Книги в жанре «Женский роман» по тегу «predatelstvo»
– Егор, я ничего не понимаю, зачем мы здесь? – он так странно себя ведет, что я начинаю нервничать.
– Сейчас все увидишь, – у мужа блестят глаза от возбуждения.
Нам выносят крохотный спеленутый кулек.
– Вот, мамочка, папочка, встречайте!
– Егор, – у меня подкашиваются ноги. живот завязывается в узел, – кто это?
– Маш, – мой муж смотрит на меня взволнованно, потому оборачивается к медсестре, берет ребенка, – Это наш сын…
Последние несколько лет я мечтала о том, чтобы у нас с мужем появился сын. Но, Боже... Почему же так?
– Сейчас все увидишь, – у мужа блестят глаза от возбуждения.
Нам выносят крохотный спеленутый кулек.
– Вот, мамочка, папочка, встречайте!
– Егор, – у меня подкашиваются ноги. живот завязывается в узел, – кто это?
– Маш, – мой муж смотрит на меня взволнованно, потому оборачивается к медсестре, берет ребенка, – Это наш сын…
Последние несколько лет я мечтала о том, чтобы у нас с мужем появился сын. Но, Боже... Почему же так?
«Котя, почему не отвечаешь? Твоя курица рядом и ты не можешь говорить? Очень жаль… знал бы ты, в чем я сейчас, быстро бы примчался»…
Котя, курица… Что за зверинец? Наверное, это какая-то ошибка и Костя этот телефон просто нашел. На автомате перелистываю сообщения…
Мой муж даже завел второй телефон, чтобы переписываться с любовницей. Первым порывом было устроить скандал и развестись, но потом я вспомнила, что все наше имущество оформлено на родственников. Если я хлопну дверью, то получу лишь дырку от бублика. И я решила притвориться идеальной женой и забрать у него все…
Котя, курица… Что за зверинец? Наверное, это какая-то ошибка и Костя этот телефон просто нашел. На автомате перелистываю сообщения…
Мой муж даже завел второй телефон, чтобы переписываться с любовницей. Первым порывом было устроить скандал и развестись, но потом я вспомнила, что все наше имущество оформлено на родственников. Если я хлопну дверью, то получу лишь дырку от бублика. И я решила притвориться идеальной женой и забрать у него все…
Макс прищуривается:
— Это мой сын! У меня есть документы, подтверждающие, что Артемий – мой ребенок!
Я скрещиваю руки на груди, готовясь взорваться:
— В ту ночь, когда он был зачат, ты очень ясно дал понять, что я тебе никто! Ты донор спермы – и все!
Его глаза вспыхивают яростью:
— Ты пришла в мой офис, соблазнила меня, забеременела, в тайне родила и исчезла на восемь лет!
— Отправляйся к своей невесте, пусть она родит тебе миллион наследников, а меня оставь в покое, понял?
Он угрожающе тычет в меня пальцем:
— Я добьюсь полной опеки, и тогда ты останешься без сына!
Бывший грозится отобрать сына. Но я уже не та наивная девочка, которая когда-то легла к его ногам!
— Это мой сын! У меня есть документы, подтверждающие, что Артемий – мой ребенок!
Я скрещиваю руки на груди, готовясь взорваться:
— В ту ночь, когда он был зачат, ты очень ясно дал понять, что я тебе никто! Ты донор спермы – и все!
Его глаза вспыхивают яростью:
— Ты пришла в мой офис, соблазнила меня, забеременела, в тайне родила и исчезла на восемь лет!
— Отправляйся к своей невесте, пусть она родит тебе миллион наследников, а меня оставь в покое, понял?
Он угрожающе тычет в меня пальцем:
— Я добьюсь полной опеки, и тогда ты останешься без сына!
Бывший грозится отобрать сына. Но я уже не та наивная девочка, которая когда-то легла к его ногам!
– К сожалению, – мой муж нежно накрывает руку этой белокурой дряни своей ладонью, – сегодня я в твоем распоряжении не более, чем на три часа. Сама понимаешь, – кривится мой благоверный, – дома жена хочет поздравить…
И у него такая гримаса, что девица принимается хохотать!
– Эта курица снова подарит мне галстук, – Витя закатывает глаза, а блондинка уже ржет в голос, некрасиво растягивая свои силиконовые губы.
Сижу в ресторане и праздную день рождения мужа без… мужа!
А нет! Уже с мужем! И с осьминогом у него на голове!
А теперь бегом отсюда!
Бегом в новую жизнь!
И у него такая гримаса, что девица принимается хохотать!
– Эта курица снова подарит мне галстук, – Витя закатывает глаза, а блондинка уже ржет в голос, некрасиво растягивая свои силиконовые губы.
Сижу в ресторане и праздную день рождения мужа без… мужа!
А нет! Уже с мужем! И с осьминогом у него на голове!
А теперь бегом отсюда!
Бегом в новую жизнь!
– Я жду ребенка от твоего мужа! Я беременна от Марка Черкасова!
