Книги в жанре «Романы о неверности» по тегу «izmena-i-predatelstvo»
– Мне кажется, что муж мне изменяет, – поделилась я с подругой за чашкой кофе.
Но кто ж знал, что именно она окажется той самой разлучницей!
После горькой правды о двойном предательстве я превратилась в ту самую женщину, которая поставит на колени любого, кто посмел её обидеть.
Я отомщу вам, голубки. Да так, что вы пожалеете о том, что когда-то посмотрели друг на друга!
Но кто ж знал, что именно она окажется той самой разлучницей!
После горькой правды о двойном предательстве я превратилась в ту самую женщину, которая поставит на колени любого, кто посмел её обидеть.
Я отомщу вам, голубки. Да так, что вы пожалеете о том, что когда-то посмотрели друг на друга!
- Илья, что это значит? Это приглашение на твою свадьбу? – спрашиваю у мужа, держа открытку в руках, сгорая от боли и не понимаю, что происходит.
- Давай только без вот этого всего. Я даю тебе неделю, чтобы вы с Ксюшей исчезли до того, как сюда приедет моя любовь. Ты меня поняла? - цинично спрашивает муж, постукивая пальцами по столешнице.
- Илья, это шутка такая? А как же мы? А как же наша дочка? Планы? Да мы даже не разведены!
- Почему же шутка? Полгода назад, ты не только документы по закрытию ипотеки подписала, но и много чего другого… - муж делает многозначительную паузу, а я понимаю, что он уже тогда меня обманул и разрушил нашу семью.
Он отобрал у меня все, семью с тринадцатилетнем стажем, счастье, оставил нашу двухлетнюю дочку без отца. Но этого ему было мало. Через три года он вернулся, потому что снова… Снова захотел прогнать меня через все круги ада, пока его новая жена ждет его дома.
- Давай только без вот этого всего. Я даю тебе неделю, чтобы вы с Ксюшей исчезли до того, как сюда приедет моя любовь. Ты меня поняла? - цинично спрашивает муж, постукивая пальцами по столешнице.
- Илья, это шутка такая? А как же мы? А как же наша дочка? Планы? Да мы даже не разведены!
- Почему же шутка? Полгода назад, ты не только документы по закрытию ипотеки подписала, но и много чего другого… - муж делает многозначительную паузу, а я понимаю, что он уже тогда меня обманул и разрушил нашу семью.
Он отобрал у меня все, семью с тринадцатилетнем стажем, счастье, оставил нашу двухлетнюю дочку без отца. Но этого ему было мало. Через три года он вернулся, потому что снова… Снова захотел прогнать меня через все круги ада, пока его новая жена ждет его дома.
– Заходи, – говорю я подруге, открывая дверь в нашу новую с мужем квартиру, которая куплена на будущее дочери. – Только она пока пустая, полы да стены.
Мы проходим. Включаю свет в комнате – и замираю.
На полу лежит надувной матрас со смятым бельем, рядом остатки ужина на двоих, пластиковые бокалы.
На подоконнике – мужские часы.
Беру их дрожащими руками – кожаный ремешок с той самой потертостью, которую знаю наизусть.
– Лида, что это? – шепчет Ольга за спиной.
Поворачиваюсь к ней, и она вздрагивает от выражения моего лица.
– Это часы Дениса, – говорю еле слышно. – Те самые, которые он «потерял» вчера вечером.
Мир рушится.
Новая квартира, которую мы покупали для будущего дочери, оказывается местом его измен. Руки трясутся, часы выскальзывают и падают на пол со звонким стуком.
Мы проходим. Включаю свет в комнате – и замираю.
На полу лежит надувной матрас со смятым бельем, рядом остатки ужина на двоих, пластиковые бокалы.
На подоконнике – мужские часы.
Беру их дрожащими руками – кожаный ремешок с той самой потертостью, которую знаю наизусть.
– Лида, что это? – шепчет Ольга за спиной.
Поворачиваюсь к ней, и она вздрагивает от выражения моего лица.
– Это часы Дениса, – говорю еле слышно. – Те самые, которые он «потерял» вчера вечером.
Мир рушится.
Новая квартира, которую мы покупали для будущего дочери, оказывается местом его измен. Руки трясутся, часы выскальзывают и падают на пол со звонким стуком.
