Книги в жанре «Романы о неверности» по тегу «izmena-i-predatelstvo»
Роман о женщине, которая перестала шептать.
Марина долго молчала. Молчала, когда муж звал её чужим именем. Когда говорил: «Не преувеличивай». Когда врал в глаза и касался чужой руки, будто это нормально.
Она молчала — ради семьи, статуса, привычки. Пока в один момент не поняла: самая страшная измена — это измена себе.
Её путь — не месть, а освобождение.
Она уходит. Падает. Сомневается. Учится дышать заново. Поднимает проект «Внутри», где каждая женщина может заговорить. Не громко — но честно.
В её жизни появляется дочь, возвращается ткань, которую она любила, и мужчина, который не спасает, а просто рядом.
Это роман не о разводе.
Это роман о возвращении голоса.
О силе тишины, которая звучит громче любого скандала.
О свободе быть собой — без страха, без ярлыков, без чужого имени.
Марина долго молчала. Молчала, когда муж звал её чужим именем. Когда говорил: «Не преувеличивай». Когда врал в глаза и касался чужой руки, будто это нормально.
Она молчала — ради семьи, статуса, привычки. Пока в один момент не поняла: самая страшная измена — это измена себе.
Её путь — не месть, а освобождение.
Она уходит. Падает. Сомневается. Учится дышать заново. Поднимает проект «Внутри», где каждая женщина может заговорить. Не громко — но честно.
В её жизни появляется дочь, возвращается ткань, которую она любила, и мужчина, который не спасает, а просто рядом.
Это роман не о разводе.
Это роман о возвращении голоса.
О силе тишины, которая звучит громче любого скандала.
О свободе быть собой — без страха, без ярлыков, без чужого имени.
Моя жизнь всегда казалась мне идеальной. Успешный врач-гинеколог, любимая мать и жена. Именно так все и было, пока забытый телефон пациентки не открыл мне глаза. Диагноз – неверный муж. Прогноз не известен.
- Олег! – мой голос звучит чужим, низким, но абсолютно твердым. - Ты мне изменяешь?!
Тишина.
Его глаза становятся огромными, круглыми. Полные абсолютного недоумения.
Или мастерски сыграно?
Несколько секунд, тянущихся вечность. Я ощущаю, как сильно бьется мое сердце.
- Алла! – громкого произносит он. – Что ты несешь? Ты устала на работе? Что тебе ударило в голову?
- Нет, мой дорогой! Я не устала!
Подхожу к нему ближе, пространство между нами становится меньше.
- Я задаю тебе конкретный вопрос. Ты мне изменяешь? Ответь сейчас же!
- Олег! – мой голос звучит чужим, низким, но абсолютно твердым. - Ты мне изменяешь?!
Тишина.
Его глаза становятся огромными, круглыми. Полные абсолютного недоумения.
Или мастерски сыграно?
Несколько секунд, тянущихся вечность. Я ощущаю, как сильно бьется мое сердце.
- Алла! – громкого произносит он. – Что ты несешь? Ты устала на работе? Что тебе ударило в голову?
- Нет, мой дорогой! Я не устала!
Подхожу к нему ближе, пространство между нами становится меньше.
- Я задаю тебе конкретный вопрос. Ты мне изменяешь? Ответь сейчас же!
— Как вы могли? Вы осознаёте, что сделали?
— Я спасла своего сына от несчастливого брака, — спокойно произносит она, даже не пытаясь скрыть удовлетворение. — Ты сама виновата. Ты не справилась с ролью жены для моего мальчика.
— Вы намеренно все подстроили! — почти кричу я, не в силах сдерживать себя.
Она пожимает плечами с безразличием:
— А что мне оставалось? Я с самого начала знала, что ты ему не пара. Он не слушал, пришлось брать всё в свои руки. И знаешь, я ни о чём не жалею.
Однажды в наш дом заявилась свекровь, чтобы сделать своего сына "счастливым". Правда, с нашим браком это счастье оказалось несовместимым.
