Книги по тегу «бывшие муж и жена»: ""

— Ян, послушай, давай без драмы. Ты взрослая женщина, ты прекрасно понимаешь, как устроен мир.
— Расскажи мне. Как устроен мир.
— Мужчины — полигамны. Это природа. Это не значит, что я тебя не… — он запинается на секунду, — что ты мне не важна. Но мужчина не может всю жизнь с одной женщиной. Это нереально.
— А она? — спрашиваю я. — Та, которая ждёт ребёнка. Она тоже — «природа»?
— Это другое.
— Ты тринадцать лет говорил мне «потом», а ей — «так получилось».
— Я не собираюсь оправдываться. И если при этом у меня есть…
— Что? Хобби?
— Своя жизнь.
— Я ухожу, Фёдор.
— Ян, не смеши. Куда ты уйдёшь? У тебя ни работы, ни денег, ни…
— Это не твоя проблема.
— Это моя проблема, потому что через неделю ты придёшь обратно. И будет неловко.
***
Но спустя полгода уже бывший приполз на коленях, чтобы меня вернуть. Но я-то знаю для чего он хочет вернуться и что с ним произошло…

— Вы ошиблись, — говорю я, когда вижу на пороге незнакомую девицу с ребенком.
— Не так быстро, красавчик! — не дает мне закрыть дверь эта дамочка. — Не узнал? Неужели я так сильно изменилась, Кошарин? — усмехается она. — Я Оксана, подруга твоей бывшей жены, Стефании.
От этого имени в груди ощущаю болезненный толчок. Стефания… Имя, которое я поклялся забыть.
— Что тебе нужно? — спрашиваю я.
— Забирай свою дочь, — бросает Оксана, подталкивая ко мне девочку.
— Чего? — перевожу обалдевшие глаза на девчушку, испуганно взирающую на меня.
— Не веришь? — усмехается. — Дело твоё, но малую я оставлю здесь, потому что Стефания пропала и не выходит на связь. А мне улетать через три часа. Стефа была уверена, что дочь твоя. Кстати, малая капризная, явно характером в тебя, Кошарин. Вот и огребай, папаша!
Разворачивается и несётся к лифту.
— Эй, стой!
Но двери лифта закрываются, а я остаюсь один на один с милой, но до дрожи пугающей меня крошкой в розовом платье…
Дочь? Да не может быть!

— Здравствуйте, я от Гараева. Меня зовут Юлия Михайловна, я по поводу земли на юго-западе... — начинаю тараторить и только потом поднимаю глаза.
На меня смотрит мужчина которого я надеялась больше никогда не встретить.
— Ну привет, Юлия Михайловна.
Опускаю взгляд и не достаю из папки верхний листок, где значится имя продавца.
Ратмир Тигранович Громов.
И почему, спрашивается, я не посмотрела туда раньше? Я бы ни за что сюда не приехала. Тем более с девочками.
Бывший муж смотрит на меня так, будто ждёт, что я испугаюсь и убегу. Даже усмехается.
Зря.
Я, конечно, испугалась. Но убегать при нём — это слишком жирный подарок.
— А это кто?
Он кивает на девочек.
— Племянницы, — нагло вру я. — Не с кем было оставить. Слушай, Громов, может решим всё по-хорошему и разбежимся? Мы же это умеем, да?
— По-хорошему? Разбежимся? Я так не думаю... Громова.
— Подпиши и я уеду.
— Сомневаюсь. Дорогу размыло, дождь собирается... Что, Громова? Опять застряла со мной в деревенской глуши?

Я открываю «Маяк» на сорок минут раньше обычного.
Я поворачиваю ключ в замке, толкаю тяжёлую дверь плечом и сразу вдыхаю запах вчерашнего кофе, ванили и дерева. Запах моей жизни, которую я собрала руками из осколков, кредитов, бессонных ночей и упрямства.
— Доброе утро, «Маяк», — говорю я в пустой зал.
***
В восемь двадцать дверь звякает колокольчиком.
Я даже не оборачиваюсь.
— Мы открываемся в девять, но если вы замёрзли, заходите. Только предупреждаю: кофе будет через…
— Вера?
Мир не рушится с громом. Мир просто становится слишком тихим.
Ложка выскальзывает из моих пальцев и звонко ударяется о кафельный пол.
Я медленно поднимаю голову и узнаю его.
Сергей Воронцов.
Мой бывший муж.
Моя первая любовь.
Мой самый отвратительный урок.

Когда на порог ко мне заявилась беременная любовница мужа, я не поверила ей.
Да только Дамиров ничего не стал отрицать.
— Вик, ну ты же ее видела? Настя красивая девка, знает, как доставить удовольствие мужику так, чтобы искры из глаз сыпались. А ты, — кривится он, — десять лет назад ты была звездой, а сейчас… ну, глаз уже так не радуешь, извини. Да и родить сама не можешь.
Конечно, я была в шоке, а Дамиров меня продолжал “успокаивать”:
— Вик, я же от тебя не отказываюсь. Я к тебе привык. Ты знаешь, у меня режим, работа, я люблю порядок во всем, и что-то менять… Это хлопотно. Я не хочу затевать сейчас волокиту с разводом. Это так утомляет, — вздыхает равнодушно.
Но похлопотать Дамирову все же пришлось, наш развод состоялся.
Только почему же полгода спустя его пузатая Настя рыдает у меня на пороге и ищет мужа?
И я бы позлорадствовала, конечно, но эта ненормальная однажды пришла снова, оставила мне ребенка и исчезла!
А потом появился Дамиров и предложил стать его дочке мамой!

