Книги в жанре «Романы о неверности» по тегу «razvod»
- Да, я был там... Конечно, видел. Сын родился? Сын! Господи...Да, я все устрою, не переживай.
Я стояла в коридоре с кружкой ромашкового чая и думала, что все, семейная жизнь рухнула с изменой мужа. У него на стороне родился сын...
Счастливый, блин, пятидесятидвухлетний папаша!
Значит план: Мужа на мыло, ремнем по хребтине и развод!
Я стояла в коридоре с кружкой ромашкового чая и думала, что все, семейная жизнь рухнула с изменой мужа. У него на стороне родился сын...
Счастливый, блин, пятидесятидвухлетний папаша!
Значит план: Мужа на мыло, ремнем по хребтине и развод!
Если об измене мужа узнаёт жена — это драма. Порой криминальная, витиеватая, односложная или многогранная. Но если об измене узнают уже взрослые дети — это аттракцион!
— Ты мне соврал! — Олю злость и отчаяние разрывало на куски. — Папа!
— Оставь меня в покое! Не порть нам с мамой праздник! Поговорим позже.
— А со мной ты тоже поговоришь позже? — голос сына, прозвучавший с балкона, заставил Градова окаменеть. — С кем ты изменяешь маме?
— Ты мне соврал! — Олю злость и отчаяние разрывало на куски. — Папа!
— Оставь меня в покое! Не порть нам с мамой праздник! Поговорим позже.
— А со мной ты тоже поговоришь позже? — голос сына, прозвучавший с балкона, заставил Градова окаменеть. — С кем ты изменяешь маме?
– Марин, я нормальный мужик! Я с ней чувствую себя тем, кем давно себя не чувствую с тобой, понимаешь?
– Ну конечно, – мой голос дрожал от сарказма и боли, – зачем тебе жена, правда? Ведь она знает, что у тебя геморрой, простатит и аллергия на латекс! И, для справки, вот этот перечень вообще не возбуждает!
– Я всё сказал, – отрезал Фирсов, облокачиваясь на стол. – Мои адвокаты займутся деталями. Завтра Леся возвращается со стажировки… и я хочу, чтобы она приехала сразу ко мне.
Я задыхалась от ярости и отчаяния:
– В наш дом?!
– Нет. Работал только я, так что дом МОЙ!
– Как ты можешь…
– Могу и сделаю! Не уйдёшь сама – выставлю утром с охраной. Будет стыдно перед соседями. Ты меня знаешь... Не позорься и не унижайся. Просто уйди, и всё. Документы о разводе пришлю на почту. Свободна!
Ещё утром мой идеальный брак был мечтой любого, а теперь... В 45 меня сдают в утиль ради молодой вертихвостки! Ну ничего... Заберу все, что мое по праву! Еще посмотрим кто кого!
– Ну конечно, – мой голос дрожал от сарказма и боли, – зачем тебе жена, правда? Ведь она знает, что у тебя геморрой, простатит и аллергия на латекс! И, для справки, вот этот перечень вообще не возбуждает!
– Я всё сказал, – отрезал Фирсов, облокачиваясь на стол. – Мои адвокаты займутся деталями. Завтра Леся возвращается со стажировки… и я хочу, чтобы она приехала сразу ко мне.
Я задыхалась от ярости и отчаяния:
– В наш дом?!
– Нет. Работал только я, так что дом МОЙ!
– Как ты можешь…
– Могу и сделаю! Не уйдёшь сама – выставлю утром с охраной. Будет стыдно перед соседями. Ты меня знаешь... Не позорься и не унижайся. Просто уйди, и всё. Документы о разводе пришлю на почту. Свободна!
Ещё утром мой идеальный брак был мечтой любого, а теперь... В 45 меня сдают в утиль ради молодой вертихвостки! Ну ничего... Заберу все, что мое по праву! Еще посмотрим кто кого!
Её предали после двадцати пяти лет брака. Муж ушёл к молодой любовнице, оставив руины вместо семьи.
Но предательство стало не концом, а началом.
Анна научится жить заново: в маленькой квартире среди ромашек, в новых проектах, в дружбе и любви.
А он, разрушивший её жизнь, сам окажется на коленях.
Это история о том, что после измены начинается настоящая свобода.
Но предательство стало не концом, а началом.
