Книги в жанре «Романы о неверности» по тегу «izmena-i-predatelstvo»

Муж изменил? Плевать. Я забираю квартиру, кота и иду работать к чёрту в зубы. Проблема только в том, что мой новый босс — это сам Люцифер в идеальном костюме. Марк Чистяков придирается даже к тому, как я дышу. Мы ненавидим друг друга так страстно, что коллеги боятся подходить к кофемашине. Но когда мой токсичный бывший решает меня добить, этот «деспот» вдруг становится моим рыцарем. И делает предложение. Вот только он серьёзно? Или это очередной план довести меня до инфаркта?

– Карина! – орет Гриша под окнами роддома. – У меня сын! Сын!
Стою в палате с новорожденным сыном на руках и смотрю во двор. Там мой муж, приехал поздравить меня… вместе с какой-то расфуфыренной женщиной.
Да только она не поздравляет. Она тащит его обратно в машину.
– Гриш, ну хватит уже! Поздравил, достаточно. Поехали!
А тот и не сопротивляется.
– Гриша! – зову.
Он поднимает голову.
– Это кто?
Но незнакомка отвечает первой:
– Никуда эта баба и твой сын не денутся, – произносит демонстративно громко, на весь двор. – Поехали уже…
– Завтра приеду, – машет мне муж досадливо. – Наверное…
И в этот момент я понимаю, что мужа у меня больше нет.
И отца у моего сына тоже.
Но Гриша оказался с этим не согласен.
– Да кому ты нужна в таком состоянии? – заявил, когда я отказалась возвращаться в его квартиру. – Вот Лиза хотя бы адекватна… Надо будет, и без тебя обойдусь. Сыну мать не обязательно нужна.

Зинка знала всё обо всех в радиусе трёх кварталов. Включая то, что люди сами о себе не знали.
- Люська, - сказала она наконец, и в голосе у неё было что-то такое, от чего я перестала раскладывать сосиски.
- Что?
- Ну нельзя же быть такой святой простотой, - сказала Зинка тихо, без издевки, почти ласково. - Вся округа судачит, а ты как в танке.
Я медленно обернулась.
- Зин. О чём ты.
- Этот Ванечка, - сказала она, - копия твоего Игоря. Один в один. Ты сама-то не замечаешь?
Я открыла рот.
- Та женщина, в алом пальто, - это Эльвира Викторовна. Из администрации района. Хорошая должность, хорошая зарплата, хороший парфюм. - Зинка понизила голос. - Твой-то там чинил им сантехнику.. Долго чинил. Обстоятельно. Несколько раз приезжал. Вот и... дочинился.

– Лариса... А ты... чего так рано?
– Ну ты уж прости, что помешала! Кстати, Матвей в курсе вашей любовной истории или мне только предстоит открыть ему глаза на правду?
– Лариса, ты только не горячись. Давай обойдёмся без глупых сцен, швыряний вещей и всего прочего, идёт? Мы с тобой взрослые люди и не должны опускаться до подобного. Я... я не виноват, что между нами уже давно ничего нет.
– Ничего нет? А почему я об этом не знала? Что же ты недавно высмеивал мои подозрения в твоей измене, а не сказал правду?
– Я хотел подобрать правильные слова и...
– Да ты просто трусил! Не хотел быть мужчиной, бросившим жену ради невесты брата!
– А я уже не невеста Матвея, – еле слышно произнесла Катя.

– Дело в том, что сегодня ваш супруг заранее отменил запись на процедуру. Но буквально десять минут назад освободилось окно на среду. Хотели уточнить, подтверждать ли новую запись.
Я замерла. Кажется, даже перестала дышать.
– Простите, вы сказали... он отменил сегодняшний прием?
– Да. Еще вчера вечером.
Вот только сейчас, со слов Гены, он был на приеме у врача.
Но… Если сегодня он не был в больнице... То где тогда он был?

Я решила проверить, где мой муж проводит время, вместо приема у врача… правда оказалась слишком болезненной.

После измены мужа она совсем похоронила себя на работе. Гостиница стала для неё спасением, но…
– За что увольняете? – спокойно спросила Инга.
– А вы сами не понимаете? Что вы тут делаете в таком виде? – он кивнул на её отражение. – И кто вы такая, чтобы пререкаться со мной? Я был уверен, что в этом отеле работают профессионалы, увы, видимо, меня обманули. Так что, потрудитесь выйти вон.
Она не вышла. Она решила бороться. За себя и за отель, который был её детищем.
– Он собирается снести гостиницу! Сказал, что это богадельня и все кто работает…
Откуда ей было знать, что их отношения быстро выйдут за рамки деловых и новый владелец окажется совсем не грубым выскочкой, а тем, кому тоже нужна нежность и ласка?

Ульяна Грачёва узнаёт, что жених изменяет ей с лучшей подругой. Вместо слёз она выбирает месть – и становится союзницей его делового врага. Но чем ближе финал, тем труднее вспомнить, кого она ненавидит на самом деле…

Я верила, что десять лет брака — это навсегда. Готовила ужины, хранила семейный очаг и не замечала, как превращаюсь в тень успешного мужа. А он однажды бросил мне в лицо: «Ты просто сидела на моей шее» — и ушёл к другой, оставив после себя только чужие серьги в машине, долги по счетам и пустую квартиру с видом на парк.
Через месяц я продала эту квартиру за копейки, переехала в сырую каморку на окраине и считала последние монеты на проезд, пока мой сын лежал в больнице, а бывший муж требовал расписку за каждую потраченную тысячу. Друзья отвернулись, свекровь назвала нахлебницей, и единственное, что у меня осталось, — это горькое понимание, что ниже падать уже некуда.

Но именно с этого дна и начинается настоящая история. Потому что, когда терять больше нечего, просыпается злость.

— И долго ты по бабам будешь слоняться?
— А что, уже отчеты по маршрутам сдавать? — недовольно бормочет муж.
— Не дерзи мне, — отрезает свекр. — Я слишком хорошо тебя знаю. Если ты начал исчезать вечерами, сбрасывать звонки от меня, от жены и ходить с физиономией человека, который либо влюбился, либо украл что-то крупное, значит, дело не в работе.
— Я нашел ту, от которой сердце бьется так, будто готово выскочить.
— Господи, — с отвращением произносит Виктор Сергеевич. — Тебе сколько лет? Восемнадцать? “Сердце бьется”. Соберись. Ты женатый мужик, а не солист плохой поп-группы.
— Я серьезно, — отвечает муж.
— Да вижу я, что ты серьезно, — бросает отец. — Мужчины твоего круга не монахи, иллюзий у меня нет. Но когда ты начинаешь смотреть в стену с идиотской улыбкой и отвечать невпопад, это уже не похоть. Это, не дай бог, чувства. С женой что делать будешь?
— Разведусь.

Муж изменил мне в день рождения нашей дочери.

Не с чужой женщиной. С Никой — моей сводной сестрой, которая с детства забирала всё, что я любила.

Комнату. Платье. Отца.

Теперь — мужа.

Но за приоткрытой дверью его кабинета я услышала страшнее измены. Максим, Ника и моя мачеха говорили о бумагах, подписи и доме моей матери. О том, как надавить на меня через Милану.

Они не просто предали меня.

Они хотели стереть меня окончательно.
Но в этот раз я не стала плакать у двери.

Я услышала.
Запомнила.
И ушла тихо.

Чтобы выжить.

Только они не знали одного: в этот раз я уже не та девочка, которую можно выгнать из собственной комнаты.

И рядом окажется мужчина, который не станет спасать меня вместо меня.

Он просто подаст руку, когда я сама поднимусь.