Книги по тегу «кавказский_покровитель_литмоб»: ""
— Аслан, он не прикасался ко мне. Клянусь Аллахом, я всё ещё невинна!
— Слова. Это всего лишь пустые слова, Зарина.
— Я… Я могу доказать.
Он усмехается зло. Его ярость сегодня пугает, она неконтролируемая.
— Ну так докажи, Зарина! Чего ты ждёшь?
— Мы можем завтра пойти к любому врачу, которому ты доверяешь…
— Нет. Я больше никому не доверяю в этой жизни.
Он качает головой и собирается уходить, но я цепляюсь за его руку и останавливаю. А после, под его пристальным взглядом, начинаю снимать с себя сорочку.
— Что ты делаешь? — спрашивает он, следя за движением моих рук.
— Если это единственный способ доказать тебе, что я не грязная, то я готова.
_____________
Альтернативный Кавказ! Все совпадения случайны.
— Слова. Это всего лишь пустые слова, Зарина.
— Я… Я могу доказать.
Он усмехается зло. Его ярость сегодня пугает, она неконтролируемая.
— Ну так докажи, Зарина! Чего ты ждёшь?
— Мы можем завтра пойти к любому врачу, которому ты доверяешь…
— Нет. Я больше никому не доверяю в этой жизни.
Он качает головой и собирается уходить, но я цепляюсь за его руку и останавливаю. А после, под его пристальным взглядом, начинаю снимать с себя сорочку.
— Что ты делаешь? — спрашивает он, следя за движением моих рук.
— Если это единственный способ доказать тебе, что я не грязная, то я готова.
_____________
Альтернативный Кавказ! Все совпадения случайны.
— Мы совершили никях! Ты должна принять Мадину! — с нажимом сказал мой муж.
— Как ты мог жениться на ней, пока я лежала на сохранении в больнице?! — из меня вырвался отчаянный крик. Меня била дрожь, словно в лихорадке.
— Ты должна подчиняться моему слову! Никаких протестов! Обязана беспрекословно принимать мои решения! Быть послушной первой женой! — его ровный, холодный голос резал, как лезвие.
— Я разведусь с тобой, Саид! — отчаянно прошептала.
— Никакого развода не будет! В роду Махмудовых не разводятся! — процедил он сквозь зубы, испепеляя меня взглядом. — Ты сейчас же пожелаешь нам с Мадиной счастья! И будешь вести себя как положено на этом празднике!
— Как ты мог жениться на ней, пока я лежала на сохранении в больнице?! — из меня вырвался отчаянный крик. Меня била дрожь, словно в лихорадке.
— Ты должна подчиняться моему слову! Никаких протестов! Обязана беспрекословно принимать мои решения! Быть послушной первой женой! — его ровный, холодный голос резал, как лезвие.
— Я разведусь с тобой, Саид! — отчаянно прошептала.
— Никакого развода не будет! В роду Махмудовых не разводятся! — процедил он сквозь зубы, испепеляя меня взглядом. — Ты сейчас же пожелаешь нам с Мадиной счастья! И будешь вести себя как положено на этом празднике!
— Где… мой муж? — выдавливаю я слабо.
— Его больше нет, — проговаривает чётко Амир — старший брат моего мужа. — И пока ты лежала без сознания, прошли похороны.
— О господи! — задыхаюсь я от этой новости.
Слёзы катятся по щекам, но не от скорби, это слёзы облегчения.
Наконец я свободна от жестокого тирана.
— Понимаю, тебе нужно время, чтобы это осознать, — хмуро выдает Амир.
— Я смогу вернуться в дом моего дяди? — шепчу с надеждой.
— Конечно, нет, — выдаёт чётко Амир. — По обычаю ты и твой ребенок после рождения останетесь в нашей семье. Как только закончится траур, ты станешь моей женой.
Что? Только не это!
Хочу закричать, возразить, сказать, что это невозможно, но слова не идут. То облегчение, которое я испытала секунду назад, сменяется новым страхом.
