Подборка книг по тегу: "пленница"

Я пришла за правдой, но вместо неё получила пункт договора, который подписала дрожащими пальцами — и в ту же секунду перестала быть журналисткой.
Моё тело измеряли, растягивали, пронзали током и холодом, пока я училась не сопротивляться, а дышать.
Я боялась их, ненавидела себя за каждую слезинку, но внутри меня, вопреки страху, рождалось что-то тёмное и голодное — оно требовало продолжения.

🔥 Строго 18+ ! ЖЕСТКОЕ БДСМ! Открывать с особой осторожностью... 🔥

Я думала, что муж любит меня, но он запер меня в клетке и отдал своим друзьям, чтобы они сломали меня окончательно.
Я кричала, пока не сорвала голос, но никто не пришел — потому что я была не женой, а вещью, которую можно использовать и выбросить.
И когда я уже перестала надеяться, ко мне пришел тот, кого я боялась больше всего, — его отец, — и вытащил меня из ада, чтобы я снова могла дышать. Вт только оказалось, что у него на меня другие планы.

🔥 Строго 18+ ! Открывать с особой осторожностью... 🔥Элементы БДСМ

У меня три фаворитки. Ледяное сердце. Репутация безжалостного чудовища. И королевство, которое я готов защищать любой ценой.
Она — ведьма ядов. Девчонка, которая посмела поцеловать меня, чтобы убить. Но не ожидала, что я вступлю в эту игру.
Теперь Ярина заложница в моём замке. А я её единственная защита перед скальдами, которые жаждут получить её в качестве дани.
Между нами — ненависть, ложь, поцелуй, который мог стать смертельным, и обещание, которое я не вправе дать.
Но что, если самая опасная игра — это не дворцовые или политические интриги, а игра в любовь, к которой я не был готов?

Я заключила сделку с демоном. Тридцать ночей — и я свободна. Он питается моими желаниями, я получаю удовольствие и золото. Всё просто. Никаких чувств, никаких обязательств.

Но когда я увидела, как он целует другую, что-то во мне сломалось. Я отказалась от сделки. Я сказала: больше никаких желаний. Никаких стонов. Никакой энергии. Пусть голодает. Пусть катится к своей беловолосой стерве.

Только вот он не покатился. Он заперся в дальнем крыле замка, выгнал всех и начал умирать. Без моих желаний его сущность рассыпается. И теперь мне придётся решить: спасти его или спастись самой. Потому что пока я здесь, моё тело в Барселоне лежит в коме. И времени почти не осталось.

Вторая книга цикла «Тридцать ночей». Жёстче, горячее, больнее. Аника больше не игрушка. Она решает сама.

– Где я? – спрашиваю своего похитителя.
На его лице маска, а голос изменен.
– В бункере. Глубоко под землей.
Я смотрю то на этого маньяка, то на цепь на собственной лодыжке.
– Псих! – выкрикиваю.
– Может быть, но сейчас ты зависишь от меня. Живешь только потому, что я так хочу, и будешь делать, что я захочу.
– Чего тебе надо?
– Сними это платье, – приказывает мне как собаке.

Камаль Шах провел четыре года в цепях. Годы боли, пыток и мрака стерли из него человека.
Он — зверь, сбежавший из клетки, и я единственное, что он уносит с собой.
Чтобы любить.
Черной любовью.

— Пожалуйста… не надо…
Он волочет меня за собой и силой укладывает животом на капот. Воздух выбивается из груди, и я глухо вскрикиваю.
— Заткнись, — его голос низкий, рычащий.
Холодный металл пистолета касается моего бедра, и я перестаю дышать.
— Кудрявая, правила нашего с тобой будущего просты. Будешь сопротивляться — будет больно.
Его движения медленные, почти ленивые, будто он наслаждается моей реакцией. Ствол пистолета скользит выше по моему телу.
— Поэтому будь хорошей девочкой, Ева, — выдыхает он у меня над ухом.
Я всхлипываю.
А он, затолкав меня внутрь, срывает машину с места.
— Куда… вы… меня…
— Туда, где нас никто не найдет, — он быстро оборачивается, скользнув по мне несладким взглядом.

❗️ Все герои книги — совершеннолетние.

Седьмой год страшный зверь уничтожает людей вдоль границы с Лааре. Седьмой год королева ведет войну с этим упорным горным княжеством, прячущим страшного зверя. Остался последний рубеж – перевал Олений рог, но войска королевы не могут его взять.
Дочь генерала - Кайя, становится, волею случая, добровольной заложницей в этом противостоянии. Чтобы спасти отца, она отправляется в Лааре, и ее жизнь дает противникам передышку – до весны, пока на перевале не растает снег. Таковы условия договора. Но передышка будет, только если Кайя останется жива. А как выжить, когда все вокруг хотят тебя убить? Как выжить, когда все вокруг тебя ненавидят? Как выжить рядом с чудовищем, разрывающим людей на части? И что делать, когда тебя саму на части разрывает любовь к непримиримым врагам?

ЗАВЕРШЕН
– Отпустите меня!
Тяжелая ладонь стискивает волосы у меня на затылке. Вынуждает запрокинуть голову и погрузиться с головой в черную яростную бездну глаз отца подруги.
— Я ничего не знаю! — выкрикиваю отчаянно, не надеясь на отклик.
От Грека веет властью и решимостью.
– Твой брат должен мне, – кидает хладнокровно. – Я принимаю тебя в уплату долга.
– Никогда!

По просьбе брата я пробралась в кабинет отца подруги, чтобы забрать флешку с компроматом на брата, а в итоге оказалась пленницей в его доме... И только он может мне помочь.

ПЕРВЫЕ ДНИ ПРОДАЖ САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА!
— Эй, фея, куда это ты в бальном платье собралась? — кто-то схватил меня за руку.
От него пахло дешевым вином.
— Отстань! На помощь! — мой крик прозвучал жалко и беспомощно.
Жених изменил, оставил в чужом городе без денег и без паспорта, а тут еще эти пьяные особи пытаются протянуть ко мне руки.
И в этот миг из темноты донесся цокот копыт.
Пьяницы замерли и разжали руки.
Всадник на черном коне приблизился почти вплотную от чего обидчики рассыпались по кустам.
— Ночь — не время для прогулок в горах. - спросил голос в темноте с густым кавказским акцентом. - Особенно в таком виде. Прокатишься на моем жеребце?
В горле пересохло.
Звучало конечно опасно, но кто я такая чтобы отказываться, в моей-то ситуации!

Я стояла посередине, дрожащая, грязная, с кляпом во рту, и чувствовала, как их взгляды скользят по мне — оценивающе, равнодушно, как на базаре.
— Эта, что ли? — спросил кто-то по-русски, с сильным акцентом.
— Она, — ответил тот, кто меня привез. — Долг Рашида. Говорит, забирайте, чем расплатиться.
— Красивая, — усмехнулся пожилой мужчина с седой бородой. — Тощая только.
Они обсуждали меня. Как вещь. Как кобылу на ярмарке. Я чувствовала, как унижение обжигает щеки, как дрожат колени.