Книги по тегу «измена и предательство»: ""
🧡❤️🧡 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 🧡❤️🧡
— Папа! Папа, ты пришёл!
У меня внутри всё обрывается.
Мой муж держит на руках пятилетнего сына.
Сына, которого родила не я.
А рядом женщина, с которой он уже семь лет играет в счастливую семью.
Семь лет лжи. Двенадцать лет моего брака. И бесконечное: «Лен, с ребёнком давай не сейчас».
— Андрей… кем тогда была я?
Он молчит.
А его любовница улыбается:
— Ну наконец-то ты узнала.
— Папа! Папа, ты пришёл!
У меня внутри всё обрывается.
Мой муж держит на руках пятилетнего сына.
Сына, которого родила не я.
А рядом женщина, с которой он уже семь лет играет в счастливую семью.
Семь лет лжи. Двенадцать лет моего брака. И бесконечное: «Лен, с ребёнком давай не сейчас».
— Андрей… кем тогда была я?
Он молчит.
А его любовница улыбается:
— Ну наконец-то ты узнала.
— Ты сфотографировала мои документы, — сказал он наконец. — В моём сейфе.
— В нашем сейфе. Кто такая Маковеева Жанетта Вадимовна?
— Клиентка. Сложный договор, я сопровождаю…
— Клиентка, которой ты возишь сервизы для «мамочки Миты»? — я говорила тихо; кричать было нельзя — наверху сын. — Я стояла сегодня на парковке у «Гранита», Эмиль. Я видела ладонь. Твою. На животе.
Пауза. Он сел, выровнял манжеты — и пошёл по своему регламенту, пункт за пунктом.
— Хорошо. Поговорим как взрослые. Да, есть женщина. Да, она ждёт ребёнка. Я собирался сказать тебе сам — позже, в правильный момент, без истерик.
— В нашем сейфе. Кто такая Маковеева Жанетта Вадимовна?
— Клиентка. Сложный договор, я сопровождаю…
— Клиентка, которой ты возишь сервизы для «мамочки Миты»? — я говорила тихо; кричать было нельзя — наверху сын. — Я стояла сегодня на парковке у «Гранита», Эмиль. Я видела ладонь. Твою. На животе.
Пауза. Он сел, выровнял манжеты — и пошёл по своему регламенту, пункт за пунктом.
— Хорошо. Поговорим как взрослые. Да, есть женщина. Да, она ждёт ребёнка. Я собирался сказать тебе сам — позже, в правильный момент, без истерик.
Мой муж попал в аварию с моей лучшей подругой.
Она погибла.
Он выжил.
А потом открыл глаза и забыл последние четырнадцать месяцев. Забыл её. Их тайную квартиру. Их постель. Забыл, как предавал меня снова и снова.
Только я помню всё.
И теперь мужчина, которого я люблю и ненавижу одновременно, пытается понять, кем стал за эти месяцы.
А мне предстоит решить, можно ли однажды снова выбрать человека, который уже разбил тебя вдребезги.
Она погибла.
Он выжил.
А потом открыл глаза и забыл последние четырнадцать месяцев. Забыл её. Их тайную квартиру. Их постель. Забыл, как предавал меня снова и снова.
Только я помню всё.
И теперь мужчина, которого я люблю и ненавижу одновременно, пытается понять, кем стал за эти месяцы.
А мне предстоит решить, можно ли однажды снова выбрать человека, который уже разбил тебя вдребезги.
- Что вы решили? Вы с женой заберете ребенка к себе после родов?
- Нет, мы его не возьмем, Ярослава. Ты родишь, мы сделаем тест ДНК и если он на самом деле Соболев, то я тебе помогу, будешь растить его в доме Ильи. Даже, если твой сын от моего брата, никаких прав на его имущество ты не имеешь, я тебе уже говорил. Просто сиди тихо и занимайся своим делом, раз уж залетела и оставила ребёнка, чья фамилия ещё под вопросом.
Мужчина, чьи глаза были холодны, как лёд, медленно поднялся и направился к двери.
- За что вы меня так ненавидите? - выстрелил ему в спину глупый вопрос.
Он ушёл, не удостоив её ответа, оставив девушку за своей спиной лить горькие слезы обиды.
- За то, что я непутёвая Славка. - тихо всхлипнула она, гладя себя по животу. - Зато ты Соболев, тебе нечего бояться.
Она была в этом более, чем уверена, ведь в её жизни было всего двое мужчин, и оба Соболевы. Только старший велел ей об этом помалкивать. Она и молчала, слишком стыдно было об этом говорить.
- Нет, мы его не возьмем, Ярослава. Ты родишь, мы сделаем тест ДНК и если он на самом деле Соболев, то я тебе помогу, будешь растить его в доме Ильи. Даже, если твой сын от моего брата, никаких прав на его имущество ты не имеешь, я тебе уже говорил. Просто сиди тихо и занимайся своим делом, раз уж залетела и оставила ребёнка, чья фамилия ещё под вопросом.
Мужчина, чьи глаза были холодны, как лёд, медленно поднялся и направился к двери.