— Только не ври мне... — выдохнула, глядя мужу в глаза.

— Я и не думал обманывать тебя, Мариш... — Платон сделал паузу. Такую долгую и щемящую грудь. Что я успела все додумать в своей голове.

Он подошел вплотную ко мне. Пальцы мужа коснулись моего подбородка. Приподняли его.

— Я отдал тебе свои лучшие годы. Построил дачный дом, посадил дерево и вырастил сына... Пора пожить для себя, Мариша, — снисходительно произнес муж.

— Наш дачный дом достался в наследство от бабушки моей, сыну десять лет, да и деревья ты никогда не сажал, Платон, — едко ответила я. — Ты решил изменить мне с моей же племянницей.

— Сердцу не прикажешь, Марина. Я не хотел говорить об этом тебе так... Но и врать не могу. Ты не достойна этой лжи. Я обещаю тебе, что все будет как раньше, — внезапно говорит Платон.

— Это как это? — до меня не сразу доходит смысл его слов.

— Мы будем жить вместе. У Макара будет мама и папа. А свободное время я буду проводить с Кристиной, — говорит он.

— Папа! — указательный пальчик Костика взметнулся в сторону, глазастенький парень сразу узнал отца.

Юля посмотрела в том направлении. Выпитый кофе стал отдавать прокисшим молоком. Сын все щебетал, выкрикивал: «Папа!», но тот его не слышал. У Лешика поинтересней занятие было. Всем торсом развернувшись к пассажирке рядом, он накручивал на палец рыжеватую прядь. Таким знакомым жестом, провел костяшками согнутой ладони по щеке женщины. Она, та другая, млела, опуская ресницы и загадочно улыбалась в ответ.

Юлия задохнулась от вида целующейся парочки… Вот так, в открытую. А если увидит Дарья? Захотелось взять кирпич и разрушить идиллию любовников. Но, кое-кто успел раньше.

— Ненавижу! — надрывно верещал дочкин голос. — Сволочь! Я все маме скажу! — она барабанила кулаками по капоту, трепыхаясь яркой бабочкой в красной куртке.

Вскинув подбородок, я спросила с насмешкой:
– Ты меня караулишь?
– Жду, когда детей выпустят, – спокойно ответил он, глядя на меня в упор.
– Вот как? Не знала, что ты успел стать папой, – съязвила я. В голове пронеслась паническая мысль: а вдруг его любовница родила? Сроки сходятся. Мой Дима может учиться с братом или сестрой в одной школе!
– У меня нет детей, – он усмехнулся, – во всяком случае, о которых мне известно.
Отвернувшись, я почувствовала, как щёки залила краска.
– Сколько мы не виделись, Лена? Семь лет? Восемь? – он сделал паузу, не обращая внимания на любопытных родителей. – Странное совпадение. Примерно столько же, сколько твоему сыну. Ничего не хочешь мне сказать?
– Хочу.
– Ну?
– У тебя всегда было хорошо с самомнением и плохо с математикой.

Клубная музыка пульсирует в моей груди, отдаваясь вибрацией в каждой клеточке тела. Разноцветные лучи света скользят по танцполу, выхватывая из полумрака лица незнакомцев. Я тут не по своей воле – Лена, моя лучшая подруга и по совместительству управляющая одной из моих кофеен, практически силой вытащила меня «в люди».
Постепенно напряжение отпускает, и я позволяю себе расслабиться, даже немного двигаюсь в такт музыке.
– Вот так лучше! – одобрительно кивает Лена. – А теперь оглянись вокруг. Видишь того парня у бара? Он уже полчаса на тебя смотрит.
Я бросаю взгляд в указанном направлении и замираю. У барной стойки стоит человек, которого я меньше всего ожидала здесь увидеть.
Даниил.
Мой бывший муж. Мужчина, которого я всегда любила, но от которого скрываю свою самую большую тайну после развода…

— Ань, — перебивает он. — Давай без истерики.
Я смотрю на него и не узнаю. Это не Мирон. Это кто-то другой. Чужой, холодный.
— Без истерики? — переспрашиваю я. — Ты семь лет врал мне. У тебя там семья, дети, ты...
— У меня здесь семья, — перебивает он снова. — Ты и Дима. А там... там другое.
— Что другое?
Он вздыхает. Проводит рукой по лицу. Устало. Как будто это я его утомила, а не он мне сейчас сердце вынимает.
— Ань, ты хочешь честно?
— Хочу.
— С Леной — всё по-другому. — Он усмехается. Уголки губ поднимаются, но глаза остаются холодными. — С ней легко. Восемь лет — и ни одной ссоры. Никакой бытовухи. Никаких «ты где был?», «почему не позвонил?», «когда приедешь?». Она знает своё место. Но ты не переживай, тебя я не брошу…
***
Всё случилось ровно наоборот, я ушла. Прошло семь лет, у меня новая жизнь, и вдруг он появился на пороге с двумя детьми в надежде, что я его приму его обратно.