Книги по тегу «встреча через время»: ""
- Приняли? Меня приняли?
- Да, а чему вы так удивляетесь?
Я с трудом сдерживаю смех - смотреть на счастливое лицо Плюшкиной было забавно. Кто знает, может, не зря я решил ее оставить - только выпустилась, а значит, будет работать усердно и качественно.
Она подскочила на ноги, засуетилась и выронила из рук свою нелепую сумочку.
Выхожу из-за стола, и молча наблюдаю, как она сгребает в кучу свои блестящие тюбики, и извиняется. Хочу ответить что-то утешающее, но слова вылетают из головы, когда мои глаза натыкаются на пышную грудь, выглядывающую из выреза блузки.
___
Мой босс - сущий кошмар, мое персональное наказание. Он изводит придирками и следит за каждым шагом. Достало! Я почти готова уволиться, но все круто меняется, ведь теперь мне негде жить, и я...беременна?!
Варе придется несладко, ведь в один момент от нее отвернется весь коллектив, она потеряет поддержку матери и обретет врага в лице подруги. Но, все не так ужасно, ведь жизнь часто преподносит сюрпризы...
- Да, а чему вы так удивляетесь?
Я с трудом сдерживаю смех - смотреть на счастливое лицо Плюшкиной было забавно. Кто знает, может, не зря я решил ее оставить - только выпустилась, а значит, будет работать усердно и качественно.
Она подскочила на ноги, засуетилась и выронила из рук свою нелепую сумочку.
Выхожу из-за стола, и молча наблюдаю, как она сгребает в кучу свои блестящие тюбики, и извиняется. Хочу ответить что-то утешающее, но слова вылетают из головы, когда мои глаза натыкаются на пышную грудь, выглядывающую из выреза блузки.
___
Мой босс - сущий кошмар, мое персональное наказание. Он изводит придирками и следит за каждым шагом. Достало! Я почти готова уволиться, но все круто меняется, ведь теперь мне негде жить, и я...беременна?!
Варе придется несладко, ведь в один момент от нее отвернется весь коллектив, она потеряет поддержку матери и обретет врага в лице подруги. Но, все не так ужасно, ведь жизнь часто преподносит сюрпризы...
- Ты женишься на мне? Без всяких «но». Прямо сейчас! - ее глаза полны слез, а пухлые губы дрожат от волнения.
- Я больше не буду орудием мести, Альбина. И не позволю вслепую себя использовать. Если действительно любишь - дождешься!
В тот день я все-таки ушел. А когда вернулся, ее уже не было…
Прошлое настигло меня спустя шесть лет. В виде маленького, испуганного мальчика. Его мать обвиняют в тяжком преступлении. Людей, способных позаботиться о ребенке, больше нет. Зато есть бумага об опекунстве на мое имя и видео, в котором бывшая признается, что Богдан - мой сын.
Сделать вид, что ни при чём и продолжать жить как привык, или все-таки разобраться в этой темной истории?
- Я больше не буду орудием мести, Альбина. И не позволю вслепую себя использовать. Если действительно любишь - дождешься!
В тот день я все-таки ушел. А когда вернулся, ее уже не было…
Прошлое настигло меня спустя шесть лет. В виде маленького, испуганного мальчика. Его мать обвиняют в тяжком преступлении. Людей, способных позаботиться о ребенке, больше нет. Зато есть бумага об опекунстве на мое имя и видео, в котором бывшая признается, что Богдан - мой сын.
Сделать вид, что ни при чём и продолжать жить как привык, или все-таки разобраться в этой темной истории?
Я всегда стеснялась своей фигуры, но все изменилось, когда устроилась в ночной клуб. Красавчик-мажор, не пропустивший ни одной юбки, и я, толстушка, попавшая в мир красоты и гламура лишь чудом.
Что может быть общего между нами? Разве что наши школьные годы, полные взаимной неприязни.
Мы бесим друг друга, и пышка мажору явно не пара. Но что, если в дело вступит любовь?
Что может быть общего между нами? Разве что наши школьные годы, полные взаимной неприязни.