— Я спасла своего сына от несчастливого брака, — спокойно произносит она, даже не пытаясь скрыть удовлетворение. — Ты сама виновата. Ты не справилась с ролью жены для моего мальчика.
— Вы намеренно все подстроили! — почти кричу я, не в силах сдерживать себя.
Она пожимает плечами с безразличием:
— А что мне оставалось? Я с самого начала знала, что ты ему не пара. Он не слушал, пришлось брать всё в свои руки. И знаешь, я ни о чём не жалею.
Однажды в наш дом заявилась свекровь, чтобы сделать своего сына "счастливым". Правда, с нашим браком это счастье оказалось несовместимым.
- Котик, сколько мне еще ждать, когда ты уже наконец разведешься со своей клушей? - раздается слащаво - кокетливый женский голос.
- Наташ, ты ведь не глупая девочка, ты должна понимать всю серьезность моего положения.
Я стою неподвижно не в силах оторваться от разговора моего мужа с неизвестной девушкой за дверью.
- Нет, я не могу этого понять, ты мне всегда говорил, что это несерьезно, ты её не любишь, но я, то вижу, что ты к ней привыкаешь - слышу бурчание девушки - Я хочу, чтоб ты бросил эту наивную клушу.
- Развод с ней ничего не поменяет между нами.
- Поменяет! - девушка взрывается, отстраняется от моего мужа и с её губ срывается рёв - Всё поменяет, я беременна.
А я всё ещё в шоке, что мой брак с любимым человеком оказался фикцией, да и развод не возможен… моя семья тогда потеряет всё.
- Наташ, ты ведь не глупая девочка, ты должна понимать всю серьезность моего положения.
Я стою неподвижно не в силах оторваться от разговора моего мужа с неизвестной девушкой за дверью.
- Нет, я не могу этого понять, ты мне всегда говорил, что это несерьезно, ты её не любишь, но я, то вижу, что ты к ней привыкаешь - слышу бурчание девушки - Я хочу, чтоб ты бросил эту наивную клушу.
- Развод с ней ничего не поменяет между нами.
- Поменяет! - девушка взрывается, отстраняется от моего мужа и с её губ срывается рёв - Всё поменяет, я беременна.
А я всё ещё в шоке, что мой брак с любимым человеком оказался фикцией, да и развод не возможен… моя семья тогда потеряет всё.
Она молчала слишком долго.
Ради сына. Ради видимости семьи. Ради того, чтобы не разрушить то, что уже давно трещало по швам.
Но однажды он перешёл границу.
Алексей — влиятельный, уважаемый, недосягаемый. С виду — идеальный муж. А дома? Контроль, унижение, психологическое насилие, от которого не остаётся синяков, но лопается душа.
Мирослава — та, о которой говорят: «терпит, значит устраивает». Только она больше не хочет терпеть. И когда она решается говорить — рушится всё: репутация, работа, поддержка друзей… но в этой руине рождается она настоящая.
Это не история мести. Это история женщины, которая перестала быть тенью. Которая не громко, а шаг за шагом, боль за болью — собрала себя заново.
Чтобы помочь другим. Чтобы выбрать себя.
«Измена. Граница боли» — роман о том, как выйти из зависимости, когда тебя заставляют сомневаться в себе. О том, что молчание — не защита. А голос — это сила. Даже если он дрожит.
Ради сына. Ради видимости семьи. Ради того, чтобы не разрушить то, что уже давно трещало по швам.
Но однажды он перешёл границу.
Алексей — влиятельный, уважаемый, недосягаемый. С виду — идеальный муж. А дома? Контроль, унижение, психологическое насилие, от которого не остаётся синяков, но лопается душа.
Мирослава — та, о которой говорят: «терпит, значит устраивает». Только она больше не хочет терпеть. И когда она решается говорить — рушится всё: репутация, работа, поддержка друзей… но в этой руине рождается она настоящая.
