Подборка книг по тегу: "бывшие"

ВРЕМЕННО СНИЖЕНА ЦЕНА !

— Зачем ты притащил на корпоратив жену, Серов?
— А что?
— Бабы тебя хотят. Выбирай любую. Видел, та брюнетка тебе глазки строила?
— Да, я в курсе, — довольно хмыкает муж.
Один подслушанный разговор…
Мой муж — неверный гуляка.
Иллюзия об успешной жизни разлетается на осколки.
Измена мужа, предательство близких — в этом так легко потеряться.
И, когда на горизонте, снова мелькает бывший, хочется сказать лишь одно:
— Держись от меня подальше!

- Ну и куда ты ползешь, гад мохнатый? – прошипел сквозь зубы, взбираясь по дереву, чтобы поймать котенка. Который полз подальше от меня.
- Твою же мать! – выругался, делая последний рывок за мохнатым. И таки схватил его. Вот только опора под ногами исчезла, и я полетел вниз. Благо хоть не на землю, а на мягкие листья, которые ранее собрали в кучу и сгрузили под деревом.
- Девочки, а что вы тут делаете? – услышал женский голос, который, почему-то, показался знакомым.
- Мамочка, он котенка спас, - заявила одна из девчонок.
- Спас, - подтвердил, поднимаясь. И тут же уставился на рыжеволосую девушку: - Ты?!
- Нет, не я, - выдала она, схватила девочек за руки и быстро пошла прочь.
- А ну стой! – потребовал я.
- Мяяяя! – истошно взвыл котенок в моих руках. Сжал его сильней, чем хотелось. Да потому что увидел свою бывшую. Гадину, которая предала меня шесть лет назад, сбежав с любовником.

— А где ваши родители? — задаю закономерный вопрос.
— Мама ушла к тете Вале за молоком и медом, а папа капитан колабля, — с пафосом заявляет первая.
— Большого? — к чему-то спрашиваю я.
— Огломного! — разводит руками малышка.
Слышу за дверью осторожные шаги, будто кто-то ходит по коридору, и дверь тихо открывается. Внутрь комнаты заглядывает женщина, точнее девушка, и я невольно замираю, рассматриваю ее.
— Федор, — то ли выдыхает, то ли стонет она. — Очнулся.
— Алена? — не верю своим глазам. — Как я сюда попал? И почему ты здесь? Мама?! — в свою очередь удивляюсь я. — Однако.
— Ничего удивительного, — недовольно отвечает Алена и входит в комнату. — Девочки, этот человек…
Морщится, будто ей неприятно говорить кто я.
— Ваш папа-потеряшка.

Егор делает шаг вперед, его рука тянется к ручке двери щитовой. И в этот момент соседняя дверь, ведущая в архив, резко распахивается.
Сначала я вижу новую сотрудницу, Риту. Её лицо раскраснелось, губы припухли, помада размазана, а пальцы лихорадочно пытаются застегнуть пуговицы на блузке.
А потом мой взгляд падает на мужчину. На того, кто стоит за ней, пытаясь заправить мятый подол рубашки в брюки. На того, чье лицо я видела сегодня утром на подушке рядом.
— Кто это? — спрашивает Егор ровным голосом.
— Похоже, — отвечаю, на удивление, спокойно, — что мой будущий бывший.
— Уважаемый, — Егор обращается к Богдану максимально вежливо, — а ты не мог другое место найти, чтобы спрятаться с любовницей? А то какая-то кладовая — это как-то совсем пошло, не находишь?
Я делаю глубокий вдох. Серьезно? Это он ещё будет учить его?
— Егор, — говорю я, и мой голос звучит чуть громче, чем нужно. — У тебя амнезия? Ты забыл, как я тебя самого точно так же нашла с любовницей в кладовке?

— У тебя есть ребенок? — спросил он. — Чей это ребенок?
— Ребенок мой. — Я отвела взгляд.
— Вижу, что твой. А еще чей? Может, мой?
— Нет! — отчеканила я.
— Сколько ему? Если он мой сын, ему должно быть почти два года.
— Ему полтора.
Это вранье. Самое настоящее вранье, потому что Антошке уже год и девять. И Марк — его отец, только он об этом никогда не узнает.
— Кого же ты осчастливила? — равнодушно поинтересовался он. — Того придурка физрука, конечно? Ну, передавай ему мои поздравления.
— Не забудь передать привет жене, — ответила я.

…Марк бросил меня и женился на другой. Он так и не узнал, что я была беременна.
— Будь счастлив без меня, — сказала я, когда он уходил.
«Если сможешь», — добавила мысленно, когда он уже ушел.

Накануне Нового года жизнь преподносит неожиданные «подарки» в виде молодой любовницы мужа и бывшего, который оказывается отцом жениха моей дочери. И вместо того, чтобы наслаждаться приятными хлопотами декабря, мне приходится разруливать ситуацию.