Мы бесим друг друга, и пышка мажору явно не пара. Но что, если в дело вступит любовь?
– Порыбачить? – удивленно смотрю на двух наглых мальчишек.
– Кто больше! – шмыгает носом Сашка.
Ха! Они что, решили меня "на слабо" развести? Не выйдет!
— Отлично, — улыбаюсь им во все тридцать два зуба, — только надо спросить у вашей мамы.
– К нашей маме нельзя! – тут же спохватываются мальцы. – Она работает!
– Мне – можно, – отрезаю уверенно. – Она на меня работает.
Та-ак… Где тут эта бесценная сотрудница, которую мне так нахваливают? Меня уже самого любопытство разбирает.
– Мама! – вдруг кричат близнецы и весело машут руками кому-то за моей спиной.
Оборачиваюсь, и дыхание замирает в моей груди колючей ледяной пылью. Во рту появляется горечь.
Та, кого я любил больше жизни. Та, что изменила мне. Предала.
Смотрю в ошарашенные глаза побледневшей женщины.
–Мама? – переспрашиваю не веря своим ушам. – Ты?..
Я любил ее больше жизни. Но она изменила мне с моим конкурентом. А теперь, спустя годы, я встречаю ее в этой дыре и... Дружу с ее сыновьями?
– Кто больше! – шмыгает носом Сашка.
Ха! Они что, решили меня "на слабо" развести? Не выйдет!
— Отлично, — улыбаюсь им во все тридцать два зуба, — только надо спросить у вашей мамы.
– К нашей маме нельзя! – тут же спохватываются мальцы. – Она работает!
– Мне – можно, – отрезаю уверенно. – Она на меня работает.
Та-ак… Где тут эта бесценная сотрудница, которую мне так нахваливают? Меня уже самого любопытство разбирает.
– Мама! – вдруг кричат близнецы и весело машут руками кому-то за моей спиной.
Оборачиваюсь, и дыхание замирает в моей груди колючей ледяной пылью. Во рту появляется горечь.
Та, кого я любил больше жизни. Та, что изменила мне. Предала.
Смотрю в ошарашенные глаза побледневшей женщины.
–Мама? – переспрашиваю не веря своим ушам. – Ты?..
Я любил ее больше жизни. Но она изменила мне с моим конкурентом. А теперь, спустя годы, я встречаю ее в этой дыре и... Дружу с ее сыновьями?
— И что нам делать? — сдавленно спросила я.
— Не знаю, Лер, — раздражённо ответил муж. — Но я устал от всего этого. Ты помешалась на ребёнке. Только про врачей и лечение разговоры. Живём как в аптеке: всё в твоих лекарствах. Не могу больше. Хочу нормальной жизни.
— Хорошо, — после медленного выдоха произнесла я, — давай возьмём паузу с ЭКО. Может быть, рассмотрим другую возможность стать родителями.
— Какую другую?
— Можно взять ребёнка из детдома. Найти совсем маленького…
— Нет! Вот прям сразу нет! — перебил он. — Ты хоть представляешь, что это за дети, какая у них наследственность?!
— Паш…
— Не нужен мне чужой ребёнок, и точка! — крикнул он мне, а затем добавил тихо и отвёл взгляд: — У меня скоро свой будет.
Муж бросил меня, потому что я не могу родить. Свекровь требует, чтобы я продала свою долю в квартире по заниженной цене и в рассрочку, ведь я пустоцвет, а любовница сына беременна. Но я буду бороться за себя и за свою мечту стать мамой.
— Не знаю, Лер, — раздражённо ответил муж. — Но я устал от всего этого. Ты помешалась на ребёнке. Только про врачей и лечение разговоры. Живём как в аптеке: всё в твоих лекарствах. Не могу больше. Хочу нормальной жизни.
— Хорошо, — после медленного выдоха произнесла я, — давай возьмём паузу с ЭКО. Может быть, рассмотрим другую возможность стать родителями.
— Какую другую?
— Можно взять ребёнка из детдома. Найти совсем маленького…
— Нет! Вот прям сразу нет! — перебил он. — Ты хоть представляешь, что это за дети, какая у них наследственность?!