Кажется, что у меня в ушах звон стоит. И этот звон… это мое сердце, которое прямо сейчас разбивается на части.
– Не верю… этого не может быть, – отвечаю дрожащим голосом, но любовница моего мужа лишь улыбается в ответ.
Опускает руку на живот и будто бы смакует всю боль, которая отражается на моем лице, когда девица ударяет по самому больному, когда произносит с вызовом:
– Черкасов обещал мне, что бросит тебя, как только я рожу ему наследника! Мальчика, о котором так мечтает твой муж! Ты ведь больше не можешь иметь детей, Варвара!
Прикрываю веки. Делаю глубокий вдох и все равно не успеваю подготовиться к очередному удару, когда дамочка уверенно произносит:
- Такому мужчине, как Черкасов, нужен именно наследник! Ты – пустоцвет. И пора признать, что никогда не сможешь больше родить, а вот я… у меня будет сын, а ты со своей дочкой можешь собирать вещи и освобождать особняк Черкасова!
Кажется, что у меня в ушах звон стоит. И этот звон… это мое сердце, которое прямо сейчас разбивается на части.
– Не верю… этого не может быть, – отвечаю дрожащим голосом, но любовница моего мужа лишь улыбается в ответ.
Опускает руку на живот и будто бы смакует всю боль, которая отражается на моем лице, когда девица ударяет по самому больному, когда произносит с вызовом:
– Черкасов обещал мне, что бросит тебя, как только я рожу ему наследника! Мальчика, о котором так мечтает твой муж! Ты ведь больше не можешь иметь детей, Варвара!
Прикрываю веки. Делаю глубокий вдох и все равно не успеваю подготовиться к очередному удару, когда дамочка уверенно произносит:
- Такому мужчине, как Черкасов, нужен именно наследник! Ты – пустоцвет. И пора признать, что никогда не сможешь больше родить, а вот я… у меня будет сын, а ты со своей дочкой можешь собирать вещи и освобождать особняк Черкасова!
— Я ухожу, — муж говорит буднично, нетерпеливо. — Лер, я ухожу от тебя...
Помешиваю кофе. Ложечка застывает в руках.
В комнате повисает гнетущая тишина. Она неприятно давит на меня.
— Куда уходишь? — мой голос становится хриплым.
— Я изменил тебе, Лера, — Саша так быстро говорит, словно заучил эту речь. — Только давай без истерик. Я не хочу быть последним гадом, который спит с любовницей за спиной у жены...
— Не продолжай... — шепчу, всматриваясь в любимое лицо мужа.
— Лер, я знаю, как это все выглядит. Понимаю, что семью уже не сохранить... В общем, у меня есть другая... — Саша морщится, как будто добивает каждым словом. — Лера, я сплю с другой женщиной!
Три года назад муж ушел из семьи к молодой любовнице. Я начала жить заново. Вот только наши пути снова пресекаются. Я снова встречаю Сашу и его девушку. Мы вынуждены провести время вместе на Турецком побережье.
Помешиваю кофе. Ложечка застывает в руках.
В комнате повисает гнетущая тишина. Она неприятно давит на меня.
— Куда уходишь? — мой голос становится хриплым.
— Я изменил тебе, Лера, — Саша так быстро говорит, словно заучил эту речь. — Только давай без истерик. Я не хочу быть последним гадом, который спит с любовницей за спиной у жены...
— Не продолжай... — шепчу, всматриваясь в любимое лицо мужа.
— Лер, я знаю, как это все выглядит. Понимаю, что семью уже не сохранить... В общем, у меня есть другая... — Саша морщится, как будто добивает каждым словом. — Лера, я сплю с другой женщиной!
Три года назад муж ушел из семьи к молодой любовнице. Я начала жить заново. Вот только наши пути снова пресекаются. Я снова встречаю Сашу и его девушку. Мы вынуждены провести время вместе на Турецком побережье.
После операции выхожу в коридор и слышу, как одна из младших сестер обсуждает что-то вполголоса, даже не замечая, что я здесь же, в нескольких метрах.
— … а ты знаешь, кто она?
— Ты про новенькую?
— Да, про Климову. Она ведь жена покойного Игоря.
– Какого Игоря?
– Да какого! Орлова! – практически шипит медсестра. - Младшего брата нашего шефа.
Я не поднимаю головы и делаю вид, что просматриваю бумаги в папке.
— Говорят она устроила истерику прямо на ступеньках ЗАГСа, села в машину и уехала. А Игорь потом того… ну, ты знаешь.
— То есть сейчас она вернулась? К нам, в хирургию?
Слова слипаются и мои мысли тоже. Я не был с ней знаком, с этой Климовой. Даже фото ее не видел. Когда всё это случилось — я был в Германии, и вернулся в этот город, когда его оставил отец.
— … а ты знаешь, кто она?
— Ты про новенькую?
— Да, про Климову. Она ведь жена покойного Игоря.
– Какого Игоря?
