

Муж потребовал развода на следующий день после свадьбы.

Через восемь лет он вернулся в мою жизнь с сыном от другой женщины и с предложением, от которого разумнее было бы отказаться. Только встретились мы в суде, где его нынешняя жена пыталась разрушить мою жизнь…

— Света, ты теперь будешь жить с нами?
Сын бывшего с самым серьёзным видом поправляет очки, наклоняет голову и оценивает меня, словно товар на витрине.
— Мне нравится. — выносит вердикт.
У меня словарный запас иссяк. Точнее, остался только тот, который при детях не принято употреблять.
Перевожу взгляд за спину мальчика, на бывшего мужа. Он даже не думает осаживать сына. Складывает руки на груди и довольно усмехается:
— Согласен, Паша. Берём.
А моё мнение, не? Не учитывается?

Двенадцать лет назад он бросил меня перед свадьбой и ушел к другой женщине.
Сегодня его без сознания привозят ко мне в операционную.
Я — военный хирург. Он — офицер спецназа. Теперь его жизнь в моих руках.
Он еще не знает, что за операционным столом стоит женщина, которую когда-то предал.
И уж тем более не знает, что у нас есть сын...