Книги в жанре «Жесткая эротика» по тегу «erotika»

– Но я не смогу отдать такую сумму, – вздыхаю я.
– Серьезно? – усмехается Роман Денисович. – Это проблема?
– Еще какая! – отвечаю быстро, пока не передумала говорить. – И не единственная: меня из квартиры сегодня выставят за неуплату. Так что, если желаете – подавайте в суд. Пусть взыскивают, как устроюсь на следующую низкооплачиваемую и унизительную работу.
– Должность официантки тебя не устраивала? – Роман Денисович мечет молнии глазами.
– Форма эта дурацкая не устраивала. И когда пристают пьяные гости – тоже.
Ден подходит ко мне сзади.
– А когда я так делаю? – спрашивает он, задирая и без того короткую юбочку.
Парализует просто своим движением.
– Мне вот нравится твоя форма, – Роман Денисович встает с места, подходит ко мне и проводит пальцами по линии декольте.
– Пустите, я пойду.
– Нет, – Роман Денисович поднимает мое лицо за подбородок. – Ты нам должна. Предлагаю отработать.
Он целует меня. Ден тут же зажимает мои руки за спиной, а его ладонь скользит по моему животу..

Нура хромает с семнадцати лет — и давно смирилась, что такую, как она, никто не выберет. Пока отец не задолжал главе горного клана. За ней приезжает сам Халид Даудов — забрать долг. Забрать её.
— Ты боишься меня, — говорит он.
— Нет.
— Врёшь. Но ничего. Врёшь — значит, живая. Значит, будешь драться. Это мне в тебе нравится больше всего.
Он не обещает нежности. Он обещает то, что страшнее: сделать так, чтобы она сама захотела остаться. Брак по расчёту, который превращается в одержимость. Мужчина, для которого чужая слабость — не повод отвернуться, а повод подойти ближе и не отпускать. Если любите властных героев, которые не спрашивают разрешения, — эта книга для вас.

Жизнь вынудила меня устроиться барменом в БДСМ-клуб "Господин". И моя работа вполне мне нравилась, до тех пор пока я не заметила, как на меня смотрит один из совладельцев клуба. Он кажется опасным и точно не подходит такой невинной девушке, как я, но чувства сильнее меня. И я уже готова отдать господину не только свое сердце.

— Вероника, — проговорил Олег с облегчением. — Слава богу, ты здесь.
Я не успела ответить.
Дверь ванной комнаты открылась, и оттуда вышел Костя.
С мокрыми волосами и с полотенцем, обёрнутым вокруг бёдер. Голый торс, капли воды на плечах, расслабленная поза - картина маслом.
Андрей перевёл взгляд с Кости на меня. Олег — тоже.
— Здрасти, — первым нарушил молчание Костя.
— Ну привет, — сказал Андрей.
Я выдохнула и отошла в сторону, пропуская их в комнату и предчувствуя непростой разговор.

От автора:
🍒 Будет горячо!
🍒Мои прекрасные, благодарю за звезду и библиотеку. Вы самые лучшие!
🍒 Удовольствие гарантировано!

— Ты боишься нас? — спросил Кирилл, глядя мне в глаза.
— Нет. Я боюсь себя. Боюсь, что если откроюсь — вы увидите, какая я на самом деле.
— И какую мы увидим?
— Сломанную. Глупую. Ту, которая готова на всё, лишь бы не остаться одной.
Демьян взял моё лицо в ладони:
— Мы уже видим. И не уходим. Ты наша. Не потому, что мы тебя выбрали. А потому, что ты выбрала нас.
— А если я ошибаюсь?
— Тогда ошибаемся мы все трое. Но лучше ошибаться вместе, чем быть правой в одиночестве.
Я заплакала. Впервые за много лет — не от боли, а от облегчения.

— Ты боишься нас?
— Боюсь. Не боли. Себя. Того, что хочу.
— А если мы хотим того же? С первой секунды, как тебя увидели?
— Вы мои сводные... Это неправильно.
— Кровь не важна. Важно, что происходит, когда мы рядом. Скажи «нет» — и мы уйдём. Навсегда.
— А если не могу сказать «нет»?
— Тогда позволь себе упасть. Мы поймаем.

– На выход! – рявкает отчим.
Прямо сейчас он вместе со своей охраной ворвался в аудиторию. Мои сокурсники в шоке.
– Что вы тут делаете, Владислав Сергеевич? Вы с ума сошли?!
– Рот закрыла и села в тачку. Пришло время заняться твоим воспитанием!
Хватает меня и тащит к тачке. Запихивает в салон.
– Отпустите! Вы мне никто!
– Я твой отчим! Ты живешь за мой счет! Я научу тебя уважать себя, Нюта!
– Я с вами никуда не поеду! – вся дрожу от страха.
– Я запру тебя дома. И запру там, пока не станешь послушной!
– Мама вам не позволит! – кричу в слезах.
– Твоя мать свалила. Теперь у меня осталась только ты. Я заслужил немного благодарности за то, что содержал вас все это время.

— Ты чего такая грустная, Ир? — его голос звучит тихо, с лёгкой хрипотцой.
— Всё хорошо, — я отворачиваюсь, чтобы он не видел моих слёз.
— Я вижу. Мой сын опять уехал, да?
— Он всегда уезжает, Лёнь. Это нормально.
— Это не нормально, — он подходит ближе. — Ты заслуживаешь большего, чем бегать за ним.
— Например? — я поднимаю на него глаза, и в них — надежда, которую я боюсь признать даже себе.
— Например, остаться здесь. Со мной.
Я замираю. Он — отец моего мужа. Старше меня. И единственный, кто за эти годы сказал мне, что я — не просто мебель в чужом доме.
— А если я останусь? — шепчу я.
— Тогда у тебя будет лето. Настоящее. Тёплое. И я рядом.
Муж уехал к любовницам. Свёкор остался со мной. И теперь мне предстоит выбрать: вернуться к тому, кто меня предал, или остаться в объятиях того, кто подарил мне надежду.
Даже если эти объятия — запретные.

Я была женой, сотрудницей, тенью самой себя, пока трое друзей мужа не показали мне, что значит быть желанной. Я подчинилась им не из слабости — я выбрала свободу в их руках, в их голосах, в их прикосновениях. Эта ночь разбудила во мне ту женщину, которую я боялась признать даже в мыслях.

Месяц спустя я всё ещё чувствую их руки на своей коже, их дыхание на своей шее — каждую ночь я засыпаю с мыслью о том, как они наполнили меня, и просыпаюсь с желанием пережить это снова. Я звоню им под предлогом замены масла, но еду за другим — за тем, что разбудило во мне женщину, которую я похоронила семь лет назад. Когда я вхожу в гараж, их уже трое, и я знаю: эта ночь будет не просто повторением — она будет испытанием, которое покажет, насколько далеко я готова зайти ради того, чтобы снова чувствовать себя живой.