Книги в жанре «Современный любовный роман» по тегу «besplatnoe»
-У Скуратова те еще патриархально- домостроевские замашки, Орлов. Хочешь получить от него тендер, тебе нужна репутация не бабника и гуляки, а резко остепенившегося семьянина.
-Может мне еще десяток детей по- быстрому настругать, как у самого Скуратова?- острю в ответ на нелепые идеи друга- пиарщика.
Но вот он как раз вполне серьезен.
-Детей уже не успеешь. А вот скромную красавицу- жену- вполне?
-Брател, ты чего?!- прыскаю в ответ,- ты где видел у меня скромных?
-А я и не говорю про твоих развратных тёлок. Тут нужна кроткая, небалованная тихоня…
-И где я тебе такую возьму?
Друг переводит глаза на Лизку, мою неприметную, угловатую горничную, а потом многозначительно смотрит на меня.
Чего?! Я и служанка?!
-Может мне еще десяток детей по- быстрому настругать, как у самого Скуратова?- острю в ответ на нелепые идеи друга- пиарщика.
Но вот он как раз вполне серьезен.
-Детей уже не успеешь. А вот скромную красавицу- жену- вполне?
-Брател, ты чего?!- прыскаю в ответ,- ты где видел у меня скромных?
-А я и не говорю про твоих развратных тёлок. Тут нужна кроткая, небалованная тихоня…
-И где я тебе такую возьму?
Друг переводит глаза на Лизку, мою неприметную, угловатую горничную, а потом многозначительно смотрит на меня.
Чего?! Я и служанка?!
– Ты станешь моей женой. – мужчина брезгливо морщится. – Ненастоящей. Временно поживёшь в моём доме, пока я не придумаю, что делать дальше.
– Нет.
Руслан неспешно приближается ко мне. Останавливается вплотную. В его взгляде плещется ничем не прикрытая ненависть. Кажется, он готов в любой момент свернуть мне шею.
– Видимо, Ангелина, ты неправильно оцениваешь ситуацию. Это не предложение, и ты не можешь сказать мне “нет”.
***
Мы оказались заложниками ситуации: наши отцы решили нас поженить, не оставив нам выбора.
Только что выйдет из этого брака, если мы не испытываем друг к другу ничего, кроме ненависти?
– Нет.
Руслан неспешно приближается ко мне. Останавливается вплотную. В его взгляде плещется ничем не прикрытая ненависть. Кажется, он готов в любой момент свернуть мне шею.
– Видимо, Ангелина, ты неправильно оцениваешь ситуацию. Это не предложение, и ты не можешь сказать мне “нет”.
***
Мы оказались заложниками ситуации: наши отцы решили нас поженить, не оставив нам выбора.
Только что выйдет из этого брака, если мы не испытываем друг к другу ничего, кроме ненависти?
- Вера, ты всерьёз думала, что сможешь от меня сбежать? - мужчина сверлил меня взглядом.
- Руслан, я сполна расплатилась за ошибку, - инстинктивно сжалась от страха.
- Так ты не только дура, но ещё и воровка? Решила ребёнка у меня украсть? - выплюнул в лицо новое обвинение.
- Какого ребёнка? О чём ты? - положила руку на живот, не осознавая, что делаю.
- Ребёнка, которого носишь под сердцем, - он вынул из кармана мой пропавший из ванной тест. - Так вот, я его у тебя заберу. Если захочешь быть с ним рядом, вернёшься в мой дом. Не захочешь, скатертью дорога.
Моё сердце упало на асфальт и со звоном разбилось на тысячу осколков…
- Руслан, я сполна расплатилась за ошибку, - инстинктивно сжалась от страха.
- Так ты не только дура, но ещё и воровка? Решила ребёнка у меня украсть? - выплюнул в лицо новое обвинение.
- Какого ребёнка? О чём ты? - положила руку на живот, не осознавая, что делаю.
- Ребёнка, которого носишь под сердцем, - он вынул из кармана мой пропавший из ванной тест. - Так вот, я его у тебя заберу. Если захочешь быть с ним рядом, вернёшься в мой дом. Не захочешь, скатертью дорога.
Моё сердце упало на асфальт и со звоном разбилось на тысячу осколков…
— Вы приняты, — не успеваю порадоваться, как мужчина добавляет: — На роль няни для моего сына.
— Но я редактор! У меня даже опыта работы няней нет.
Глеб Игоревич смотрит в моё резюме, усмехается:
— Опыта редактором у вас тоже нет. У вас нет выбора, Алиса, кроме как согласиться.
***
Тогда я ещё не предполагала, что эти слова не пустая угроза. Я променяю мечту о работе в модном журнале на вакансию няни. Только рабочий контракт оказался с подвохом: я не просто няня, а жена миллиардера Краснова Глеба Игоревича.
И как теперь выпутываться из этой ситуации?
— Но я редактор! У меня даже опыта работы няней нет.