Я понимаю, мне с трудом удалось вырваться из одной клетки, но я тут же угодила в другую, к еще более жестокому и опасному зверю. И кажется, он теперь решил отомстить мне за то, что когда-то я предпочла ему младшего брата…
— Его больше нет, — проговаривает чётко Амир — старший брат моего мужа. — И пока ты лежала без сознания, прошли похороны.
— О господи! — задыхаюсь я от этой новости.
Слёзы катятся по щекам, но не от скорби, это слёзы облегчения.
Наконец я свободна от жестокого тирана.
— Понимаю, тебе нужно время, чтобы это осознать, — хмуро выдает Амир.
— Я смогу вернуться в дом моего дяди? — шепчу с надеждой.
— Конечно, нет, — выдаёт чётко Амир. — По обычаю ты и твой ребенок после рождения останетесь в нашей семье. Как только закончится траур, ты станешь моей женой.
Что? Только не это!
Хочу закричать, возразить, сказать, что это невозможно, но слова не идут. То облегчение, которое я испытала секунду назад, сменяется новым страхом.
Я понимаю, мне с трудом удалось вырваться из одной клетки, но я тут же угодила в другую, к еще более жестокому и опасному зверю. И кажется, он теперь решил отомстить мне за то, что когда-то я предпочла ему младшего брата…
— Рашид... — в горле пересохло. — Как ты мог? Ты женишься?
Я не верила собственным глазам. Как будто было просто необходимо, чтобы он сказал мне всю правду в лицо.
— Аня... Что ты здесь делаешь? — Рашид нерешительно приблизился. А потом с опаской посмотрел по сторонам.
— Ты обещал жениться на мне! Это я твоя невеста! — мой голос прозвучал на весь зал.
Некоторые дамы охнули и стали перешептываться.
— Аня! Ты позоришь меня... — прошептал Рашид.
— Что?! Это я тебя позорю?! — слезы брызнули из глаз. — Ты обещал жениться! Обещал!
Я не верила собственным глазам. Как будто было просто необходимо, чтобы он сказал мне всю правду в лицо.
— Аня... Что ты здесь делаешь? — Рашид нерешительно приблизился. А потом с опаской посмотрел по сторонам.
— Ты обещал жениться на мне! Это я твоя невеста! — мой голос прозвучал на весь зал.
Некоторые дамы охнули и стали перешептываться.
— Аня! Ты позоришь меня... — прошептал Рашид.
— Что?! Это я тебя позорю?! — слезы брызнули из глаз. — Ты обещал жениться! Обещал!
Айша: Мой муж пригласил меня на свою свадьбу с другой, когда я лежала в больнице из-за потери нашего нерожденного ребенка.
Как так может быть?
Все просто. Нас связывает священный договор под названием «никах», который является духовным и религиозным союзом мужчины и женщины, основанным на Коране и Сунне, но не обладает юридическими правами и обязанностями.
Естественно, приглашение мужа оскорбило меня. Я посчитала это насмешкой над моими чувствами, над моей болью, но, собравшись с духом, я осознала, что избежать предательства невозможно, а вот принять его достойно – в моих силах.
***
Адам: Я приехал в Грозный спустя семь лет отсутствия в родном городе, из которого однажды сбежал, и попал на свадьбу брата, которая изменила всю мою жизнь.
Как так может быть?
Все просто. Нас связывает священный договор под названием «никах», который является духовным и религиозным союзом мужчины и женщины, основанным на Коране и Сунне, но не обладает юридическими правами и обязанностями.
Естественно, приглашение мужа оскорбило меня. Я посчитала это насмешкой над моими чувствами, над моей болью, но, собравшись с духом, я осознала, что избежать предательства невозможно, а вот принять его достойно – в моих силах.
***
Адам: Я приехал в Грозный спустя семь лет отсутствия в родном городе, из которого однажды сбежал, и попал на свадьбу брата, которая изменила всю мою жизнь.
– Ты что тут делаешь, Иса? Уходи, это плохо закончится. У меня никах сегодня.