Анна научится жить заново: в маленькой квартире среди ромашек, в новых проектах, в дружбе и любви.
А он, разрушивший её жизнь, сам окажется на коленях.
Это история о том, что после измены начинается настоящая свобода.
– Лиза, девочка моя...
– Я уже подала на развод. И если ты думаешь, что я шучу и могу стерпеть подобное оскорбление, то ты полный дурак.
Усмешка медленно сползла с губ Егора, стоило ему наконец-то заметить, что я настроена очень серьезно. И он больше не выглядел так самоуверенно и нагло.
– Лиза, я не хочу, чтобы ты действовала сгоряча и под давлением обиды и эмоций. У нас с тобой есть дочь, есть общие цели, не говоря уже о том, что нам хорошо друг с другом. Сама подумай, разве я плохой муж?
– Ты всего лишь мне изменяешь. Такой пустяк, честное слово!
– Мне кажется, тебе надо успокоиться, выпить горячий чай и хорошенько обо всем подумать. Уверен, завтра мы с тобой сможем поговорить спокойно, без нервов и вспышек злости.
– Я уже подала на развод. И если ты думаешь, что я шучу и могу стерпеть подобное оскорбление, то ты полный дурак.
Усмешка медленно сползла с губ Егора, стоило ему наконец-то заметить, что я настроена очень серьезно. И он больше не выглядел так самоуверенно и нагло.
– Лиза, я не хочу, чтобы ты действовала сгоряча и под давлением обиды и эмоций. У нас с тобой есть дочь, есть общие цели, не говоря уже о том, что нам хорошо друг с другом. Сама подумай, разве я плохой муж?
– Ты всего лишь мне изменяешь. Такой пустяк, честное слово!
– Мне кажется, тебе надо успокоиться, выпить горячий чай и хорошенько обо всем подумать. Уверен, завтра мы с тобой сможем поговорить спокойно, без нервов и вспышек злости.
– Ты почему еще не спишь? – с плохо скрытым возмущением спросил муж, видно, надеясь незаметно вернуться домой, не разбудив меня.
– Я от тебя ухожу.
– Даша, я что-то не понял. Пил я, а в голову ударило тебе? Куда это ты уходишь? Ты... А к кому это ты уходишь? К своему начальнику, да?
–Нет, ни к кому я не ухожу. В отличие от тебя я была верной.
Резко шагнув ко мне, Артур застыл на месте, несколько секунд буравя меня пьяным взглядом.
– На что это ты намекаешь? – чуть ли не выплюнул мне эти слова в лицо.
И сейчас, когда он стоял так близко ко мне, еще и передернул плечами, из-за чего ворот рубашки опустился вниз, я отчетливо увидела на его шее красноватый след от засоса.
– Ты прекрасно знаешь, о чем я. Или будешь упираться до последнего?
* * *
Я уже давно чувствовала, что муж что-то скрывает от меня, но глупо верила в лучшее, надеясь спасти наши отношения. Но оказалось, что спасать уже нечего. Артур попросту потерял ко мне интерес, разлюбив и проявляя ко мне все больше неуважения.
– Я от тебя ухожу.
– Даша, я что-то не понял. Пил я, а в голову ударило тебе? Куда это ты уходишь? Ты... А к кому это ты уходишь? К своему начальнику, да?
–Нет, ни к кому я не ухожу. В отличие от тебя я была верной.
Резко шагнув ко мне, Артур застыл на месте, несколько секунд буравя меня пьяным взглядом.
– На что это ты намекаешь? – чуть ли не выплюнул мне эти слова в лицо.
И сейчас, когда он стоял так близко ко мне, еще и передернул плечами, из-за чего ворот рубашки опустился вниз, я отчетливо увидела на его шее красноватый след от засоса.
– Ты прекрасно знаешь, о чем я. Или будешь упираться до последнего?
* * *
Я уже давно чувствовала, что муж что-то скрывает от меня, но глупо верила в лучшее, надеясь спасти наши отношения. Но оказалось, что спасать уже нечего. Артур попросту потерял ко мне интерес, разлюбив и проявляя ко мне все больше неуважения.
— Ева не просто моя любовница…
Ответил муж на мой вопрос, отвернувшись к окну, я же посильнее сжала подлокотник дивана, ожидая продолжение.
— Она моя любимая женщина. Я хочу развестись с тобой, Марианна.