— Паш…
— Не нужен мне чужой ребёнок, и точка! — крикнул он мне, а затем добавил тихо и отвёл взгляд: — У меня скоро свой будет.
Муж бросил меня, потому что я не могу родить. Свекровь требует, чтобы я продала свою долю в квартире по заниженной цене и в рассрочку, ведь я пустоцвет, а любовница сына беременна. Но я буду бороться за себя и за свою мечту стать мамой.
Перевожу взгляд на Ингу и внимательно рассматриваю ее. В груди еще теплится надежда, что она не с Серковским, что это просто случайная встреча, но реальность накрывает тяжелой волной... Тугие черные локоны, ниспадающие на плечи, глянцевая улыбка, шуба, платье... Оно так плотно сидит на фигуре, а шубка настолько коротка, что не скрывает ничего.
Инга беременна.
Сомнений нет. Платье подобрано идеально: ярко и кричаще, но главная его цель — подчеркнуть положение и однозначно показать всем, кому принадлежит мужчина, в руку которого она сейчас вцепилась мертвой хваткой.
«Вадим... он с ней, и это его ребенок — озвучиваю окончательный приговор себе и своему малышу».
Инга беременна.
Сомнений нет. Платье подобрано идеально: ярко и кричаще, но главная его цель — подчеркнуть положение и однозначно показать всем, кому принадлежит мужчина, в руку которого она сейчас вцепилась мертвой хваткой.
«Вадим... он с ней, и это его ребенок — озвучиваю окончательный приговор себе и своему малышу».
— Какой самец! — восторженно провыла мне на ухо Вера. — Спросила, как зовут? А живет где? В нашем отеле или?..
— Ты его не узнала, что ли? Это ж твой постоянный клиент — Степан Корнейцев.
— Степан Корней… — так и не договорив, Вера смешно сложила губы в бублик и даже как-то вроде бы присвистнула. — Кто бы знал, что под этими его вечными унылыми деловыми костюмами такое богачество… Так, погоди, Мил, я же правильно поняла: он ведь клеился, а не узнавал у тебя, как пройти в библиотеку? Курортный роман, какая прелесть!
— Если бы курортный… — пробормотала себе под нос я.
Когда-то он жестоко предал меня и разбил мне сердце. Но я сумела выбраться из последствий того кошмара, изменив свою жизнь и, насколько смогла, свою внешность. И вот во время отпуска я вдруг вновь столкнулась с ним. А он, меня не узнав, еще и подкатывать ко мне начал. Шанс отомстить? Да! Главное, не влюбиться в него снова и после не сожалеть о том, что я задумала…
— Ты его не узнала, что ли? Это ж твой постоянный клиент — Степан Корнейцев.
— Степан Корней… — так и не договорив, Вера смешно сложила губы в бублик и даже как-то вроде бы присвистнула. — Кто бы знал, что под этими его вечными унылыми деловыми костюмами такое богачество… Так, погоди, Мил, я же правильно поняла: он ведь клеился, а не узнавал у тебя, как пройти в библиотеку? Курортный роман, какая прелесть!
— Если бы курортный… — пробормотала себе под нос я.
Когда-то он жестоко предал меня и разбил мне сердце. Но я сумела выбраться из последствий того кошмара, изменив свою жизнь и, насколько смогла, свою внешность. И вот во время отпуска я вдруг вновь столкнулась с ним. А он, меня не узнав, еще и подкатывать ко мне начал. Шанс отомстить? Да! Главное, не влюбиться в него снова и после не сожалеть о том, что я задумала…
– Я имел право знать, что у меня есть дети! – гневно обрушился Тимур.
– После того, что ты сделал?! – её слова сочились обидой и болью. Даже теперь, спустя столько лет, рана на сердце всё ещё не затянулась.
– Я сделал?! О чём ты говоришь, Аня?! Это ведь ты прыгнула в койку к моему лучшему другу, едва я сел в самолет!
***
Тимур Алмазов – красавчик из состоятельной семьи. Семь лет назад он бросил её и уехал, толком не объяснившись. Прислал холодное смс и трусливо отключил телефон.