- За что вы меня так ненавидите? - выстрелил ему в спину глупый вопрос.
Он ушёл, не удостоив её ответа, оставив девушку за своей спиной лить горькие слезы обиды.
- За то, что я непутёвая Славка. - тихо всхлипнула она, гладя себя по животу. - Зато ты Соболев, тебе нечего бояться.
Она была в этом более, чем уверена, ведь в её жизни было всего двое мужчин, и оба Соболевы. Только старший велел ей об этом помалкивать. Она и молчала, слишком стыдно было об этом говорить.
Пятнадцать лет. Он смел их одним махом. И я сижу здесь. Я достаю телефон и приближаю камеру, включив запись видео.
Он подходит к ней. И целует ее. Целует прямо в губы. Не в щеку. Не в лоб. А в губы.
Так страстно, так жадно, так откровенно, будто они только что встретились после долгой разлуки. Прямо на улице, не скрываясь. Он не боится. Не боится, что его увидят. Не боится меня.
По щеке предательски скатывается слеза. Я смахиваю ее с таким ожесточением, что кожа на скуле горит.
Нет.
Никаких слез.
Ему не увидеть моих слез.
***
Муж сказал: «Лечу в командировку», но на его телефон пришло уведомление о бронировании пятизвёздочного отеля в нашем городе. Я поехала за ним и увидела то, что не должна была. Без слёз и истерик я решила приготовить для него ловушку, из которой не будет пути к спасению.
Он подходит к ней. И целует ее. Целует прямо в губы. Не в щеку. Не в лоб. А в губы.
Так страстно, так жадно, так откровенно, будто они только что встретились после долгой разлуки. Прямо на улице, не скрываясь. Он не боится. Не боится, что его увидят. Не боится меня.
По щеке предательски скатывается слеза. Я смахиваю ее с таким ожесточением, что кожа на скуле горит.
Нет.
Никаких слез.
Ему не увидеть моих слез.
***
Муж сказал: «Лечу в командировку», но на его телефон пришло уведомление о бронировании пятизвёздочного отеля в нашем городе. Я поехала за ним и увидела то, что не должна была. Без слёз и истерик я решила приготовить для него ловушку, из которой не будет пути к спасению.
Ключи скользят в вспотевших ладонях. Сердце бьётся где-то в горле, каждый удар отдаётся в висках.
Подъездная дверь поддаётся с тихим скрипом. Четыре этажа вверх. Ноги ватные, но я иду. Поднимаюсь. Не останавливаюсь.
Квартира 47 – та самая, где мы столько раз бывали в гостях у его брата. Где отмечали дни рождения, где пили чай на кухне, где собирались семьями.
Теперь здесь логово моего мужа и его любовницы.
Вставляю ключ в замок. Поворачиваю. Дверь открывается.
В квартире пахнет её духами. Слышу голоса из комнаты – его и её. Они смеются над чем-то, разговаривают. Звучит музыка – что-то современное, ритмичное.
Достаю телефон и включаю запись видео. Потом делаю шаг вперёд. Еще один. Иду по коридору к комнате.
Дверь приоткрыта.
Захожу внутрь.
Это конец. Окончательный, бесповоротный конец нашего брака.
Время останавливается.
Подъездная дверь поддаётся с тихим скрипом. Четыре этажа вверх. Ноги ватные, но я иду. Поднимаюсь. Не останавливаюсь.
Квартира 47 – та самая, где мы столько раз бывали в гостях у его брата. Где отмечали дни рождения, где пили чай на кухне, где собирались семьями.
Теперь здесь логово моего мужа и его любовницы.
Вставляю ключ в замок. Поворачиваю. Дверь открывается.
В квартире пахнет её духами. Слышу голоса из комнаты – его и её. Они смеются над чем-то, разговаривают. Звучит музыка – что-то современное, ритмичное.
Достаю телефон и включаю запись видео. Потом делаю шаг вперёд. Еще один. Иду по коридору к комнате.
Дверь приоткрыта.
Захожу внутрь.
Это конец. Окончательный, бесповоротный конец нашего брака.
Время останавливается.
Стою в темном коридоре его офиса и не могу пошевелиться. Сердце стучит так громко, что, кажется, они услышат.
– Здесь неудобно, – раздаётся голос мужа. – В следующий раз надо будет снять номер в отеле.
– Зато очень романтично, – молодой женский голос, такой лёгкий, беззаботный. – А давай лучше в следующий раз в аудитории нашего университета? Строгий преподаватель и студентка-двоечница! Самое то.
Она хихикает.
Руки трясутся.
Я делаю шаг к двери. Еще один. Поворачиваю ручку, вхожу, щёлкаю выключателем.
Яркий свет заливает кабинет.
На кожаном диване сидит Влад. У него на коленях – девчонка, лет двадцати с чем-то. Они щурятся, торопливо хватают вещи, прикрываются ими.
– Анна, как...? – он замирает на полуслове.
Я смотрю ему в глаза. В моём взгляде боль и презрение.
Просто смотрю.
Пять секунд. Десять.
Потом разворачиваюсь и ухожу.
Все эти годы врачей. Анализов. Надежды, которая умирала каждый месяц. Таблеток. Слёз.