– Мадина, – берет меня за руку бывший, – давай сбежим?
Мне так хотелось бы… но я понимаю о последствиях. Это будет не жизнь. Это будет позор, скитания. От нас отвернуться все.
– Поздно, Иса, я выхожу за другого.
Отворачиваюсь и в дверях вижу незнакомую мне женщину.
– С другим?! Перед никахом с моим сыном? На глазах у всех!
Моя свадьба и жизнь рушится с позором на глазах у двух семей. Наедине с другим мужчиной, перед никахом, даже находится в одной комнате – приравнивается к измене.
– Никах не состоится. В наш дом она не войдет, – категорично заявляет отец моего жениха.
– Для нашего дома ты тоже теперь позор, – с укором смотрит мой отец.
– Я беру ее, под свое имя, – берет слово дядя жениха, Саид. – Муса, дочь твоя будет мне благодарна за то, что хоть кто-то возьмет ее жены. А мне как раз такая покорная и нужна.
– С этого дня она под твоим именем, Саид.
И отец, не раздумывая, избавляется
– Мадина, – берет меня за руку бывший, – давай сбежим?
Мне так хотелось бы… но я понимаю о последствиях. Это будет не жизнь. Это будет позор, скитания. От нас отвернуться все.
– Поздно, Иса, я выхожу за другого.
Отворачиваюсь и в дверях вижу незнакомую мне женщину.
– С другим?! Перед никахом с моим сыном? На глазах у всех!
Моя свадьба и жизнь рушится с позором на глазах у двух семей. Наедине с другим мужчиной, перед никахом, даже находится в одной комнате – приравнивается к измене.
– Никах не состоится. В наш дом она не войдет, – категорично заявляет отец моего жениха.
– Для нашего дома ты тоже теперь позор, – с укором смотрит мой отец.
– Я беру ее, под свое имя, – берет слово дядя жениха, Саид. – Муса, дочь твоя будет мне благодарна за то, что хоть кто-то возьмет ее жены. А мне как раз такая покорная и нужна.
– С этого дня она под твоим именем, Саид.
И отец, не раздумывая, избавляется
— Я не выйду за него, только если перестану быть невинной, — говорю тихо.
Она застывает.
— Ты… ты окончательно рехнулась?
— Нет, — качаю головой. — Мне кажется, что я, наоборот, прозрела.
За дверью раздаётся приглушённый голос отца. Он что-то спрашивает у кого-то из домашних. Сабина вздрагивает.
— Ты не понимаешь… — шепчет она. — Это позор. Это смерть. Это еще хуже, чем побег!
— Ну и пусть, — психую я. — Уж лучше в земле, чем со стариком в постели.
Я встаю и подхожу к зеркалу. Смотрю на себя — молодая, напуганная и очень преочень злая.
— Если я лишусь невинности, — продолжаю, не оборачиваясь, — он меня сам не захочет.
Настоящее произведение является художественным вымыслом. Все персонажи, имена, диалоги и события вымышлены. Любые совпадения с реальными людьми, живыми или умершими, а также с реальными собы
Она застывает.
— Ты… ты окончательно рехнулась?
— Нет, — качаю головой. — Мне кажется, что я, наоборот, прозрела.
За дверью раздаётся приглушённый голос отца. Он что-то спрашивает у кого-то из домашних. Сабина вздрагивает.
— Ты не понимаешь… — шепчет она. — Это позор. Это смерть. Это еще хуже, чем побег!
— Ну и пусть, — психую я. — Уж лучше в земле, чем со стариком в постели.
Я встаю и подхожу к зеркалу. Смотрю на себя — молодая, напуганная и очень преочень злая.
— Если я лишусь невинности, — продолжаю, не оборачиваясь, — он меня сам не захочет.
Настоящее произведение является художественным вымыслом. Все персонажи, имена, диалоги и события вымышлены. Любые совпадения с реальными людьми, живыми или умершими, а также с реальными собы
Словно канатоходец стою на каменном выступе отвесной скалы, наблюдаю, как мотоцикл летит в пропасть.