– Люда, ты идиотка! Зачем ты это сделала? – орёт мой муж, нависая надо мной. – Ты всё разрушила! Всю мою жизнь! А я ведь ради нас старался! Ради нашей семьи!
– Не драматизируй, Денис, – перебиваю я, осторожно отступая к дверям. – Уверена, это всё какое-то недоразумение. Мы скоро во всём разберёмся…
– Издеваешься? – взрывается он, сжимая кулаки. – Ты хоть понимаешь, что ты наделала? Моя жизнь, моя карьера… Из-за тебя у меня ничего не осталось!
– Ну как же ничего? – замирая на месте, едко выдыхаю я. – А как же твоя любовница? Полиночка теперь точно тебя не бросит. Ведь ее жизни и карьере тоже пришел конец…
– Не драматизируй, Денис, – перебиваю я, осторожно отступая к дверям. – Уверена, это всё какое-то недоразумение. Мы скоро во всём разберёмся…
– Издеваешься? – взрывается он, сжимая кулаки. – Ты хоть понимаешь, что ты наделала? Моя жизнь, моя карьера… Из-за тебя у меня ничего не осталось!
– Ну как же ничего? – замирая на месте, едко выдыхаю я. – А как же твоя любовница? Полиночка теперь точно тебя не бросит. Ведь ее жизни и карьере тоже пришел конец…
Выходя из офиса, я столкнулась с молодой женщиной, которая с силой схватила меня за руку.
– Нам надо поговорить! – заявила она рассерженно.
– Кто вы? Что вам нужно? – я растерянно посмотрела на нее, не понимая, что происходит.
Девица ехидно ухмыльнулась.
– Я – будущая жена твоего мужа и мать его ребенка! – демонстративно пригладила она рукой живот.
– Женщина, отпустите! – процедила я сквозь зубы, слыша звук подъезжающего автомобиля.
Муж должен был приехать за мной, и я надеялась, что это он.
– Лада, – услышала я голос мужа и обернулась.
Женщина тоже обернулась и с улыбкой помахала ему рукой.
– Привет, дорогой, – приторно улыбнулась она. – А я тут с твоей женой решила побеседовать.
Муж замер и испуганно посмотрел на меня. И в этот момент я поняла, что это не чья-то злая шутка. Он действительно предал меня. Изменил с этой женщиной.
Как раз сегодня я собиралась признаться ему, что жду ребенка, но теперь…
– Нам надо поговорить! – заявила она рассерженно.
– Кто вы? Что вам нужно? – я растерянно посмотрела на нее, не понимая, что происходит.
Девица ехидно ухмыльнулась.
– Я – будущая жена твоего мужа и мать его ребенка! – демонстративно пригладила она рукой живот.
– Женщина, отпустите! – процедила я сквозь зубы, слыша звук подъезжающего автомобиля.
Муж должен был приехать за мной, и я надеялась, что это он.
– Лада, – услышала я голос мужа и обернулась.
Женщина тоже обернулась и с улыбкой помахала ему рукой.
– Привет, дорогой, – приторно улыбнулась она. – А я тут с твоей женой решила побеседовать.
Муж замер и испуганно посмотрел на меня. И в этот момент я поняла, что это не чья-то злая шутка. Он действительно предал меня. Изменил с этой женщиной.
Как раз сегодня я собиралась признаться ему, что жду ребенка, но теперь…
— Пап, когда ты уже скажешь ей, что уходишь к Лиде? — слышу голос дочери и резко останавливаюсь.
— Спешить пока некуда. Мне нужно подготовиться к разводу с твоей матерью. И хватит говорить об этом в доме, — строго чеканит Виктор.
— Прости, пап. Ну я же с вами буду жить точно? Не с ней?
— Ты моя дочь. Ты будешь жить с нами.
Семнадцать лет я с ним. В горе и в радости. Несмотря ни на что. А сейчас, прямо за дверью, муж обсуждает с нашей шестнадцатилетней дочерью развод со мной, который планирует в скором времени. Дочь явно давно обо всем в курсе и уже сделала выбор не в пользу меня. Мой привычный мир, что существовал последние семнадцать лет — рухнул в одно мгновение. За что они так со мной? А нужно ли это выяснять?..
— Спешить пока некуда. Мне нужно подготовиться к разводу с твоей матерью. И хватит говорить об этом в доме, — строго чеканит Виктор.