А он тратил себя на неё.
– Здесь неудобно, – раздаётся голос мужа. – В следующий раз надо будет снять номер в отеле.
– Зато очень романтично, – молодой женский голос, такой лёгкий, беззаботный. – А давай лучше в следующий раз в аудитории нашего университета? Строгий преподаватель и студентка-двоечница! Самое то.
Она хихикает.
Руки трясутся.
Я делаю шаг к двери. Еще один. Поворачиваю ручку, вхожу, щёлкаю выключателем.
Яркий свет заливает кабинет.
На кожаном диване сидит Влад. У него на коленях – девчонка, лет двадцати с чем-то. Они щурятся, торопливо хватают вещи, прикрываются ими.
– Анна, как...? – он замирает на полуслове.
Я смотрю ему в глаза. В моём взгляде боль и презрение.
Просто смотрю.
Пять секунд. Десять.
Потом разворачиваюсь и ухожу.
Все эти годы врачей. Анализов. Надежды, которая умирала каждый месяц. Таблеток. Слёз.
А он тратил себя на неё.
«Хочу повторения того… что ты делал языком😉 Приезжай!» – прилетает мужу сообщение от любовницы.
«И я хочу, но Танька ждет дома – сегодня ужинаем у моих(((» – это отвечает мой «благоверный».
А Танька – это, стало быть, я: еще секунду назад любимая и любящая жена, самая счастливая женщина на свете – теперь раздавлена и унижена… Стоп! Раздавлена? Унижена? Ну уж нет!
Страдать и плакать – не мой выбор!
Мой – узнать с кем крутит шашни мой муж, отомстить обоим и избавиться от мусора в моей жизни!
«И я хочу, но Танька ждет дома – сегодня ужинаем у моих(((» – это отвечает мой «благоверный».
А Танька – это, стало быть, я: еще секунду назад любимая и любящая жена, самая счастливая женщина на свете – теперь раздавлена и унижена… Стоп! Раздавлена? Унижена? Ну уж нет!
Страдать и плакать – не мой выбор!
Мой – узнать с кем крутит шашни мой муж, отомстить обоим и избавиться от мусора в моей жизни!
- Ты не будешь рожать этого ребёнка, Марина.
Каждое слово Хасима делает больно.
Ещё неделю назад любимый мужчина говорил, что мечтает о малыше, а сейчас, увидев две полоски на моём тесте, выносит приговор:
- Ты сделаешь аборт. Я лично тебя отвезу...
- Нет, - шепчу в ужасе, - ты не заставишь меня... я оставлю этого малыша, Хасим!
Он хватает меня за локоть, обжигает яростным взглядом.
- Нет, не оставишь. А если попытаешься сбежать и сохранить ребёнка, Марина, у тебя будут огромные проблемы...
Каждое слово Хасима делает больно.
Ещё неделю назад любимый мужчина говорил, что мечтает о малыше, а сейчас, увидев две полоски на моём тесте, выносит приговор:
- Ты сделаешь аборт. Я лично тебя отвезу...
- Нет, - шепчу в ужасе, - ты не заставишь меня... я оставлю этого малыша, Хасим!
Он хватает меня за локоть, обжигает яростным взглядом.
- Нет, не оставишь. А если попытаешься сбежать и сохранить ребёнка, Марина, у тебя будут огромные проблемы...
– Ты привез в мою больницу свою беременную любовницу, Антон! Это вообще как?!
Я кричу от боли, а мой муж лишь смотрит на меня.
– Ты использовал меня, Антон. Осознанно!
– Прекрати драматизировать, Катя. Я не мог иначе, – отвечает уверенно.
У меня душа разрывается на части, когда я, глотая слезы, проговариваю:
– Ты мог вызвать скорую. Ты мог отвезти ее в любую другую больницу в этом городе. Но ты привез ее ко мне. К своей жене. Почему?!
Ковалев окидывает меня внимательным взглядом, ухмыляется и отвечает уверенно:
– Потому что никто, кроме тебя, не смог бы спасти моего долгожданного сына…
Муж предал, вонзил нож в спину, только он не мог знать, что затем случится то, что полностью изменит все…
❤️ВЫЛОЖЕН ПОЛНЫЙ ТЕКСТ!❤️
Я кричу от боли, а мой муж лишь смотрит на меня.
– Ты использовал меня, Антон. Осознанно!
– Прекрати драматизировать, Катя. Я не мог иначе, – отвечает уверенно.
У меня душа разрывается на части, когда я, глотая слезы, проговариваю:
– Ты мог вызвать скорую. Ты мог отвезти ее в любую другую больницу в этом городе. Но ты привез ее ко мне. К своей жене. Почему?!
Ковалев окидывает меня внимательным взглядом, ухмыляется и отвечает уверенно:
– Потому что никто, кроме тебя, не смог бы спасти моего долгожданного сына…
Муж предал, вонзил нож в спину, только он не мог знать, что затем случится то, что полностью изменит все…
❤️ВЫЛОЖЕН ПОЛНЫЙ ТЕКСТ!❤️
Выберите полку для книги