Книги в жанре «Женский роман» по тегу «izmena-i-predatelstvo»

— Она моя лучшая подруга, Кир. Пропадет ведь без меня, — твердил муж.

Я верила. Пока не застала эту «бедолагу» в нашей постели. Вместо раскаяния муж решил меня уничтожить: заблокировал счета, вышвырнул из компании, которую я сама же построила, и пригрозил тюрьмой. Он думал, я сломаюсь и приползу на коленях.

Ошибаешься, Игорь. Ключи от твоей империи в моей голове. Я пришла к его злейшему врагу — безжалостному Давиду Мирзоеву, его сводному брату. Я предложила ему сделку, чтобы стереть бизнес бывшего в порошок.

Но я не учла одного: Давид решил забрать не только компанию брата, но и меня.

— Макс, ты видел пост? Она вернулась, — голос Лехи звучит с каким-то ехидным восторгом. — Разведённая, свободная, и, судя по фоткам, ещё красивее стала. Грудь третьего размера сделала, фигура — просто огонь!
Тишина. Потом голос мужа:
— Видел.
— Что будешь делать? — Леха хмыкает. — Я же знаю. Ты до сих пор по ней сохнешь. Все эти годы. Так вот он, твой шанс! Она вернулась!
— Лех, ты не представляешь... Я думал, что забуду. Думал, время лечит. Десять лет прошло. Но когда увидел её фото вчера... Эта дыра в груди... она никуда не делась.
— Ты её любишь. До сих пор.
— Люблю, — выдыхает мой муж, и в этом слове столько боли, столько тоски, что мне становится не хорошо. — Всегда любил. Каждый гребаный день в течение этих десяти лет.
Я прижимаю ладонь ко рту. Стараюсь не шевелиться.
— А Лерка? — спрашивает Леха. — Что с женой твоей любимой?
Смех.
— Лера... — муж замолкает. Потом продолжает, и каждое слово, как удар по сердцу. — Лера была ошибкой. Самой большой ошибкой в моей жизни

— Как давно вы спали за моей спиной? Месяц? Год? Больше?
— Ты сама позволила себя обмануть. Постоянно приводила свою подругу к нам домой, позволяла остаться на ночь. Я — молодой, здоровый мужик. Долго сопротивляться было невозможно.
— Ты говоришь так, будто я подложила тебе её в постель!
— Не стоило так близко подпускать Аню ко мне. Ты дразнила меня, словно на прочность проверяла. И да, я оказался не железным.
— Я не дразнила тебя, просто была уверена, что ты способен хранить мне верность.
— Не способен, — скалится муж. — Убедилась? А теперь давай сделаем так: в ближайшие сутки ты освободишь жилплощадь для моего будущего ребёнка.
— А если я не захочу уходить?
— Как хочешь, — Егор пожимает плечами. — В нашем доме всем места хватит. Раз уж ты так хочешь наблюдать за тем, как растёт и развивается наш с Аней ребёнок, то пожалуйста. Можешь даже нянькой ему стать. Ты же хотела детей.

— Сядь, Саша. Кричать будешь потом. Сейчас спрашивай.
— Он твой сын?
— Он зовёт меня отцом.
— Это не ответ! — Голос у меня срывается.
— Другого сегодня не будет.
— Три года, Сева. Три года ты каждое двенадцатое число переводил деньги его матери. А я двенадцать лет не заглядывала в эту папку!
— Зря, — говорит он тише, жёстче. — Я ничего не прятал.
— Кому ты дал слово? Ей?
— Не ей.
— Ты с ума сошёл, — выдыхаю я.
— Нет. Я просто не собираюсь оправдываться, как лейтенант перед комиссией. Да, он зовёт меня отцом. Да, я плачу его матери и буду платить. Нет, сегодня я не скажу почему. Сейчас ребёнок задыхается, и я еду к ним. Вернусь через час. Ты моя жена, и ты меня дождёшься. Это приказ.

— Скажи, что это неправда. Что моя мать врёт.
— Кира...
— Ты спал с ней?
— Один раз после мальчишника. Это не оправдание, но все же один раз был.
— С моей матерью, Тимур. За полтора месяца до нашей свадьбы.
— Она беременна. Вот справка. — Он не поднимает глаз. — Я вырос без отца. Мой ребёнок так расти не будет.
— А я? Со мной ты как поступишь?
Молчание.
— Прости. Я не могу иначе.
* * *
Я сняла помолвочное кольцо, положила его на её справку и ушла. Из зала, который сама спроектировала. Из города. Из его жизни.
Он женился на моей матери, а я родила его сына.
Но всё изменилось, когда спустя пять лет он вошёл в мою переговорную...

