Книги в жанре «Романы о неверности» по тегу «silnaya-geroinya»

— Ты обещал мне, Саша. Я больше не хочу и не буду быть просто любовницей.
Я стою и мир вокруг меня просто замирает. Сердце делает дикий, болезненный толчок в грудину и перестает биться.
— Лена, прекрати. Не сейчас. С ума сошла? — отвечает глубокий, глуховатый баритон моего мужа.
— А когда? — в голосе Крыловой прорезаются злые, требовательные ноты. — Три года, Саша, я слышу твое бесконечное «подожди». Я устала быть на вторых ролях!
— Лена, утихомирься, — в голосе Александра прорезается тот самый леденящий металл, от которого подчиненные офицеры на плацу вытягиваются в струнку.
— Я все решил для себя. Сколько раз тебе повторять? Дай мне месяц. Я уйду, как и обещал, подам на развод. Я куплю тебе ту квартиру на Патриарших, о которой ты говорила.
— Месяц, Саша. Ровно месяц, — её голос звучит как приговор. — Я считаю дни. Если через тридцать дней ты не соберешь вещи, я сама приду к твоей святой Марии и расскажу ей всё.
Три года муж изменяет мне

Я прохожу на кухню нашего загородного дома, прижимая к груди шестимесячного сына, и замираю.
— Димочка, — мурлычет молоденькая девушка, пока мой муж целует ее в шею, прижав к холодильнику.
— Ди-има-а! — кричу я.
Они оборачиваются, и я вижу огромный живот девушки! Муж делает шаг ко мне.
— Полина, я объясню.
— Не приближайся!
В этот момент раздается раскат грома, и во всем доме гаснет свет. Сын начинает плакать. И тут девушка хватается за живот и сдавленно шепчет:
— Дим, я рожаю.
Света нет, связь не ловит, а машина не заводится. Муж говорит мне:
— Полина, у тебя медицинское образование. Помоги ей! Если мой ребенок умрет, ты пойдешь по миру с голой жопой! И детей своих больше не увидишь. Быстро! — командует он.

— Ты изменилась за эти пять лет, похорошела…
Сказать, что я до ужаса удивлена присутствию бывшего мужа здесь, это ничего не сказать.
— Товарищ майор, давайте не будем усложнять, хорошо? Я врач, вы проходите комиссию. Общаемся только по существу.

Ведь начмед обещал, что Богданова в гарнизоне не будет...

— Все еще злишься?

Злюсь? Из-за его измены, кода бежала из гарнизона с одной дорожной сумкой? Нет, здесь все куда гораздо глубже и сложнее, поэтому усмехаюсь его вопросу.

— Нет, товарищ майор, не злюсь. Злость это чувство, а вы мне безразличны. Просто пересекаться с вами вновь нет никакого желания.
— И что теперь? Опять сбежишь, что пятки сверкать будут?
— Вы слишком много говорите, товарищ майор. Не задерживайте очередь. Следующий!

Я иду через тёмный зал нашего ресторана, мимо пустых столов.
Дверь в кабинет приоткрыта.
Я толкаю её рукой, уже открывая рот, чтобы сказать «привет, я быстро, только тетрадь заберу», и слова застревают где-то в горле, потому что то, что я вижу, не укладывается в голове сразу.
Кристина сидит на краю его стола. Олег стоит рядом, его губы – на её шее...
Секунда. Может, две. Время застывает.
Кристина видит меня первой. Её глаза расширяются, она отталкивает Олега так резко, что он чуть не падает, оборачивается – и я вижу его лицо.
– Вера, – говорит он, и голос у него дрожит, – Вера, это не то, что ты думаешь...
Смешно. Правда смешно. Как будто есть другое объяснение тому, что я вижу.
Я смотрю на его лицо и понимаю, что не хочу слышать никаких объяснений.

Телефон вибрирует. СМС от Виктора: "Забыл папку на столе в кабинете. Привези в офис к 11."
Иду в его кабинет. Папка на столе, как он сказал. Беру её, и тут замечаю, что ящик стола приоткрыт и взгляд невольно падает на пакет из дорогой ювелирки! Неужели он не забыл про нашу дату? Открываю.
Бархатная коробочка.
Сердце ускоряется. Подарок для меня? Пакет падает и на пол выскальзывает открытка. Взгляд цепляется за имя: "Моей желанной Альбине..."
Пробегаю глазами по тексту: "Ты подарила мне способность чувствовать. Твой Виктор."
Открываю коробочку. Внутри – изящное колье. Дорогое, изысканное.