***
У меня была счастливая семья, мы с мужем прожили вместе восемнадцать лет, у нас двое детей. Дочь Алиса, которая поддержала отца в его решении развестись со мной. И сын Макар, который после страшной аварии прикован к инвалидному креслу.
Предательство ещё можно пережить, но как справиться с тем, что муж перестал оплачивать лечение сына? Андрей потерял надежду, что Макар избавится от инвалидного кресла и предпочёл больше не сорить деньгами.
Но я не сдамся! Мой сын встанет на ноги!
Ответил муж на мой вопрос, отвернувшись к окну, я же посильнее сжала подлокотник дивана, ожидая продолжение.
— Она моя любимая женщина. Я хочу развестись с тобой, Марианна.
***
У меня была счастливая семья, мы с мужем прожили вместе восемнадцать лет, у нас двое детей. Дочь Алиса, которая поддержала отца в его решении развестись со мной. И сын Макар, который после страшной аварии прикован к инвалидному креслу.
Предательство ещё можно пережить, но как справиться с тем, что муж перестал оплачивать лечение сына? Андрей потерял надежду, что Макар избавится от инвалидного кресла и предпочёл больше не сорить деньгами.
Но я не сдамся! Мой сын встанет на ноги!
— Это что? — я смотрю на две полоски на тесте. — Похоже, сюрприз, — улыбаюсь сама себе.
Я должна была рассказать мужу о беременности на венчании. На нашем празднике, который мы так ждали.
Но вместо этого услышала за дверью его голос:
— Какие у тебя горячие губки… ну просто блаженство!
И смех. Его и её. Любовницы. Прямо в день нашего венчания.
Беременность. Предательство. Измена. Я не простила. И не прощу.
Теперь я знаю: никакая клятва, никакие слова не спасут того, кто предал.
Я должна была рассказать мужу о беременности на венчании. На нашем празднике, который мы так ждали.
Но вместо этого услышала за дверью его голос:
— Какие у тебя горячие губки… ну просто блаженство!
И смех. Его и её. Любовницы. Прямо в день нашего венчания.
Беременность. Предательство. Измена. Я не простила. И не прощу.
Теперь я знаю: никакая клятва, никакие слова не спасут того, кто предал.
— Стас, это что?
— Лен, ты не понимаешь… это всего лишь ассистентка!
— В кабинете? На столе? Не позорься, милый!
Я поймала мужа на измене прямо в больнице, где мы работаем вместе.
Двадцать пять лет брака — перечёркнуты одной блондинкой с липовым дипломом.
Он оправдывался: «Мужик я, мне надо!». А потом решил выставить виноватой меня.
Но я — психиатр. Я умею ставить диагнозы.
И мой диагноз прост: измену я не прощу.
— Лен, ты не понимаешь… это всего лишь ассистентка!
— В кабинете? На столе? Не позорься, милый!
Я поймала мужа на измене прямо в больнице, где мы работаем вместе.
Двадцать пять лет брака — перечёркнуты одной блондинкой с липовым дипломом.
Он оправдывался: «Мужик я, мне надо!». А потом решил выставить виноватой меня.
Но я — психиатр. Я умею ставить диагнозы.
И мой диагноз прост: измену я не прощу.
Поднимаясь в лифте, Анна изучала своё отражение в зеркальной стенке. Командировка пошла на пользу, глаза блестели, на щеках играл румянец, новое бордовое платье подчёркивало фигуру. Дима определённо оценит.
Ключ поворачивался в замке тихо, она специально смазывала его на прошлых выходных. В прихожей было темно, но из спальни пробивалась полоска света. Анна сбросила туфли, сняла пальто и на цыпочках прошла по коридору, держа в руках бутылку вина и улыбаясь в предвкушении.
— Привет, родной, — прошептала она, приоткрывая дверь спальни. — Я соскучи...
Ключ поворачивался в замке тихо, она специально смазывала его на прошлых выходных. В прихожей было темно, но из спальни пробивалась полоска света. Анна сбросила туфли, сняла пальто и на цыпочках прошла по коридору, держа в руках бутылку вина и улыбаясь в предвкушении.
— Привет, родной, — прошептала она, приоткрывая дверь спальни. — Я соскучи...
Подборка романов о неверности
Выберите полку для книги