Книги в жанре «Романы о молодых героях»

— Я хочу тебя.
— Мы знакомы меньше часа.
— Мне хватило пяти минут.
— А мне одной, чтобы понять: от вас нужно держаться подальше.

Его ладонь ложится на мою талию, и я забываю, как дышать.

— Поздно, Таисия. Я уже тебя заметил.
— Это ничего не значит.
— Для тебя — пока.

Глеб Руднев приехал на свадьбу друзей из вежливости и собирался уехать до полуночи. Пока не увидел её.

Ей двадцать два. Слишком юная. Слишком невинная. Совсем не его тип. Поэтому он собирался хотеть её ровно одну ночь.

Таисия собиралась больше никогда его не встречать.
Но каждый её шаг назад становится его шагом вперёд.
Рудневу не отказывают.
Тая просто ещё об этом не знает.

«Колдовские каникулы в Заречье» — это история о лете, которое пахнет спелыми яблоками, мятным отваром и бензином от старого мопеда. Приехав в глухой поселок, тринадцатилетняя Оська не ожидала, что найдет старый Дневник Попечителя, открывающий двери в мир бытовой деревенской магии. Вместе с верной подругой Ветой и надежным Ильей ей предстоит исправить ошибки прошлого, задобрить лесных духов и защитить покой Заречья. Это уютное фэнтези 12+ наполнено теплом августовских закатов, посиделками у ночного костра, первыми романтическими искрами и настоящими приключениями, в которые веришь с первой до последней страницы.

— Отпусти её. Я согласен на твои условия, — голос Кости дрожит от ярости.
— На все? — усмехается Глеб, скользя ладонью по моему бедру. — Тебе придется делиться, братец. Смотреть и участвовать. А дёрнешься — по правилам Клуба она уйдёт на общак.
— Да, — Костя делает шаг к нам. — Только не смей причинять ей боль.

Я — просто первокурсница, которая случайно попала в лапы безжалостного мажора в закрытом колледже для элиты. Он ломает меня. А его брат — собирает по кусочкам.
Они ненавидят друг друга. Один ни за что не отпустит свою добычу, а другой готов пойти на сделку с дьяволом, лишь бы уберечь меня. Даже если цена моей безопасности — разделить меня со своим заклятым врагом.



dark romance (тёмная романтика)
закрытая элитная академия
любовный треугольник
мжм
серая мораль
очень откровенно

— Вы слишком внимательно меня изучаете.
— Я ещё не начал.
— А когда начнёте?
Его взгляд задерживается на моих губах.
— Вы перестанете задавать вопросы.
— Или вы перестанете знать ответы.
Марк улыбается.
— Вот теперь мне интересно.

На её пальцах глина. На моей белой манжете — отпечаток. Большинство женщин оставляют номер. Эта оставляет улику и уходит, будто преступление совершил я.
Очаровательно.
Догнать её? Скучно.
Я устрою всё так, чтобы в следующий раз она подошла сама — и решила, что это её идея.
А пока меня занимает другое: она так же хороша руками без глины?
Надеюсь, лучше.

Я всегда была сконцентрирована на учёбе, а не на парнях. Но как-то сдуру ляпнула подруге, что хочу отношения. А она не нашла ничего лучше, чем завести анкету в приложении знакомств от моего имени!
И ладно бы это, но посреди незнакомых парней, стучащихся ко мне, вдруг появляется он... Человек из прошлого, которому есть что мне предъявить.

Его яхту знает всё Средиземное море. Меня на ней не должен узнать никто.

Он — Лео Астахов по прозвищу Капитан. Двадцать три, наследник, у которого вместо дома — семидесятиметровая яхта, вечный праздник от Монако до Ибицы. Самый весёлый человек на борту.

Я — младшая стюардесса. Форма, поднос, «как пожелаете». Никто не должен знать, что я дочь реставратора, которого пять лет назад сделали вором, и что на этой яхте спрятана картина, из-за которой уничтожили мою семью. Это мой последний шанс её вернуть.

Но в первую же ночь хозяин яхты увидел меня там, где меня быть не могло. И назначил цену за молчание: до конца рейса я — его девушка.

Теперь каждый его публичный поцелуй — мой щит. Каждая ссора — шаг в пропасть. А хуже всего те полчаса под утро, когда зрители расходятся и он остаётся у борта настоящим. Потому что я эксперт по подделкам...

Вероника совершенно случайно застала своего парня с лучшей подругой. Весьма болезненный конфуз. Естественно, парень моментально стал бывшим, как собственно и подруга. Вот только Владимир возложил вину за свою измену на неё же и заявил, что фригидная девственница ни одному нормальному мужику не нужна. Ника же решила доказать, что легко найдет ему замену. Назло бывшему она всё равно будет счастлива!

— Строить с ней что-либо вообще без вариантов, — качает головой Макс. — Без обид, Волк, но, боюсь, даже тебя она пошлёт на три буквы при первой же попытке подойти.
— Пошлёт, значит? — лениво приподнимаю одну бровь.
Макс внезапно замирает, хитро прищуриваясь.
— Слышь, Волк, а давай пари? — выдаёт он, ухмыляясь во весь рот. — Как раз и посмотрим насколько она стойкая.
— На что? — лениво перекидываю ремень сумки через плечо, уже готовый выйти.
— Пятьдесят штук, — Макс бьёт ладонью по лавке. — Сделай так, чтобы Медведева в тебя влюбилась. Справишься — полтинник твой. Сдуешься — гонишь мне полтос. Ну как, слабо?
Пятьдесят тысяч для меня не деньги, но теперь дело даже не в них. Сама мысль о том, чтобы приручить эту дикарку, сломать её гордость и заставить смотреть на меня влюблёнными глазами, разгоняет кровь по венам до предела. Охренеть какая заманчивая перспектива.
— Серьёзно, Макс? — качаю головой, открывая дверь в коридор. — Готовь бабло!

— Скрипочка — это, конечно, мило. Но на нормальное платье ей не заработаешь, — бросает мажор, окидывая меня циничным взглядом.
— Зато я зарабатываю талантом, а не папиной кредиткой, — цежу, крепче сжимая футляр.
Наглец ухмыляется.
— Стань моей фиктивной невестой на месяц. Мои родители от тебя в ужас придут.
— Чтобы я играла в твоем спектакле для снобов? Исключено.
— А если этот спектакль спасёт твою семью от выселения?
— Это не твоё дело! — задыхаюсь от наглости. Этот хам бьёт по самому больному, небось подслушал мой разговор по телефону.
— Станет моим, если согласишься. Поизображаешь любовь на семейных ужинах и светских раутах, а взамен получишь кругленькую сумму на банковский счёт. Право слово, не влюбимся же мы друг в друга за это время...

Однажды он видит её. На остановке. Опущенные глаза. Тихая. Словно прячется от всего мира. Он не знает её имени. Не знает, где она живёт. Но он знает одно: она — не такая, как все. В ней есть то, чего нет в других. Что-то, что он хочет разгадать.

Он начинает следить. Изучать. Записывать. Он узнаёт её маршрут, её привычки, её страхи. Он не подходит. Он наблюдает. Он хочет прочитать её. До конца. Даже если она не захочет. Даже если закроется.

Потому что она — та самая книга. Та, которую он искал всю жизнь. Среди тысяч пустых обложек. Среди тысяч серых страниц.

Он нашёл её. И он не собирается её отпускать.

Но что, если она — не книга? Что, если она — не пустая? Что, если она — такая же, как он? Или хуже?

Ответ — в её глазах. В её молчании. В её страхе.