— Что произошло с моим мужем?
— Я не знаю всего, Анна Сергеевна. Честно. Но там…
— Кто там с моим мужем?
— Люди есть, — уклончиво отвечает водитель. — Вы приезжайте. Так будет лучше.
По наводке водителя мужа я приехала за своим генералом в баню и застала любимого мужа с блондинистым созданием у него на коленях. Но это не самое страшное, что я увидела.
— Папа, ты идешь? Мама сказала, без тебя не начинать! – раздался голос мальчика, и я чуть не упала прямо там…

Я толкнула дверь ординаторской и увидела мужа с сестрой. На его столе.
Двадцать пять лет брака рухнули в одну секунду.
Кристина медленно растянула губы в улыбке — той самой, которую я помнила с детства. Когда она отбирала мои игрушки и знала, что родители ее не накажут. Торжествующей. Победной.
— Ой, Верочка. А мы тут это… работаем, — улыбнулась она.
Саша отшатнулся. Бумаги разлетелись по полу.
— Вера, подожди. Это не то, что ты думаешь.
Кристина спрыгнула со стола, одернула юбку.
— Вер, не драматизируй, — вздохнула она. — Он взрослый мужчина. Если он хочет проводить время со мной, это его выбор. Ему скучно стало. Ты же у нас хозяйка, жена, мать — скукотища. А я — огонь. Мужчины это любят.
Она подошла к нему, положила руку на плечо.
— Саш, ну сколько можно ждать? Ты обещал решить вопрос с ней еще месяц назад. А я все сижу в этой съемной дыре. И вообще, он мне дом обещал. И машину. Ты, Вер, сама виновата. Запустила себя. Он хотел, чтобы ты ушла с чемоданом.

— Ты обязан мне помочь с интерьером спальни, — мурлычет из-за двери женский голос, и я узнаю его мгновенно.
Это Алина — моя лучшая подруга.
— Твоя спальня или наша? — голос Виктора звучит интимно, и он смеется в ответ.
Я толкаю дверь.
На кровати — мой муж. Мой муж и моя лучшая подруга. Она лежит на нем, откинув голову назад, и ее волосы каскадом спадают на плечи. Виктор обнимает ее за талию, и выражение его лица — довольное, расслабленное,
— Завтра в одиннадцать в нашем отеле, я уже забронировала номер 314.
— Не могу дождаться. Когда я с тобой, я забываю обо всем.
Я ухожу, продумывая план мести. На субботу назначен светский вечер в честь десятилетия нашей компании, где я намерена поставить любовников на место.
— Дорогие друзья, коллеги, партнеры, — начинаю я. — Я хочу поднять тост за верность и за правду, какой бы неудобной она ни была.
В этот момент свет в зале гаснет.
Я нажимаю кнопку “ПУСК”, и экран над моей головой оживает.
На огромном экране — они в номере 314…

"Котик, не скучай в лесу. Вот фото сисечек 💋"
Экран гаснет, но поздно. Я видела всё.
– Я подаю на развод, – чеканю каждое слово, глядя в ледяные глаза мужа. – Как только выберусь из этого чёртова леса!
Из бревенчатого домика совсем рядом раздаётся низкий медвежий рык, от которого поджилки дрожат. Разъярённый зверь бьёт в стены, но дверной засов держит крепко.
В голове всё это никак не укладывается.
Зачем только согласилась ехать в такую глухомань?
Делаю шаг к нашему внедорожнику…
Но муж хватает резко, так, что у меня лязгают зубы.
– Решила мне проблем прибавить, стерва? – теснит меня к бревенчатой стене, за которой слышна возня зверя. – Вздумала имущество делить в такой момент?!
– Отпусти меня! – бью его рукой в грудь. – Мне плевать на твои проблемы!
Вырываюсь в сторону.
– Ты для меня мёртв!
– Нет уж, дорогая! Наоборот.
Всё происходит так быстро, что я не успеваю даже осознать.
В долю секунды тяжёлый засов отлетает, отворяя звериное логово.
Резкий толчок в спину…

- Я долго ждал подходящего момента, - начинает муж, и голос его холодный, жесткий, словно он проводит совещание, докладывает начальству, а не обращается к семье.
Мое сердце начинает колотиться так сильно, что я слышу его стук в ушах.
- Ждал, когда мы все соберемся. Все вместе. Вся семья. Даже Анютка специально прилетела на выходные. - Он обводит взглядом стол, смотрит на каждого ребенка, на меня. И в его глазах... пустота. Холодная, ледяная пустота. - Поэтому объявляю: мы с вашей матерью разводимся.
Удар.
Сильный, точный, такой мощный, что выбивает все дыхание из легких.
Я застываю в кресле, пальцы сами собой сжимают подлокотники, я не могу двигаться. Не могу говорить. Не могу дышать.
Я просто сижу и смотрю на Мишу. На человека, которого любила тридцать два года.
- Я больше не люблю тебя, и давно. Я хочу пожить для себя.
***
Мой муж решил пожить для себя в пятьдесят, выкинув меня, как ненужный мусор. Но я ему верну должок, отомщу, превратив его новую жизнь в прах…