– Хам! – визжит потерпевшая, хватаясь за телефон. – Сейчас приедет мой жених и живо научит вас, как нужно с людьми разговаривать!
И словно в подтверждение ее слов, в прихожей раздается щелчок замка. Тяжелая входная дверь плавно распахивается.
– Котик! – жалобно тянет девица и бросается в коридор. – Они мне хамят! Они всё тут испортили и сорвут нам помолвку!
Я медленно поворачиваюсь к дверям, ожидая увидеть того самого грозного «котика», влиятельного жениха, который сейчас попытается поставить на место старшего опера.
На пороге стоит мужчина.
Он делает шаг в квартиру и замирает.
Я смотрю на него, и мир вокруг вдруг становится оглушительно тихим. Исчезает голос девицы, повисшей на его руке, исчезает тяжелое дыхание майора за моей спиной.
Потому что на пороге квартиры стоит Игорь.
Мой законный муж.

– Мне не хватает тебя, Виталь.

Сердце ускоряется раньше, чем я успеваю понять, почему.

– Девочка моя, – доносится до меня знакомый голос. – Я же работаю. Кто же будет оплачивать все наши счета? Да и жена начнет задавать вопросы.
– Тогда разведись с ней. Ты сам говорил, что она стала привычной и не возбуждает. Что тебя притягивает мое изящное тело, наивность в глазах, что со мной ты чувствуешь себя сильным, главным, настоящим мужчиной. А с ней нет.
– Да, но развод – это такой головняк, и столько всего делить надо.

Двадцать лет я была его женой, родила дочь, подняла салон с нуля, делила с ним радости, долги, бессонные ночи.
А он заводит себе в любовницы молоденькую девушку и говорит ей, что развод со мной – это головняк?

Я не буду кричать. Не буду устраивать сцен. Не буду просить его остаться.
Я просто похороню то, что уже мертво.
И сделаю это так красиво, что заиками останутся.

— Я подал на развод. Документы в прихожей, на тумбочке.
Где-то на границе слуха женщина в его рубашке произносит полушёпотом, с интонацией давней, домашней, ужасающе будничной:
— Дём, ну я же говорила — надо было сразу, не тянуть...
— Давно? — спрашиваю я.
— Достаточно, — говорит он. — Устал притворяться.
Я разворачиваюсь. Беру с тумбочки синюю папку, обхожу чужие сапоги, как лужу. Открываю дверь.
— Таисия.
Я не оборачиваюсь. Стою спиной к своей бывшей жизни и жду. Секунду. Две. Что угодно, только не...
— Ключи оставь, — говорит он.
***
В моей сумке лежит конверт со снимком УЗИ, я несла его показать мужу.
Он не увидит этот снимок никогда.
Я ушла и не оглянулась. Вернула девичью фамилию, родила дочь и за восемь лет построила лучшую фотостудию города.
А потом на съёмку юбилейного альбома «Люди моря» в мою студию вошёл контр-адмирал Ветров. Мой бывший муж, который не знал ни к кому идёт, ни того, что у него растёт дочь.

- Зачем вы стучите так, словно мы вам денег должны?
Я смотрела на незнакомую женщину, стоявшую на моем пороге.
- Кое-что вы мне действительно должны, Венера. Точнее, кое-кого.
Её взгляд скользнул к дочке на моих руках, она протянула к ней руку…
- Не трогайте мою дочь! – предупредила я.
Она усмехнулась – неприятно и гадко.
- Видишь ли, в чем дело, Венера. Это не твоя дочь, а моя. Мы с Тимуром зачали её вполне естественным путем. Я была так добра, что одолжила её тебе ненадолго поиграть в мамочку, но теперь намерена вернуть все, что мне принадлежит. И свою дочь, и мужа – тоже.
***
В моей жизни было почти все, что нужно для счастья – любимое дело, любящий муж. Не было только детей – все попытки заканчивались выкидышами.
И тогда мы с Тимуром решились на суррогатное материнство. Но в один страшный день выяснилось, что муж меня обманул.
Он переспал со своей бывшей женой и когда та забеременела – решил представить все так, словно она суррогатная мать для нашего ребёнка.

— Пять лет я ждал этого ребёнка — а ты угробила его за десять секунд. Вместе со своей чёртовой лошадью.
Я потеряла всё за один день. Падение на турнире, больница — и слова врача о ребёнке, о котором я не успела узнать. Мы ждали его пять лет.
Муж не стал меня утешать. Он подал на развод и ушёл к моей «подруге» по конюшне. А мою лошадь приказал усыпить. Завтра. В девять утра.
Он забрал дом, деньги и наше общее имя. Он уверен, что забрал всё.
Он поставил не на ту.