Глеб Игоревич смотрит в моё резюме, усмехается:
— Опыта редактором у вас тоже нет. У вас нет выбора, Алиса, кроме как согласиться.
***
Тогда я ещё не предполагала, что эти слова не пустая угроза. Я променяю мечту о работе в модном журнале на вакансию няни. Только рабочий контракт оказался с подвохом: я не просто няня, а жена миллиардера Краснова Глеба Игоревича.
И как теперь выпутываться из этой ситуации?
— Чудовище, — цежу сквозь зубы, вспоминая, как он раздевал её в нашей спальне.
— А ты что думала? — Давид цинично усмехается. — Что я буду хранить тебе верность вечно?
— Ненавижу...
— Ненавидь. Завтра разводимся. Хочу, чтобы вы поменялись местами! Теперь она станет моей женой, а ты — любовницей.
Замираю, чувствуя, как останавливается сердце.
Властный. Безжалостный. Черноглазый монстр в дорогом костюме.
— Ты будешь всегда греть мою постель, — наклоняется к самому уху, — иначе ты больше никогда не увидишь нашу дочь.
— Я не вещь!
— Ты моя, — рычит, связывая запястья шёлковыми лентами. — Моя маленькая русская кукла. И я буду играть с тобой... как захочу.
***
Я влюбилась в самого влиятельного мужчину списка Forbes. Вскоре он открыл своё настоящее лицо и заставил меня жить по его правилам.
Но я не его игрушка! Я переиграю мерзавца и отомщу…
— А ты что думала? — Давид цинично усмехается. — Что я буду хранить тебе верность вечно?
— Ненавижу...
— Ненавидь. Завтра разводимся. Хочу, чтобы вы поменялись местами! Теперь она станет моей женой, а ты — любовницей.
Замираю, чувствуя, как останавливается сердце.
Властный. Безжалостный. Черноглазый монстр в дорогом костюме.
— Ты будешь всегда греть мою постель, — наклоняется к самому уху, — иначе ты больше никогда не увидишь нашу дочь.
— Я не вещь!
— Ты моя, — рычит, связывая запястья шёлковыми лентами. — Моя маленькая русская кукла. И я буду играть с тобой... как захочу.
***
Я влюбилась в самого влиятельного мужчину списка Forbes. Вскоре он открыл своё настоящее лицо и заставил меня жить по его правилам.
Но я не его игрушка! Я переиграю мерзавца и отомщу…
-Это всего лишь договорной брак, Сибиль. Я даже не собираюсь спать с ней,- раздраженно бросил Карим.
-Но ты сам говорил, что для власти над их землями тебе нужен наследник от неё…- почти плакала девушка, отбиваясь от его рук.
-Не ревнуй к черной тряпке. Я даже лица ее не видел без никаба. Эта чертова свадьба с девчонкой Зороха ничего не изменит. Ты моя женщина,- он прижал ее к столу и прогнул.
Я сглотнула и шагнула в шатер.
-Что ты здесь забыла?! -бросил презрительно, сквозь зубы, продолжив вколачиваться в свою любовницу Карим, -Свадьба только завтра.
-Мне нужно поговорить… -голос предательски задрожал.
Завтра я стану женой жестокого сирийца, который поставил мой народ на колени, но меня не поставит... Я сожгу твою душу, Карим Увейдат…
-Но ты сам говорил, что для власти над их землями тебе нужен наследник от неё…- почти плакала девушка, отбиваясь от его рук.
-Не ревнуй к черной тряпке. Я даже лица ее не видел без никаба. Эта чертова свадьба с девчонкой Зороха ничего не изменит. Ты моя женщина,- он прижал ее к столу и прогнул.
Я сглотнула и шагнула в шатер.
-Что ты здесь забыла?! -бросил презрительно, сквозь зубы, продолжив вколачиваться в свою любовницу Карим, -Свадьба только завтра.
-Мне нужно поговорить… -голос предательски задрожал.
Завтра я стану женой жестокого сирийца, который поставил мой народ на колени, но меня не поставит... Я сожгу твою душу, Карим Увейдат…
— Я не могу развестись с женой! На кону — моя карьера! Будущий мэр не может страдать своей репутацией! — мой муж отчитывается перед девицей, годящейся ему в дочери.
— Котя... — протяжно тянет его любовница. — Мы и так давно скрываемся...
Раз я застукала этих голубков, значит — плохо скрываются!
— Лизунь, сейчас я займу кресло мэра, а потом... — Герман задумчиво причмокивает, как будто придумывает будущую карму для меня.
— А потом? — выдыхает в ожидании разлучница.
— А потом отправлю Людку на дачу. Пусть цветочки свои выращивает, да картоху полит... Деревенщина она у меня! — хохочет мой муж.
Их ржанье разносится по кабинету, разделяя мое сердце на две части. Понимаю, что муж изменяет... И изменяет давно.
А еще понимаю, что Герман слишком расслабился. А за измену нужно платить!