— Прости, пап. Ну я же с вами буду жить точно? Не с ней?
— Ты моя дочь. Ты будешь жить с нами.
Семнадцать лет я с ним. В горе и в радости. Несмотря ни на что. А сейчас, прямо за дверью, муж обсуждает с нашей шестнадцатилетней дочерью развод со мной, который планирует в скором времени. Дочь явно давно обо всем в курсе и уже сделала выбор не в пользу меня. Мой привычный мир, что существовал последние семнадцать лет — рухнул в одно мгновение. За что они так со мной? А нужно ли это выяснять?..
Марина верила, что у неё идеальный брак. До того дня, когда муж забыл телефон дома с сообщением от неё. До той встречи в кафе, где он праздновал день рождения другой женщины, дарил подвеску, смотрел на неё так, как давно не смотрел на жену.
Она могла бы кричать и плакать. Она решила действовать.
Её оружием стало хладнокровие. Её полем боя — собственная жизнь. Записаться на стрижку к любовнице. Стать учительницей для его внебрачного сына. Раскопать старые семейные тайны, которые связывают все нити предательства в один тугой узел.
Но в самой изощрённой мести таится опасность: можно настолько вжиться в роль мстительницы, что забыть, кто ты на самом деле. И когда враги повержены, остаётся лишь пустота и один вопрос: что строить на этом пепелище?
История о том, как боль превращается в ярость, а ярость — в холодный расчёт. И о том, можно ли после этого снова научиться жить.
Она могла бы кричать и плакать. Она решила действовать.
Её оружием стало хладнокровие. Её полем боя — собственная жизнь. Записаться на стрижку к любовнице. Стать учительницей для его внебрачного сына. Раскопать старые семейные тайны, которые связывают все нити предательства в один тугой узел.
Но в самой изощрённой мести таится опасность: можно настолько вжиться в роль мстительницы, что забыть, кто ты на самом деле. И когда враги повержены, остаётся лишь пустота и один вопрос: что строить на этом пепелище?
История о том, как боль превращается в ярость, а ярость — в холодный расчёт. И о том, можно ли после этого снова научиться жить.
Я стучу в дверь. Три коротких удара.
Внутри слышатся шаги, приглушённые голоса.
Дверь открывается.
Передо мной стоит женщина лет тридцати. Стройная, тёмные волосы влажные, белый махровый халат отеля. Лицо без макияжа, губы припухшие. Она смотрит на меня с улыбкой:
– Да?
Я узнаю её мгновенно. Анна. Коллега Андрея из его отдела. Видела её фото в корпоративном чате.
– Комплимент от отеля, – произношу я, и удивляюсь, насколько спокойно звучит мой голос.
Она открывает рот, чтобы ответить, и в этот момент из ванной выходит мой муж.
Полотенце на бёдрах, голый торс, мокрые волосы. Он улыбается, говорит что-то Анне, не замечая меня. Потом его взгляд скользит к двери.
Наши глаза встречаются.
Улыбка медленно сползает с его лица. Он замирает. Губы шевелятся, пытаясь что-то сказать.
– Настя...
Это всё, что он успевает выдохнуть.
Внутри слышатся шаги, приглушённые голоса.
Дверь открывается.
Передо мной стоит женщина лет тридцати. Стройная, тёмные волосы влажные, белый махровый халат отеля. Лицо без макияжа, губы припухшие. Она смотрит на меня с улыбкой:
– Да?
Я узнаю её мгновенно. Анна. Коллега Андрея из его отдела. Видела её фото в корпоративном чате.
– Комплимент от отеля, – произношу я, и удивляюсь, насколько спокойно звучит мой голос.
Она открывает рот, чтобы ответить, и в этот момент из ванной выходит мой муж.
Полотенце на бёдрах, голый торс, мокрые волосы. Он улыбается, говорит что-то Анне, не замечая меня. Потом его взгляд скользит к двери.
Наши глаза встречаются.
Улыбка медленно сползает с его лица. Он замирает. Губы шевелятся, пытаясь что-то сказать.
– Настя...
Это всё, что он успевает выдохнуть.
♥️КНИГА ЗАВЕРШЕНА! ПЕРВЫЕ ДНИ ЦЕНА САМАЯ НИЗКАЯ♥️
Пять лет жизни — в мусорное ведро.
Один вечер. Одна закрытая дверь.