Это не история мести. Это история женщины, которая перестала быть тенью. Которая не громко, а шаг за шагом, боль за болью — собрала себя заново.
Чтобы помочь другим. Чтобы выбрать себя.
«Измена. Граница боли» — роман о том, как выйти из зависимости, когда тебя заставляют сомневаться в себе. О том, что молчание — не защита. А голос — это сила. Даже если он дрожит.
Я стою на пороге, сжимая кулаки. Перед глазами все расплывается от слез. Мой муж, мой Артем, распростерт на смятых простынях в объятиях какой-то смазливой брюнетки. Они даже не сразу замечают мое присутствие. А когда замечают...
– Ксения? – хрипит Артем, пытаясь прикрыться. – Что ты здесь делаешь?
– Что я здесь делаю?! – я захожусь от ярости. – Прости, милый, что помешала вашей идиллии! Не ожидал, да?!
Любовница с визгом подтягивает одеяло до подбородка. Надо же, какая скромница! А секунду назад…
– Дорогая, успокойся, – Артем встает с кровати, делая шаг ко мне. – Давай поговорим наедине. Я все объясню.
– Ксения? – хрипит Артем, пытаясь прикрыться. – Что ты здесь делаешь?
– Что я здесь делаю?! – я захожусь от ярости. – Прости, милый, что помешала вашей идиллии! Не ожидал, да?!
Любовница с визгом подтягивает одеяло до подбородка. Надо же, какая скромница! А секунду назад…
– Дорогая, успокойся, – Артем встает с кровати, делая шаг ко мне. – Давай поговорим наедине. Я все объясню.
– Не неси чушь, Марин. Антон бы так со мной не поступил, – я отмахнулась, даже не пытаясь скрыть раздражение. – Мой муж верен мне.
– Поверь своей подруге. У него другая, и уже давно, я своими глазами видела их, – Марина подалась вперед, сложив руки на столе. – Но не хотела рассказывать, а тут ты говоришь, что снова беременна. И я не смогла смолчать. Он скоро бросит тебя, и останешься ты с двумя детьми. Как ты будешь?
– По-моему, ты не в себе.
– Олесь, я волнуюсь за тебя.
– А должна радоваться, – я поднялась со стула и взяв пакеты в руки, развернулась, чтобы уйти. – Пока!
– Постой. Сегодня Антон скажет тебе, что задержится в офисе и останется там на ночь…
– Поверь своей подруге. У него другая, и уже давно, я своими глазами видела их, – Марина подалась вперед, сложив руки на столе. – Но не хотела рассказывать, а тут ты говоришь, что снова беременна. И я не смогла смолчать. Он скоро бросит тебя, и останешься ты с двумя детьми. Как ты будешь?
– По-моему, ты не в себе.
– Олесь, я волнуюсь за тебя.
– А должна радоваться, – я поднялась со стула и взяв пакеты в руки, развернулась, чтобы уйти. – Пока!
– Постой. Сегодня Антон скажет тебе, что задержится в офисе и останется там на ночь…
К моему мужу неожиданно заявляется девушка и с полной уверенностью говорит о том, что она его дочь. А ее мать — первая любовь моего мужа, которую я видела в его старых фотоальбомах.
Я думала, что она навсегда исчезла из его жизни и уже давно ничего для него не значит. Однако спустя двадцать лет нашего брака муж уходит к ней и к своей новоиспеченной дочери, оставив меня и нашу общую дочь.
Он счастливо живет со своей новой семьей. Но долго ли продлится эта семейная идиллия?
Я думала, что она навсегда исчезла из его жизни и уже давно ничего для него не значит. Однако спустя двадцать лет нашего брака муж уходит к ней и к своей новоиспеченной дочери, оставив меня и нашу общую дочь.
Он счастливо живет со своей новой семьей. Но долго ли продлится эта семейная идиллия?
«У меня задержка».