- Строптивая “кукла”, решила тигра за усы подергать, - рычит мой покровитель, связывая мне руки веревкой. - Ты могла погибнуть…
Поднимаюсь на пальчики, чтобы не оторваться от земли.
Во мне от страха дрожит каждая клеточка. Но…
Я гордо смотрю ему в глаза, не зная, что ждет меня впереди…
Два горячих темперамента - один холодный расчёт. Что может пойти не так?..
- Строптивая “кукла”, решила тигра за усы подергать, - рычит мой покровитель, связывая мне руки веревкой. - Ты могла погибнуть…
Поднимаюсь на пальчики, чтобы не оторваться от земли.
Во мне от страха дрожит каждая клеточка. Но…
Я гордо смотрю ему в глаза, не зная, что ждет меня впереди…
Два горячих темперамента - один холодный расчёт. Что может пойти не так?..
Для криминального мира Аслан безжалостный лидер уличного клана. Его боится весь город, а его приказы не обсуждаются. Но одна роковая ночь приводят его в уютную кондитерскую хрупкой Аиши.
Чтобы не напугать девушку, грозный хищник примеряет маску простого, заботливого парня по имени Эмир. Рядом с ней он послушно замирает от каждого прикосновения и готов часами помогать ей на кухне. А за порогом её тихой жизни: безжалостно уничтожает любого, кто посмеет косо посмотреть в сторону его «сладкой уязвимости».
Но долго ли суровый глава мафии сможет вести двойную игру и скрывать своего внутреннего зверя? И что произойдет, когда Аиша узнает, что мужчина, которому она отдала свое сердце, самый опасный человек в этом городе?
Чтобы не напугать девушку, грозный хищник примеряет маску простого, заботливого парня по имени Эмир. Рядом с ней он послушно замирает от каждого прикосновения и готов часами помогать ей на кухне. А за порогом её тихой жизни: безжалостно уничтожает любого, кто посмеет косо посмотреть в сторону его «сладкой уязвимости».
Но долго ли суровый глава мафии сможет вести двойную игру и скрывать своего внутреннего зверя? И что произойдет, когда Аиша узнает, что мужчина, которому она отдала свое сердце, самый опасный человек в этом городе?
– Я не выйду за него, папа! Прошу тебя… Лучше навеки буду одной. Да и зачем мне замуж во второй раз? Я сбегу, если…
– Не смей сопротивляться, бесстыжая! Старейшина так решил, мы должны подчиниться.
– Я не согласна. Я не вещь и у меня есть голос.
Старейшина молчит, а за его спиной раздается голос его сына:
– Нельзя отдавать ее мужу. Он ее просто... убьет! Я… Я готов жениться на Раде.
– Ты женишься на Мадине! Этот вопрос уже решенный, – рычит его отец. – А она… Пусть идет на все четыре стороны.
Я сбежала от мужа-тирана с маленьким сыном. Теперь в глазах рода я женщина, потерявшая честь… Запретная…
Он – наследник уважаемой семьи, где долг и честь дороже чувств…
Пойти против воли отца, сорвать свою свадьбу, бросить вызов всем, – на что еще он готов ради меня?
– Не смей сопротивляться, бесстыжая! Старейшина так решил, мы должны подчиниться.
– Я не согласна. Я не вещь и у меня есть голос.
Старейшина молчит, а за его спиной раздается голос его сына:
– Нельзя отдавать ее мужу. Он ее просто... убьет! Я… Я готов жениться на Раде.
– Ты женишься на Мадине! Этот вопрос уже решенный, – рычит его отец. – А она… Пусть идет на все четыре стороны.
Я сбежала от мужа-тирана с маленьким сыном. Теперь в глазах рода я женщина, потерявшая честь… Запретная…
Он – наследник уважаемой семьи, где долг и честь дороже чувств…
Пойти против воли отца, сорвать свою свадьбу, бросить вызов всем, – на что еще он готов ради меня?
Выберите полку для книги