Подборка книг по тегу: "горячо и откровенно"
Вера – новая бортпроводницы в экипаже Влада и Макса. Её стройная фигура, соблазнительные изгибы и игривый взгляд сводят с ума всех мужчин на борту. Но больше всего она привлекает двоих пилотов своего борта – харизматичного капитана Влад и его дерзкого напарника Макс.
Однажды, после долгого перелёта, экипаж задерживают в роскошном отеле из-за непогоды. В баре с видом на ночной город напряжение между троими достигает предела. Шутки, случайные прикосновения, тёплые коктейли – и вот Вера уже оказывается в номере между двумя опытными покорителями небес…
Страсть разгорается, как пламя. Влад – властный и уверенный, Макс – неукротимый и страстный. Вера не хочет выбирать – она готова подчиниться обоим. Их ночь превращается в безумный танец желания, где нет места правилам, а есть только жажда наслаждения.
Но что будет, когда взойдёт солнце?
Однажды, после долгого перелёта, экипаж задерживают в роскошном отеле из-за непогоды. В баре с видом на ночной город напряжение между троими достигает предела. Шутки, случайные прикосновения, тёплые коктейли – и вот Вера уже оказывается в номере между двумя опытными покорителями небес…
Страсть разгорается, как пламя. Влад – властный и уверенный, Макс – неукротимый и страстный. Вера не хочет выбирать – она готова подчиниться обоим. Их ночь превращается в безумный танец желания, где нет места правилам, а есть только жажда наслаждения.
Но что будет, когда взойдёт солнце?
– Ты забыл о традиции, Алишер.
– Какая еще традиция? – он фыркает, но в его голосе слышится неуверенность. – Это древний бред.
– Не в нашей семье, – парирует Камиль. Он делает еще один шаг, и теперь он совсем близко. Его рост, его ширина плеч заставляют Алишера инстинктивно отступить на полшага, прикрывая меня собой. Как будто я уже его добыча, которую у него пытаются отнять. – Право первой ночи. Мое право. Как старшего в роду.
Алишер издает какой-то животный, подавленный звук.
– Ты серьезно? Ты хочешь воспользоваться этим? Сейчас?
– Я не хочу, – голос Камиля все так же спокоен, но в нем появляется стальная твердость. – Я требую то, что положено мне по праву.
Меня выдали замуж за нелюбимого человека. Но его старший брат решил воспользоваться древней традицией - право на первую ночь со мной.
– Какая еще традиция? – он фыркает, но в его голосе слышится неуверенность. – Это древний бред.
– Не в нашей семье, – парирует Камиль. Он делает еще один шаг, и теперь он совсем близко. Его рост, его ширина плеч заставляют Алишера инстинктивно отступить на полшага, прикрывая меня собой. Как будто я уже его добыча, которую у него пытаются отнять. – Право первой ночи. Мое право. Как старшего в роду.
Алишер издает какой-то животный, подавленный звук.
– Ты серьезно? Ты хочешь воспользоваться этим? Сейчас?
– Я не хочу, – голос Камиля все так же спокоен, но в нем появляется стальная твердость. – Я требую то, что положено мне по праву.
Меня выдали замуж за нелюбимого человека. Но его старший брат решил воспользоваться древней традицией - право на первую ночь со мной.
— Горько! — ору я.
Невольно снова гляжу на щегла, сцепляюсь с ним взглядами, и, пока все вопят “Горько”, я читаю по его губам: “Сладко”.
Срываюсь с места и скрываюсь в ближайшем коридоре. Всего несколько секунд, и он оказывается за моей спиной.
— Пойдём, нас ждёт машина, — низким, порочным голосом говорит стервец.
— Кого нас? — отхожу я от первого шока. — Ты совсем юродивый? Телефон мой верни!
— Телефон? — спрашивает он так, будто запамятовал о такой малости, как чужая вещь в кармане. — Этот? Я тут полистал... Что это за мужики на фотках? Ты с ними спишь?
— Тебе то что до моей постели?
— Я же сказал, нас ждёт машина. И я хочу забраться в твою постель. Или пригласить тебя в мою. Поехали?
Невольно снова гляжу на щегла, сцепляюсь с ним взглядами, и, пока все вопят “Горько”, я читаю по его губам: “Сладко”.
Срываюсь с места и скрываюсь в ближайшем коридоре. Всего несколько секунд, и он оказывается за моей спиной.
— Пойдём, нас ждёт машина, — низким, порочным голосом говорит стервец.
— Кого нас? — отхожу я от первого шока. — Ты совсем юродивый? Телефон мой верни!
— Телефон? — спрашивает он так, будто запамятовал о такой малости, как чужая вещь в кармане. — Этот? Я тут полистал... Что это за мужики на фотках? Ты с ними спишь?
