Подборка книг по тегу: "детки_в_офисе_литмоб"

Меня позвали на свидание. Да-да, меня — с тремя детьми. Я почти поверила в чудо… пока в него не вломился мой босс.
Бабник. Манипулятор. Ходячая катастрофа. Человек, из-за которого я стала матерью-одиночкой.
Он уволил меня. Разрушил мой вечер. И теперь требует объяснений:
— Эти дети… мои?
Поздно, Волков. Ты вспомнил слишком поздно.

— Значит, ты у нас Красная Шапочка?
— Да! И волков не боюсь! — звонко заявляет моя дочь.
— А что ты делаешь в моем кабинете?
— Прячусь! А ты кто такой?
— Я самый настоящий волк. Злой и страшный. Р-р-р!
Ледяной ужас парализует тело.
Волков бояться — в лес… то есть, в офис не ходить.
Но эта встреча в мои планы не входила.
Голос за дверью принадлежит не просто нашему новому боссу.
Он принадлежит мужчине, для которого в прошлом я была лишь временным развлечением. Поклялась, что он не узнает о дочери, однако, она сама попала в лапы к родному отцу…
Я не знаю, что будет, если мой бывший, миллиардер Волков, узнает правду. Одно знаю точно — я не сдамся ему без боя!

Захожу в свой кабинет и вижу в кресле девчушку лет трех-четырех на вид.
— Здласте, вы ко мне? — спрашивает она деловым тоном, глядя на меня поверх моих же очков.
Ох ты ж, какая наглая пуговица!
— Я в свой кабинет. А ты кто такая? — спрашиваю серьезно, но не могу сдержать улыбку.
— Я Островская, — бордо отвечает она, — у меня тут встлеча.
Островская? Только слышу фамилию бывшей, и накрывают воспоминания. Пять лет прошло… Я стискиваю зубы.
— Но, если докажете, что кабинет плавда ваш, я уступлю кресло, — продолжает она.
— Маша! Вот ты где! — раздается до боли знакомый голос за спиной.
Я оборачиваюсь.
— Оля?
— Олег?! — Моя бывшая рыжая бестия смотрит на меня круглыми глазами. — Машуня, мы уходим, — зовет она дочь.
— Нет, Оля, пожалуй, задержитесь, — останавливаю их, а сам гляжу на девочку и вижу в ней семейные черты.

— Сам вылезешь или за шкирку?
— Не надо за шкилку! — звучит вдруг тоненько и следом раздается всхлип.
Из-за стола сперва показывается курчавая темная макушка, а потом заплаканное детское лицо. Кажется, девчонке не больше шести.
— Ты кто? — спрашиваю первое, что приходит на ум.
Откуда здесь, черт возьми, взялся ребенок? Да еще и в такое время.
— Любаша, — снова хлюпает носом.
— Как сюда попала? И с кем пришла?
Девчонка мнется, кусает губу. Опускает вниз слипшиеся ресницы и отвечает:
— Я Сухаля искала.
— Зачем тебе Сухарь?
Догадаться, что Сухарь это я, не сложно. Само собой, мне известно, как меня называют подчиненные.
— Потому что он злодей. Он и Ольга логопед. Я хотела им сказать, чтобы маму не обижали. И чтоб не жлали ее, она холошая. А они — нет.
— Так… И?
— И потелялась…
Голос становится совсем тихим. Большущие градины слез ползут вниз по щекам, а я ума не приложу, что делать и чей это ребенок. И самое главное, как она оказалась в моем кабинете?

Из коробок в приёмной слышится подозрительный шум.
— А-а-апчхи!
— Тихо, Зося! Ты нас спалишь! Папа не должен услышать! — кто-то ругается шёпотом.
И этот кто-то — моя семилетняя дочь.
Я подхожу к коробкам, поднимаю одну и вижу картину маслом.
Притаились. Две. Прямо на полу. И прячутся.
— О-оу… Попадос, — говорит моя Аня.
— Ещё какой попадос, — констатирую факт. — Вылезайте отсюда. Обе.
Строго смотрю на дочку и незнакомую девочку.
— Что ты тут делаешь? Кто твои родители?
— Это я, Руслан Евгеньевич! — раздаётся женский встревоженный голос за моей спиной.
Я оборачиваюсь и вижу, как к нам бежит моя новая сотрудница Екатерина Зосимова.
— Простите, я отошла всего на пять минут, а дочка сбежала.
Перевожу взгляд на свою хитрую и шаловливую негодницу.
— Что-то мне подсказывает, не без твоей помощи, Анна Русланна.