– Вы не поняли, я Марина.
Таращусь на нее.
– «Марина» означает что-то особенное?
Она теряется , а до меня вдруг доходит смысл ее слов.
– Что дальше?
– Я люблю Германа, – театрально озвучивает.
Смотрю и поражаюсь. Для чего вообще нужен этот спектакль?
– И что я должна сделать? Разрыдаться? Или достаточно аплодисментов?
Не понимает мой юмор.
– Девушка, не знаю, кто вас пустил в дом и какие у вас намерения. Но у меня нет желания с вами общаться.
– Отпустите его, – звучит с надрывом.
Офигеваю.
– А я его держу? Может быть, на цепи, как собаку?
– Не утрируйте.
Надо же, какие слова мы знаем.
– Милочка, я слишком взрослая, красивая и самодостаточная женщина, чтобы кого-то удерживать. Если у вас недостоверная информация, то проверь

— Мама! А что, дядя Богдан — мой папа? — разрывает мне сердце голос четырехлетней дочери. Я качаю головой, умоляя взглядом Богдана не говорить правду, но он безжалостно отрезает:
— Да. И теперь папа никогда тебя не отпустит.
Он уносит Яну на руках, а меня парализует дикий, первобытный страх: неужели он заберёт её и оставит меня одну?
___________________
Пять лет назад Богдан Гордеев вычеркнул меня из своей жизни и разбил сердце недоверием. Я ушла, будучи беременной, с четким намерением больше никогда с ним не встречаться, но судьба распорядилась иначе. Теперь он — мой новый начальник, а Яна, о которой он даже не подозревает, — его дочь.

Я готова на всё, чтобы сохранить свою тайну, но Богдан слишком хорошо чувствует мою ложь. Когда правда всплывает наружу, между нами начинается настоящая война — за право на дочь, за утерянное доверие... и за ту правду, ради которой мы оба готовы бороться до последнего.

— Дядя злодей, — дорогу в посёлок мне перекрывают два пацана-близнеца, — а вы бандитник? А скажите чего-нибудь на бандитском?
Это ещё что за местные Аль Капоне без штанов?
Оба лет пяти, оба в тёмных очках.
У одного в руках крапива, у другого… кабачок!
— Бандит я для души, — усмехаюсь, выходя из тачки, — так-то у меня бизнес, фирма строительная… вы зачем дорогу перекрыли, Доны Кабачконе?
— Мы Лобин Гады, — говорит пацан с крапивой, — ой, Лобин Гуды. Защищаем посёлок от плохого дяди. Он хочет посёлок снести и сделать тут дологу и завод.
— А наша мама – главная защитница, — с гордостью заявляет второй пацан с кабачком. — Поможете нам спасти посёлок?
— Помогу, ещё как помогу, — вспоминая про документы на снос в бардачке машины, — а познакомите меня со своей мамой?

В тот момент я ещё не знал, что знакомство с мамой двух бандитов без штанов обернётся настоящей катастрофой и… стоп, а с какого х…утора эти двое Донов Кабачконе заявляют, что я буду их няней?

— Я тебе изменил, Ирина.
— Что?
— Изменил. Переспал с другой… — невозмутимо продолжает муж.
Сердце разбивается на осколки от его жестоких слов.
Воздуха не хватает.
— Как ты мог? — задыхаюсь, перед глазами темнеет. — Предатель!
— Дай сказать, пожалуйста. Хорошие жены не перебивают своих мужей!
В шоке смотрю на мужа: двадцать шесть лет вместе, двое взрослых сыновей.
И он говорит об измене?
— Я был тебе хорошим мужем. Пора вернуть должок, — хмыкает цинично. — Моей дочери требуется помощь, и я решил, что она станет частью нашей семьи... Ты же всегда мечтала о дочке.

— Вань, я знаю про ту женщину.
Муж не отвечает. Молчание затягивается, становясь невыносимым.
— Ты меня слышал?
— Слышал, — в его голосе сквозит злость. — Какого ответа ты ждёшь? Ты же и так всё знаешь. Слова уже ничего не изменят.
— Как ты мог?
— А чего ты хотела, а?! — Он повышает голос. — Это ты решила во что бы то ни стало родить ребёнка, который похоронил наш брак! По-твоему я должен этим наслаждаться? Твоим токсикозом? Нервами? Хватит! Я мужик, мне нужна нормальная женщина, а не ходячая проблема. Лучше бы ты сделала…
— Не смей! И не надо винить меня! Это было наше общее решение, не только моё. Просто ты сдался при первых же трудностях!
— Потому что это не жизнь, а ад! Не такой я представлял себе твою беременность. Не так всё должно было быть. И я не хочу, чтобы ты родила больного ребёнка! — В глазах Вани горит едва ли не ненависть. — Не хочу, чтобы ты и... это, — он смотрит на мой живот, — испортили мне всю жизнь!