— Тебе то что до моей постели?
— Я же сказал, нас ждёт машина. И я хочу забраться в твою постель. Или пригласить тебя в мою. Поехали?
Правила просты: маски, темнота и никаких обязательств.
Они нарушат всё.
Он — голос, от которого тает внутри. Она — аромат, который сводит с ума. Одна ночь слепой страсти, где единственный свет — это искры от их прикосновений. Но что, если на кону не просто мимолётная связь, а нечто большее? Что, если эта темнота — единственное место, где они могут быть по-настоящему счастливы?
Готовы ли вы потерять себя в их истории?
Они нарушат всё.
Он — голос, от которого тает внутри. Она — аромат, который сводит с ума. Одна ночь слепой страсти, где единственный свет — это искры от их прикосновений. Но что, если на кону не просто мимолётная связь, а нечто большее? Что, если эта темнота — единственное место, где они могут быть по-настоящему счастливы?
Готовы ли вы потерять себя в их истории?
Я — землянка, которая согласилась на годовой контракт секретарём самого влиятельного альфы планеты Заркант. Моя задача проста: секретарь в гареме - решать капризы его тридцати наложниц.
Гарем бурлит интригами, а его взгляд жжёт сильнее огня.
Смогу ли я продержаться год, если каждую ночь мне снятся его губы?
Гарем бурлит интригами, а его взгляд жжёт сильнее огня.
Смогу ли я продержаться год, если каждую ночь мне снятся его губы?
Напряжение нарастает, он дышит громко,глаза пылают, чувствую как начинают дрожать колени.- Почему они дрожат?-я не боюсь его,но они не слушаются меня. Его дыхание будоражит сознание,похоже я сильно его разозлила своими высказываниями,он наклоняет голову и наши губы почти касаются,дрожь усиливается, сердце начинает стучать, я такого давно не испытывала, но это очень приятное чувство,его дыхание настолько горячее, что обжигает моё лицо.
—Я же сказал, —я тебя отвезу. —Я не просил разрешения, если ты не заметила, —я сказал, что отвезу тебя. —Улавливаешь ход мыслей?— Говорит прямо в мои губы.
Улавливаю, но только другое,запах духов в перемешку с кофе и его дыхание,чувствую какое-то наваждение, хочется коснуться его губ, кажется о них можно обжечься, но даже страх получить ожог не избавляет от желания.
Не дожидаясь ответа, шепчет хриплым голосом:—Тогда веди себя хорошо.
—Я же сказал, —я тебя отвезу. —Я не просил разрешения, если ты не заметила, —я сказал, что отвезу тебя. —Улавливаешь ход мыслей?— Говорит прямо в мои губы.
Улавливаю, но только другое,запах духов в перемешку с кофе и его дыхание,чувствую какое-то наваждение, хочется коснуться его губ, кажется о них можно обжечься, но даже страх получить ожог не избавляет от желания.
Не дожидаясь ответа, шепчет хриплым голосом:—Тогда веди себя хорошо.
— Эй! — крикнула Мона, привлекая к себе внимание. — Воды, пожалуйста!
Воин услышал не сразу, но как только заметил — тут же остановился. Подошел к ней, висящей вниз головой, приподнял ее за волосы и заглянул в лицо. Мона встретилась с бесцветными, как горный хрусталь, глазами и судорожно сглотнула, облизывая пересохшие губы:
— Пить.
Расальи отвязал ее от седла и спустил с мула, но руки так и не освободил, а сам достал флягу и приложил ее к губам Моны:
— Пить.
Его голос был низким, глухим и ничего не выражал.
---
Корабль Моны разбился на диком берегу, где ее спас воин расальи. Теперь она должна сбежать во что бы то ни стало.
Воин услышал не сразу, но как только заметил — тут же остановился. Подошел к ней, висящей вниз головой, приподнял ее за волосы и заглянул в лицо. Мона встретилась с бесцветными, как горный хрусталь, глазами и судорожно сглотнула, облизывая пересохшие губы:
— Пить.
Расальи отвязал ее от седла и спустил с мула, но руки так и не освободил, а сам достал флягу и приложил ее к губам Моны:
— Пить.
Его голос был низким, глухим и ничего не выражал.
---
Корабль Моны разбился на диком берегу, где ее спас воин расальи. Теперь она должна сбежать во что бы то ни стало.
— Я, кажется, начинаю понимать. — улыбнулся Кирилл и покачал головой. — Но теория, без практики ничто.
Внезапно доктор поднялся, бесшумно подошел ко мне сзади и положил на мои плечи свои большие, теплые руки.
— Нужно проверить твою реакцию на прикосновения здесь и сейчас, в безопасной обстановке. Доверься мне.
