Книги в жанре «Романы о неверности» по тегу «razvod»

— Лена, здравствуй, — произносит свекровь. — Нам нужно поговорить. Садись.
— Здравствуйте. Сейчас, только помою руки и...
— Лена, — с нажимом повторяет она моё имя. — Сядь. Миша с тобой разводится.
Моя бровь ползет вверх.
— Простите… что?
Валентина Ивановна садится напротив и вздыхает.
— Ты всё слышала. Миша уходит от тебя. Ты нам не подходишь.
***
О разводе с мужем мне сообщает свекровь. Меня вышвыривают из дома как безродную дворнягу. Мне 45 лет, и на первый взгляд кажется, что моя жизнь идет ко дну.
Но я не собираюсь сдаваться. Я буду действовать.
Я буду мстить.

— Мань, Маняяя…

Я ждала это блеяние со стороны спальни и теперь только руки скрестила, поудобнее устраиваясь на кухонном стуле. Завтрак уже был съеден, кофе допит. Короче говоря, хлеб закончился, настало время зрелищ.

— Мань…

Голос мужа прозвучал уже совсем близко, а потом и он сам, всей свой распрекрасной персоной возник на пороге. А я… Я глянула и с трудом не захохотала в голос.

— Мань, пошутила и хватит. Давай уже, отпирай, я в туалет хочу.

— Это не я. Ты такой пришел.

— Врешь… — вроде как убежденно, но с прекрасным, никак не скрытым сомнением выдохнул Василий и склонил голову, немного приседая и попутно разводя в стороны коленки.

Так ему, наверно, виднее все было. Ну а мне понятнее.

— Не бережешь ты себя, милый!

– Юля, тебе что, алкоголь ударил в голову? Зачем нам разводиться, у нас же все хорошо?
– Все хорошо? Олег, ты и правда думаешь, что у нас с тобой все хорошо?
– Да. Но ты вечно всем недовольна. Так, может, проблема в тебе? Это ты должна исправиться, чтобы не доводить меня? Не знаю, может, ты уже от скуки бесишься...
– От скуки? Олег, я, вообще-то, работаю и...
– Слушай, твою профессию работой назвать трудно.

* * *
Мало того, что я уже давно чувствовала, что наши с мужем отношения зашли в тупик, став всерьез задумываться о разводе, как Олег сам окончательно разрушил все хорошее, что между нами было.
Пока я думала о нас с ним, пытаясь сделать непростой выбор, он уединился в беседке с женой своего друга, оправдывая измену выпитым алкоголем.

– Повтори, – не попросила, а потребовала, хоть мой голос прозвучал глухо и как-то слабо.
– А ты как будто не расслышала с первого раза, – лениво протянул муж, медленно пригубив кофе.
– Мне упрямо хочется верить, что мне послышалось и мой муж не предложил сделать наш брак открытым. Вроде бы сегодня не первое апреля, так зачем ты так жестоко шутишь?
– Ой, Карина, не разыгрывай трагедию. Да, я предложил тебе сделать наши отношения открытыми, и в этом нет ничего ужасного.
– Помимо того, что ты будешь спать с другими женщинами, да?
– Послушай, Карина, мы женаты четыре года, и скажу честно, ты мне уже приелась. И чтобы не доводить ситуацию до развода, нам надо как-то разнообразить нашу интимную жизнь, понимаешь?

— Я разведусь, — это голос моего мужа Александра. Он доносится с балкона. — Обязательно разведусь после операции отца.
Я замираю.
— Ты мне обещаешь, Сашенька?
В голосе узнаю мою подругу…
— Да, обещаю. Мне самому уже надоело прятаться. Надоело терпеть жену, на которой меня заставили жениться. Сплошная ошибка, с самого начала.

Я разведусь и буду счастлива. Я не боюсь шагнуть в новую жизнь, и наша жизнь сыном будет лучше без предателя.

— Когда ты уже своей старухе скажешь о нас, а? Я хочу всем показать, что ты мой, — слышу женский голос.
— Скоро, сладкая. Потерпи немного, — говорит муж. — Надо подождать, когда сыну исполнится восемнадцать и тогда Марина останется без гроша. Я ничего ей не оставлю.
— Правильно. Этой овце место в деревне. Паш, скажи, что любишь меня!
— Люблю, очень. Чувствуешь?

Двадцать лет брака. Двое детей. А муж решил так меня унизить, променял на молодую девицу.
Мне сорок лет, и кажется, что моя жизнь кончена. Муж думал, что я не решусь на развод. Как же он ошибался. Терпеть я не стану!

— …ну ты и рискованный! Практически на виду у всех!
Сердце замирает. Муж случайно набрал, и я слышу в динамике женский голос. Укол ревности пронзает насквозь.
— Там всё равно нас никто не знает, — голос мужа. — Иди ко мне, я уже заждался...
Дух перехватывает. Прислушиваюсь уже более настороженно, пытаясь успокоить разбушевавшееся сердце замедляя дыхание.
— Как ты хочешь сегодня? Так? Или может... — девушка делает паузу и продолжает томно: — Может, вот так?
— Ох, Лерка, ты везде пахнешь так аппетитно, что я готов приступить с любой стороны... — слышу голос мужа и зажимаю рот, чтобы не закричать.
А дальше громкие шорохи, среди которых явно звякает бляшка ремня. Потом слышу, как падает телефон мужа, и его фразу:
— Подожди-ка, тут вызов кому-то набрался...
Я отпрыгиваю от телефона как от огня. Голова кружится, а к горлу подступает тошнота. Бегу в санузел.
“Наверно, от стресса”, — убеждаю себя, гоня прочь мысль о приличной задержке. Она ведь тоже может быть от нервов?

— Ты на паре?
— На паре. Экзамен.
— В девять сорок вечера? Экзамен?
Он замолчал. Этого хватило.
Я — фельдшер приёмного. Он — преподаватель. Дети, кот, вдруг кружка с чужой помадой на нашей кухне. «Ночь перед экзаменом» превращается в ночь вранья, а пресс-служба заканчивается поцелуем «за закрытой дверью».
Я включила диктофон раньше, чем он придумал алиби. Двадцать семь секунд — и тишина стала уликой. Кольцо — в воду. Предателя — за борт. Он пожалеет, начнет захлебываться, но назад дороги не будет.

— Ты изменил?
— Один раз. Ерунда.
— Один раз — тоже измена. Дальше — у нас развод.
— Ты правда подашь?
— Уже подала. И заявление в полицию.
— Тебе никто не поверит.
— Камера поверит и судья.
Я — ректор, он — преподаватель. У нас пятилетние двойняшки и простое правило: в дом ложь не приносить. Но он решил иначе. Я не буду устраивать сцен — я делаю, как сказала.
Он уверен: «Даже измена нас не разлучит».
Ночь. Запасной вход университета. Один фонарь. Я включаю диктофон — и начинается наша история.

— Это просто мамочки детей. Я тренер. Было просто кофе и спасибо.
— На парковке в 19:30 вместо «спасибо» не целуются.
— Ты всё придумала.
— Камеры не фантазируют.
Сначала я заметила мелочи: смайлики в чате, второй телефон, контейнер «домашних котлет», чужая резинка в машине. Потом — шёпот «скоро будет братик» при ребёнке. Больно так, что ночью выть хочется. Я молчала и собирала себя по частям.
Решила, что орать не буду. Соберу факты. На нашем празднике скажу свое слово. Предателям покажу правду — без крика и без пощады. Они пожалеют. А дальше — тишина и новая жизнь по моим правилам.