Эти три слова взрываются в моей голове бомбой замедленного действия, разнося вдребезги весь мир.
Руки дрожат, телефон мужа едва не выскальзывает вниз.
— Леш, — голос дрожит, предательски выдавая мое смятение. — Что это значит?
Протягиваю телефон, экран которого все еще светится этим злосчастным сообщением.
— Кто разрешал тебе рыться в чужих вещах? — грубо отрезает он, нахмурив брови.
— Я время хотела посмотреть, — лепечу я, чувствуя, как щеки горят. — Ты мне изменяешь?
Вопрос повисает в воздухе, тяжелый и неловкий.
Двадцать лет брака.
Трое сыновей.
И… Чья-то задержка, которая словно заноза, застряла в голове.
— Наташа, не забивай себе голову всякой чепухой, — уходит муж от ответа. — Чем ты там занималась, пока тебя черт не дернул взять в руки чужой телефон? — пристально смотрит на меня.
— Собиралась ужин разогревать, — отвечаю словно послушная школьница.
— Вот и занимайся, жена. Не заставляй нас ждать, а то мы с пацанами голодные.
Эти три слова взрываются в моей голове бомбой замедленного действия, разнося вдребезги весь мир.
Руки дрожат, телефон мужа едва не выскальзывает вниз.
— Леш, — голос дрожит, предательски выдавая мое смятение. — Что это значит?
Протягиваю телефон, экран которого все еще светится этим злосчастным сообщением.
— Кто разрешал тебе рыться в чужих вещах? — грубо отрезает он, нахмурив брови.
— Я время хотела посмотреть, — лепечу я, чувствуя, как щеки горят. — Ты мне изменяешь?
Вопрос повисает в воздухе, тяжелый и неловкий.
Двадцать лет брака.
Трое сыновей.
И… Чья-то задержка, которая словно заноза, застряла в голове.
— Наташа, не забивай себе голову всякой чепухой, — уходит муж от ответа. — Чем ты там занималась, пока тебя черт не дернул взять в руки чужой телефон? — пристально смотрит на меня.
— Собиралась ужин разогревать, — отвечаю словно послушная школьница.
— Вот и занимайся, жена. Не заставляй нас ждать, а то мы с пацанами голодные.
— Я подаю на развод.
— Перестань. Ты устроила сцену из ничего. Все мужики изменяют. Ты не знала?
— Я знала, что мужики бывают разными. И была уверена, что мой не такой.
— Лана. Не неси чушь. Куда ты пойдёшь? В квартиру, которую купил я? На моей машине? С псом, которого я тебе подарил?!
— Это мой пёс.
— Нет, Лана, всё, что у тебя есть, — от меня. Даже собаку ты завела, потому что я разрешил и оплатил твою очередную хотелку.
Однажды утром я потеряла всё: мужа, дом и чувство собственного достоинства. Остался только мой шпиц Бароша и сосед Артемий, внезапно ставший моей опорой. Бывший решил вернуть меня любой ценой, но я уже знаю, чего стою — и ради чего готова бороться. Отдай собаку, гад!
— Перестань. Ты устроила сцену из ничего. Все мужики изменяют. Ты не знала?
— Я знала, что мужики бывают разными. И была уверена, что мой не такой.
— Лана. Не неси чушь. Куда ты пойдёшь? В квартиру, которую купил я? На моей машине? С псом, которого я тебе подарил?!
— Это мой пёс.
— Нет, Лана, всё, что у тебя есть, — от меня. Даже собаку ты завела, потому что я разрешил и оплатил твою очередную хотелку.
Однажды утром я потеряла всё: мужа, дом и чувство собственного достоинства. Остался только мой шпиц Бароша и сосед Артемий, внезапно ставший моей опорой. Бывший решил вернуть меня любой ценой, но я уже знаю, чего стою — и ради чего готова бороться. Отдай собаку, гад!
Подборка романов об измене и предательстве
Выберите полку для книги