Я вздрогнула, но не посмела обернуться.
— Ты вся зажатая, как струна. — констатировал он, разминая мои напряженные мышцы.
Я замерла, как кролик перед удавом, ощущая, как сквозь тонкую ткань платья, разливается тревожная слабость.
— Ты в безопасности. — гипнотически тихо произнес он за моей спиной.
Его пальцы плавно массировали мои плечи, а затем одна рука скользнула выше и большой палец провел по ключице. Вместо того, чтобы испуганно отскочить, как это было с мужем, я замерла, прислушиваясь к себе. По телу пробежала дрожь, но не леденящая от страха, а что-то совсем другое, смутное и непонятное.
Внезапно доктор поднялся, бесшумно подошел ко мне сзади и положил на мои плечи свои большие, теплые руки.
— Нужно проверить твою реакцию на прикосновения здесь и сейчас, в безопасной обстановке. Доверься мне.
Я вздрогнула, но не посмела обернуться.
— Ты вся зажатая, как струна. — констатировал он, разминая мои напряженные мышцы.
Я замерла, как кролик перед удавом, ощущая, как сквозь тонкую ткань платья, разливается тревожная слабость.
— Ты в безопасности. — гипнотически тихо произнес он за моей спиной.
Его пальцы плавно массировали мои плечи, а затем одна рука скользнула выше и большой палец провел по ключице. Вместо того, чтобы испуганно отскочить, как это было с мужем, я замерла, прислушиваясь к себе. По телу пробежала дрожь, но не леденящая от страха, а что-то совсем другое, смутное и непонятное.
Я ловлю ее за локоть в тесной подсобке среди ящиков с пивом. Запах ее шампуня перебивает запах затхлого воздуха. Она вырвалась из бара после того, как облила мой рукав текилой.
— Где я тебя видел? — мой голос хриплый. Я прижимаю ее к стене, чувствую, как дрожит ее тело под тонкой тканью корсета.
— Нигде. Я не… Я просто официантка.
Ложь. Я знаю эти глаза. Угасающий мед, сейчас полный паники и еще чего-то. Мое тело помнит. Яростно помнит.
Я не могу себя остановить. Пригибаюсь и захватываю ее губы. Жестко. Вопросительно.
Она замирает. Не отвечает. Ее губы мягкие, невинные под моим натиском. И это сводит меня с ума.
Затем в ее теле происходит что-то — сдача, вздох. Ее пальцы впиваются в мою футболку. В мире остается только ее вкус, сладковатый, как запретный плод, и дикий рёв в висках, кричащий МОЯ.
Зверь проснулся и узнал свою добычу.
— Где я тебя видел? — мой голос хриплый. Я прижимаю ее к стене, чувствую, как дрожит ее тело под тонкой тканью корсета.
— Нигде. Я не… Я просто официантка.
Ложь. Я знаю эти глаза. Угасающий мед, сейчас полный паники и еще чего-то. Мое тело помнит. Яростно помнит.
Я не могу себя остановить. Пригибаюсь и захватываю ее губы. Жестко. Вопросительно.
Она замирает. Не отвечает. Ее губы мягкие, невинные под моим натиском. И это сводит меня с ума.
Затем в ее теле происходит что-то — сдача, вздох. Ее пальцы впиваются в мою футболку. В мире остается только ее вкус, сладковатый, как запретный плод, и дикий рёв в висках, кричащий МОЯ.
Зверь проснулся и узнал свою добычу.
- Макс, а давай на Новый год на горный курорт поедем, ну хотя бы на три дня, пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста! – умоляющими глазами смотрю на своего любимого мужа, с трепетом ожидая его согласия.
- Леська, ну какой горный курорт? Ты же знаешь, что Илья терпеть не может горы, а у Юрки бизнес оставить нельзя, я уже не говорю про Серёгу с его СТО.
Опять эти трое! Я понимаю мужская дружба, но не до такой же степени! Пора и честь знать!
Женился он! ЖЕ-НИЛ-СЯ!
Перепробовала всё: и просила, и требовала, и обижалась… ничего не помогает!
Думаете не отвадила их от Макса? Ещё как!
Я просто им всем дала!
- Леська, ну какой горный курорт? Ты же знаешь, что Илья терпеть не может горы, а у Юрки бизнес оставить нельзя, я уже не говорю про Серёгу с его СТО.
Опять эти трое! Я понимаю мужская дружба, но не до такой же степени! Пора и честь знать!
Женился он! ЖЕ-НИЛ-СЯ!
Перепробовала всё: и просила, и требовала, и обижалась… ничего не помогает!
Думаете не отвадила их от Макса? Ещё как!
Я просто им всем дала!
Выберите полку для книги