— Котя... — протяжно тянет его любовница. — Мы и так давно скрываемся...
Раз я застукала этих голубков, значит — плохо скрываются!
— Лизунь, сейчас я займу кресло мэра, а потом... — Герман задумчиво причмокивает, как будто придумывает будущую карму для меня.
— А потом? — выдыхает в ожидании разлучница.
— А потом отправлю Людку на дачу. Пусть цветочки свои выращивает, да картоху полит... Деревенщина она у меня! — хохочет мой муж.
Их ржанье разносится по кабинету, разделяя мое сердце на две части. Понимаю, что муж изменяет... И изменяет давно.
А еще понимаю, что Герман слишком расслабился. А за измену нужно платить!
Сорок пять лет, и сегодня мой триумф.
Мой юбилей, мой ресторан, мои любовницы — всё крутится вокруг меня.
Жду Вику, она обещала "сюрприз, который я никогда не забуду".
Верхушка торта открывается, и я чувствую, как закипает кровь.
Сейчас любовница покажет мастер-класс!
— Сюрприз, дорогой!
И из торта выскакивает... моя жена?!
В латексе, на шпильках. А вокруг — вся элита города с отвисшими челюстями.
— Лиля?! — давлюсь виски. — Какого чёрта?! Ты должна быть дома с мигренью!
— Что, не рад видеть законную супругу? Предпочитаешь более молодых и смазливых? Особенно тех, что встречаются с твоим сыном!
Включается проектор. На стене видео, где я с Викой в кабинете.
— Думал, я не узнаю? Считал меня глупой домохозяйкой, умеющей только борщи варить?
— Выключи это, сумасшедшая! — рычу я, краснея от ярости и стыда.
— Поздно, — улыбаюсь, замечая, как журналисты щёлкают камерами. — Теперь можешь распрощаться не только с семьёй, но и с карьерой!
Мой юбилей, мой ресторан, мои любовницы — всё крутится вокруг меня.
Жду Вику, она обещала "сюрприз, который я никогда не забуду".
Верхушка торта открывается, и я чувствую, как закипает кровь.
Сейчас любовница покажет мастер-класс!
— Сюрприз, дорогой!
И из торта выскакивает... моя жена?!
В латексе, на шпильках. А вокруг — вся элита города с отвисшими челюстями.
— Лиля?! — давлюсь виски. — Какого чёрта?! Ты должна быть дома с мигренью!
— Что, не рад видеть законную супругу? Предпочитаешь более молодых и смазливых? Особенно тех, что встречаются с твоим сыном!
Включается проектор. На стене видео, где я с Викой в кабинете.
— Думал, я не узнаю? Считал меня глупой домохозяйкой, умеющей только борщи варить?
— Выключи это, сумасшедшая! — рычу я, краснея от ярости и стыда.
— Поздно, — улыбаюсь, замечая, как журналисты щёлкают камерами. — Теперь можешь распрощаться не только с семьёй, но и с карьерой!
— Ты ведь сама выбрала его, Амина. По любви.
— Я выбрала мужчину, а получила палача.
Я вышла замуж, как дура, с горящими глазами и дрожащим сердцем. Думала — это навсегда. Думала, буду любимой. А оказалась в ловушке. Он бил. Унижал. Распоряжался моим телом, деньгами, жизнью.
А потом случилось то, чего я не прощу себе никогда.
Теперь я живу, будто тень. Прячусь, молчу, улыбаюсь через боль.
Но одна встреча — с тем, кто сам привык не чувствовать — всё меняет.
Он не лезет с вопросами. Просто стоит рядом.
Холодный. Молчаливый. Надёжный.
И почему-то именно с ним я начинаю дышать.
— Я выбрала мужчину, а получила палача.
Я вышла замуж, как дура, с горящими глазами и дрожащим сердцем. Думала — это навсегда. Думала, буду любимой. А оказалась в ловушке. Он бил. Унижал. Распоряжался моим телом, деньгами, жизнью.
А потом случилось то, чего я не прощу себе никогда.
Теперь я живу, будто тень. Прячусь, молчу, улыбаюсь через боль.
Но одна встреча — с тем, кто сам привык не чувствовать — всё меняет.
Он не лезет с вопросами. Просто стоит рядом.
Холодный. Молчаливый. Надёжный.
И почему-то именно с ним я начинаю дышать.
Шесть лет назад я уехала из страны, чтобы навсегда вычеркнуть его из своей жизни. Он растоптал мою гордость и прошелся по любящему сердцу, но оставил подарок в виде двух полосок на тесте.
Сейчас он — успешный пластический хирург. Карьерист без семьи и привязанностей, как всегда и мечтал. А я писательница, утратившая доверие к мужчинам и воспитывающая сына. Его сына.
Сейчас он — успешный пластический хирург. Карьерист без семьи и привязанностей, как всегда и мечтал. А я писательница, утратившая доверие к мужчинам и воспитывающая сына. Его сына.
Выберите полку для книги