Оставил ей частичку себя, вернее сразу две, которые Аня выносила и родила несмотря ни на что. Она думала, их пути больше не пересекутся. Но они встретились вновь. Вот только вместо извинений и раскаяния мужчина обвинил её в предательстве и лжи.
– После того, что ты сделал?! – её слова сочились обидой и болью. Даже теперь, спустя столько лет, рана на сердце всё ещё не затянулась.
– Я сделал?! О чём ты говоришь, Аня?! Это ведь ты прыгнула в койку к моему лучшему другу, едва я сел в самолет!
***
Тимур Алмазов – красавчик из состоятельной семьи. Семь лет назад он бросил её и уехал, толком не объяснившись. Прислал холодное смс и трусливо отключил телефон.
Оставил ей частичку себя, вернее сразу две, которые Аня выносила и родила несмотря ни на что. Она думала, их пути больше не пересекутся. Но они встретились вновь. Вот только вместо извинений и раскаяния мужчина обвинил её в предательстве и лжи.
– Артур, это кто? Что она делает в нашей постели? – я кинулась к девчонке, но любимый преградил мне путь.
– Ульяна, успокойся, я все объясню.
– Что ты объяснишь? То, что пока я на работе, ты водишь домой любовницу? У вас все серьезно? Ты любишь ее?
– Прекрати истерику. Не ори, – он вытолкнул меня в коридор и закрыл за нами дверь.
– Артур, как ты мог?
– Прости меня, Уля, но я люблю ее…
Мы были вместе со школьной скамьи. Вместе приехали из провинции и начали строить жизнь в столице. Я думала, нас ничто не может разлучить. Впереди свадьба, дети. Но это были мысли наивной, глупой девчонки.
Деньги, тусовки… Другая девушка… И Артур легко попрощался со мной.
Я вернулась в родное село, зная, что через восемь месяцев стану матерью-одиночкой, а спустя шесть лет приехал он… Лжец и изменщик. Теперь на его счету огромные суммы с девятью нулями, и я боюсь, что бывший отберет у меня дочь.
– Ульяна, успокойся, я все объясню.
– Что ты объяснишь? То, что пока я на работе, ты водишь домой любовницу? У вас все серьезно? Ты любишь ее?
– Прекрати истерику. Не ори, – он вытолкнул меня в коридор и закрыл за нами дверь.
– Артур, как ты мог?
– Прости меня, Уля, но я люблю ее…
Мы были вместе со школьной скамьи. Вместе приехали из провинции и начали строить жизнь в столице. Я думала, нас ничто не может разлучить. Впереди свадьба, дети. Но это были мысли наивной, глупой девчонки.
Деньги, тусовки… Другая девушка… И Артур легко попрощался со мной.
Я вернулась в родное село, зная, что через восемь месяцев стану матерью-одиночкой, а спустя шесть лет приехал он… Лжец и изменщик. Теперь на его счету огромные суммы с девятью нулями, и я боюсь, что бывший отберет у меня дочь.
– За то, что скрыла от меня ребёнка, ты будешь наказана, – бывший муж так больно сжимает мою руку, что я едва могу дышать.
– Прекрати, Матвей. Да, я совершила ошибку. Но ты сможешь видеться с сыном, – проглатываю боль, мечтая лишь о том моменте, когда получится сбежать от него.
– Конечно смогу, ведь он будет жить со мной и моей новой женой, – наклоняясь ниже, выносит свой приговор.
– Что?
Бывший холодно и зло ухмыляется.
– Но, если захочешь, можешь жить с нами. Как няня для своего сына. Это единственный шанс остаться рядом с ним.
– Прекрати, Матвей. Да, я совершила ошибку. Но ты сможешь видеться с сыном, – проглатываю боль, мечтая лишь о том моменте, когда получится сбежать от него.
– Конечно смогу, ведь он будет жить со мной и моей новой женой, – наклоняясь ниже, выносит свой приговор.
– Что?
Бывший холодно и зло ухмыляется.
– Но, если захочешь, можешь жить с нами. Как няня для своего сына. Это единственный шанс остаться рядом с ним.
Выберите полку для книги