– Да какого! Орлова! – практически шипит медсестра. - Младшего брата нашего шефа.
Я не поднимаю головы и делаю вид, что просматриваю бумаги в папке.
— Говорят она устроила истерику прямо на ступеньках ЗАГСа, села в машину и уехала. А Игорь потом того… ну, ты знаешь.
— То есть сейчас она вернулась? К нам, в хирургию?
Слова слипаются и мои мысли тоже. Я не был с ней знаком, с этой Климовой. Даже фото ее не видел. Когда всё это случилось — я был в Германии, и вернулся в этот город, когда его оставил отец.
Молодой инженер Александр Козырев впервые в жизни едет к морю, в санаторий на Черноморском побережье. Там мужчина ждёт приезда жены Евгении, которую задержали дела, но вместо супруги приезжает любовница Саши Кася. Козыреву предстоит очень непростое и некрасивое выяснение отношений, однако драматические события вмешиваются в жизнь главных героев, превращая банальную историю об адюльтере в повесть о человечности и любви
— Мой сын достоин лучшего. Он с тобой разведется, — бьет свекровь словами. — Сделает тест на отцовство. Узнает правду и оставит вас без средств на существование.
— Боже, что за бред?
— У Арслана есть другая. Умная, обеспечения, достигнувшая всего своим трудом. Не поднимается за счет других мужчин, как ты.
— Да вы… С ума сошли! Потеряли здравый рассудок! — повышаю я голос. — Вы не можете заставить Арслана, а вот я… Сделаю так, чтобы вы никогда к нам даже близко не подходили!
— Это что за слова такие, Регина? — раздается жесткий голос мужа. Повернувшись, вижу его в нескольких шагах.
— Я мешаю твоей жене, сынок. Она хочет выгнать меня из дома, — сверкает глазами свекровь, строя из себя саму невинность. — Ведь я говорила, что она не такая святая, какой себя выдает.
— Арслан, ты все не так понял, — пытаюсь оправдаться. — Твоя мама…
— Ты не смеешь так обращаться с моей матерью, — жестко обрывает муж. — Жену я найду, а вот мать у меня одна. Ясно тебе?
— Боже, что за бред?
— У Арслана есть другая. Умная, обеспечения, достигнувшая всего своим трудом. Не поднимается за счет других мужчин, как ты.
— Да вы… С ума сошли! Потеряли здравый рассудок! — повышаю я голос. — Вы не можете заставить Арслана, а вот я… Сделаю так, чтобы вы никогда к нам даже близко не подходили!
— Это что за слова такие, Регина? — раздается жесткий голос мужа. Повернувшись, вижу его в нескольких шагах.
— Я мешаю твоей жене, сынок. Она хочет выгнать меня из дома, — сверкает глазами свекровь, строя из себя саму невинность. — Ведь я говорила, что она не такая святая, какой себя выдает.
— Арслан, ты все не так понял, — пытаюсь оправдаться. — Твоя мама…
— Ты не смеешь так обращаться с моей матерью, — жестко обрывает муж. — Жену я найду, а вот мать у меня одна. Ясно тебе?
Я вошла внурь.
И тут из глубины, из‑за угла, послышался тихий смешок. Женский. Высокий, слишком звонкий для половины второго ночи.
— Перестань, — шёпотом. — Кто‑нибудь зайдёт…
— Никто не зайдёт, — второй голос был знакомым до дрожи, с этим самодовольным успокоением, которым он всегда гасил мои опасения. — Здесь только мы.
Я стояла посреди кухни и слушала, как рушится то, во что я ещё пять минут назад пыталась верить.
В голове щёлкнуло. Тот самый щелчок, как когда на экране появляется что‑то, что ты надеялся не увидеть.
«Ну конечно. Вот и оно».
Можно было развернуться.
Просто выйти так же тихо, как вошла. Сохранить себе право потом бесконечно додумывать, оправдывать: «Он только флиртовал», «они просто обнимались», «я, наверное, неправильно услышала».
Я подошла к двери подсобки и толкнула её.
И тут из глубины, из‑за угла, послышался тихий смешок. Женский. Высокий, слишком звонкий для половины второго ночи.
— Перестань, — шёпотом. — Кто‑нибудь зайдёт…
— Никто не зайдёт, — второй голос был знакомым до дрожи, с этим самодовольным успокоением, которым он всегда гасил мои опасения. — Здесь только мы.
Я стояла посреди кухни и слушала, как рушится то, во что я ещё пять минут назад пыталась верить.
В голове щёлкнуло. Тот самый щелчок, как когда на экране появляется что‑то, что ты надеялся не увидеть.
«Ну конечно. Вот и оно».
Можно было развернуться.
Просто выйти так же тихо, как вошла. Сохранить себе право потом бесконечно додумывать, оправдывать: «Он только флиртовал», «они просто обнимались», «я, наверное, неправильно услышала».
Я подошла к двери подсобки и толкнула её.
Подборка женских романов о предательстве
Выберите полку для книги