Я — вдовец, Екатерина — мать-одиночка, наши дочери — лучшие подружки.
И ладно бы они просто дружили.
Девочки вдруг поняли, что хотят быть сестричками.

— Мам, я нам папу нашла. — огорошивает девочка. — Он тут главный.
— Алиса. — девушка шикает свою дочь, но та не обращает внимания.
Продолжает.
— В садике говорили: кто самый сильный, тот и главный. Нам такой нужен.
— Нет, Алиса, такой нам не нужен. — стреляет яростным взглядом в мою сторону. — Мы лучше заведём щенка. Толку будет больше.
Девочка надувает губы, а потом смотрит на меня.
— Вы бы не сидели. А то я другого папу найду.

***
Мне нужен фиктивный брак для выгодной сделки. Новая сотрудница — идеальный вариант! Вот только у наших детей свои планы. Они убрали "фиктивный" из наших договорённостей.

— Что ты здесь делаешь, Морковка? — голос Одинцова звучит с той самой насмешливой интонацией, от которой хочется что-то швырнуть ему в лицо. — Неужели спустя столько лет всё ещё влюблена в меня? Решила устроиться в мою фирму, чтобы преследовать, как в школе?
— Что я делаю? Увольняюсь! Потому что работать на такого нахала с отвратительным характером я не намерена!
Несостоявшийся босс открывает рот, дабы выдать очередную колкость, но внезапно из приёмной доносятся крики:
— ...голова морковная!
— Ты заплатишь за свои слова, моль белобрысая!
Мы бросаемся к двери. Помещение выглядит как эпицентр урагана. А посреди этого хаоса стоят дети: сын Одинцова, вооружённый степлером и целящийся им как из пистолета, и моя Яна, угрожающе размахивающая здоровенной папкой-регистратором.
***
Устраиваясь на работу, я не ожидала увидеть своим боссом школьную любовь, что обернулась унижением. Я до сих пор его ненавижу. Но хуже всего — наши дети уже объявили друг другу войну.

− Ты нехолоший, уволил мою маму! Поэтому я тебя сейчас буду воспитывать! – Девчушка вякает.
Упирает ладошки в мою филейную часть, а ещё с силой толкает.
Так, что я валюсь на столешницу из трёхсотлетнего дуба.
− Ну всё, мелочь пузатая, тебе каюк. Вот только освобожусь…
− А ты поплобуй освободиться! – Фыркает нагло.
И… ррраз!
Вырывает мой ремень из шлёвок!
− Эй, ты чего? Чего? – Выпучиваю глаза.
И замираю.
Потому что девчонка подбоченивается.
И, с криком:
− Получай, нехолоший босс! – Опускает ремень на мою филейную часть.

— Мама, я нашёл папу!

Заявляет мой шестилетний сын, а я застываю в недоумении. Потому что "папа" - это босс из вражеской фирмы, которого я должна уничтожить.

Я пришла в офис Степана Макарова ради сделки, от которой зависит будущее, а вместо этого получила побег хомяка, сорванное первое впечатление и босса, которого лучше не доводить.

Теперь мне остаётся только одно: взять себя в руки и закончить начатое, потому что если я откажусь - потеряю куда больше, чем деньги, работу и репутацию.

Японцы! Чёрт бы подрал этих япошек!
Я чувствую: сделка летит в тартарары, и сегодняшняя встреча складывается не в мою пользу. 
А на кону — контракт на такую сумму, что можно купить... да уйму всего! 
И этот... Как там его?
Я бросаю нервный взгляд на бумаги, подготовленные секретаршей.
Юкио Накамура...
Сидит с каменным лицом и недовольно отбивает ручкой по столешнице какой-то древний японский марш — «Баттотай»
В уме я уже подсчитываю потерянную прибыль.
Босс японцев что-то цедит сквозь зубы.
- Господин Накамура подумает над вашим предложением... — лепечет синхронно переводчик.
А я-то прекрасно знаю, что означает эта фраза на языке бизнеса. 
Как вдруг дверь в конференц-зал с грохотом распахивается. 
Под оглушительные цирковые фанфары, доносящиеся из телефона старшего сына Вовки, в помещение торжественно вваливается расписная делегация. 
***
Оказалось потенциальный партнёр ставит семейные ценности превыше всего!
Что же… чтоб заключить контракт - придется срочно искать жену!