Стоны моей лучшей подруги и хрипы моего жениха.
Они думали, я сломаюсь. Они ждали моих слез.
Они ошиблись.
В темной кладовке, прячась от собственного позора, я встретила Его. Руслан — дьявол в дорогом костюме, человек, по которому моя «подруга» до сих пор тайно сохнет.
Она думала, что забрала у меня всё. Она не знала, что теперь Руслан принадлежит мне.
Наша сделка проста: Я возвращаюсь к Саше. Я улыбаюсь. Я выбираю лилии для букета. Я играю роль идеальной невесты, пока внутри меня закипает свинец, а под кожей горит след от поцелуев того, кого Настя так и не смогла забыть.
Я выйду к алтарю. Но не в белом. Я скажу «нет». Но не шепотом. Я уничтожу их мир на глазах у всего города, и поможет мне в этом тот, кто научил меня не бояться темноты.
Белые розы пахнут позором.
Черный шелк — это мой манифест.
Свадьбы не будет. Будет казнь.
Пять лет жизни — в мусорное ведро.
Один вечер. Одна закрытая дверь.
Стоны моей лучшей подруги и хрипы моего жениха.
Они думали, я сломаюсь. Они ждали моих слез.
Они ошиблись.
В темной кладовке, прячась от собственного позора, я встретила Его. Руслан — дьявол в дорогом костюме, человек, по которому моя «подруга» до сих пор тайно сохнет.
Она думала, что забрала у меня всё. Она не знала, что теперь Руслан принадлежит мне.
Наша сделка проста: Я возвращаюсь к Саше. Я улыбаюсь. Я выбираю лилии для букета. Я играю роль идеальной невесты, пока внутри меня закипает свинец, а под кожей горит след от поцелуев того, кого Настя так и не смогла забыть.
Я выйду к алтарю. Но не в белом. Я скажу «нет». Но не шепотом. Я уничтожу их мир на глазах у всего города, и поможет мне в этом тот, кто научил меня не бояться темноты.
Белые розы пахнут позором.
Черный шелк — это мой манифест.
Свадьбы не будет. Будет казнь.
— Пациентка поступила по скорой, двадцать шесть недель, угроза.
— Готовьте смотровую, иду.
Оказалось, на скорой привезли Светку, мою подругу переставшую отвечать на звонки около года назад. Я думала, ну бывает, люди расходятся. Оказалось — не расходятся. Сходятся. С чужими мужьями.
— Жан, прости, прости, прости, я его люблю, я правда не хотела!
— Давление? Когда начались боли? Аллергии на препараты? Света, отвечай на вопросы. Рыдать будешь потом. Я тоже.
А в коридоре уже маячил мой муж с тюльпанами для женщины, которой я сейчас спасаю беременность. Два года он говорил мне «потерпи, само получится», «ЭКО — это крайность», «не накручивай себя». Что ж, у него получилось… не со мной, правда.
— Жанна, это не то, что…
— Тут стерильная зона, тюльпаны забери. ..и себя тоже.
Я стабилизировала ее, а утром пришла домой, сложила его вещи в два чемодана, вызвала слесаря и сменила замки.
Слесарь, кстати, сказал, что это четвертый замок за неделю. Видимо мартовское обострение…
— Готовьте смотровую, иду.
Оказалось, на скорой привезли Светку, мою подругу переставшую отвечать на звонки около года назад. Я думала, ну бывает, люди расходятся. Оказалось — не расходятся. Сходятся. С чужими мужьями.
— Жан, прости, прости, прости, я его люблю, я правда не хотела!
— Давление? Когда начались боли? Аллергии на препараты? Света, отвечай на вопросы. Рыдать будешь потом. Я тоже.
А в коридоре уже маячил мой муж с тюльпанами для женщины, которой я сейчас спасаю беременность. Два года он говорил мне «потерпи, само получится», «ЭКО — это крайность», «не накручивай себя». Что ж, у него получилось… не со мной, правда.
— Жанна, это не то, что…
— Тут стерильная зона, тюльпаны забери. ..и себя тоже.
Я стабилизировала ее, а утром пришла домой, сложила его вещи в два чемодана, вызвала слесаря и сменила замки.
Слесарь, кстати, сказал, что это четвертый замок за неделю. Видимо мартовское обострение…
Подборка романов об измене и предательстве
Выберите полку для книги