Подборка книг по тегу: "невинная героиня"
После смерти родителей, нас с сестрой приютил у себя дядя- близкий друг семьи. Когда сестре было 16, а мне 18, он скончался и вступать в наследство с заграницы приехал его сын. Несмотря на свою красоту, характер у него был скверный и этот человек отличался крайней жестокостью. Увидев нас, ему понравилась я и в его голову пришел план. Он поставил нам ультиматум: либо я буду ублажать его и делать всё, что он прикажет и он сделает меня своей игрушкой, либо мы с сестрой мигом окажемся на улице...
Я был влюблен в ее сестру.
Безответно.
Так сильно, что почти совершил преступление. Так сильно, что, когда она выбрала не меня, уехал из страны.
Но я так думал до тех пор, пока не заметил ее. Не разглядел, что выросла.
И не понял, что все, что было до нее - мне просто казалось.
Потому что с ней я сгораю. Заживо.
И только она в силах меня спасти.
ПЕРВАЯ КНИГА - :БОГАТЫЙ,СВОБОДНЫЙ, (НЕ) МОЙ"
ВТОРАЯ КНИГА -"СПОСОБНОСТЬ ЛЮБИТЬ"
ЧЕТВЕРТАЯ КНИГА - "ДЕВОЧКА-НАВАЖДЕНИЕ"
Безответно.
Так сильно, что почти совершил преступление. Так сильно, что, когда она выбрала не меня, уехал из страны.
Но я так думал до тех пор, пока не заметил ее. Не разглядел, что выросла.
И не понял, что все, что было до нее - мне просто казалось.
Потому что с ней я сгораю. Заживо.
И только она в силах меня спасти.
ПЕРВАЯ КНИГА - :БОГАТЫЙ,СВОБОДНЫЙ, (НЕ) МОЙ"
ВТОРАЯ КНИГА -"СПОСОБНОСТЬ ЛЮБИТЬ"
ЧЕТВЕРТАЯ КНИГА - "ДЕВОЧКА-НАВАЖДЕНИЕ"
— Что встала? Иди ближе. Хм, смотрю ты не плохая девочка…
Присвистнув, бандюк нагло оглядывает мою фигурку. Одна рука у него под столом и только черт знает, что он там ею делает. Другой мусолит карты.
— Вы уж определитесь, плохая я девочка или хорошая,— огрызаюсь, хотя сама так и дрожу.
Босс смотрит на меня с ухмылкой.
— М-м-м, люблю дерзких.
Ну же, Егор, сделай, что-нибудь! Бандюк расценивает молчание Егора по своему:
— Да ладно, не грусти, я добрый. Опробуешь ее первый, а то без меня небось не дает…
Присвистнув, бандюк нагло оглядывает мою фигурку. Одна рука у него под столом и только черт знает, что он там ею делает. Другой мусолит карты.
— Вы уж определитесь, плохая я девочка или хорошая,— огрызаюсь, хотя сама так и дрожу.
Босс смотрит на меня с ухмылкой.
— М-м-м, люблю дерзких.
Ну же, Егор, сделай, что-нибудь! Бандюк расценивает молчание Егора по своему:
— Да ладно, не грусти, я добрый. Опробуешь ее первый, а то без меня небось не дает…
Михаил Белевский — моя первая и, похоже, единственная любовь. Мне было восемнадцать, когда мы встретились. Он сын богатых родителей, а я скромная девчонка из простой семьи.
Тогда, семь лет назад, несчастный случай оборвал наши отношения.
И вот судьба свела нас вновь в небольшом городке на берегу Азовского моря. Михаил уже взрослый мужчина и состоятельный бизнесмен, а я владелица маленького отеля.
"... Белевский смотрит на меня пристально, но так, будто не узнаёт. Как смотрят на любого незнакомого человека.
— Заселите меня и потом уже занимайтесь своим любовником! — Белевский взглянул уже совсем недобро.
А я не могу отойти от шока — не узнал!
Потом понимаю, что узнать меня трудно — платок на голове, очки для работы с краской. Фартук я сняла, а остальную экипировку забыла!
И его фраза про любовника сильно меня задела. Тоже мне, поборник нравственности! Нет у меня любовников. Но Белевскому знать это совсем не обязательно."
Тогда, семь лет назад, несчастный случай оборвал наши отношения.
И вот судьба свела нас вновь в небольшом городке на берегу Азовского моря. Михаил уже взрослый мужчина и состоятельный бизнесмен, а я владелица маленького отеля.
"... Белевский смотрит на меня пристально, но так, будто не узнаёт. Как смотрят на любого незнакомого человека.
— Заселите меня и потом уже занимайтесь своим любовником! — Белевский взглянул уже совсем недобро.
А я не могу отойти от шока — не узнал!
Потом понимаю, что узнать меня трудно — платок на голове, очки для работы с краской. Фартук я сняла, а остальную экипировку забыла!
И его фраза про любовника сильно меня задела. Тоже мне, поборник нравственности! Нет у меня любовников. Но Белевскому знать это совсем не обязательно."
- Прекрати!
- Что именно?
- Подкрадываться, прикасаться, зажимать в углу, пытаться поцеловать. Как ты не понимаешь? Нам нельзя!
- Забудь это слово!
Когда я рассказывала лучшей подруге о том, как мне повезло с первым мужчиной, каким страстным и в то же время чутким он был, я и предположить не могла, что этот невероятный мужчина - её отец.
- Что именно?
- Подкрадываться, прикасаться, зажимать в углу, пытаться поцеловать. Как ты не понимаешь? Нам нельзя!
- Забудь это слово!
Когда я рассказывала лучшей подруге о том, как мне повезло с первым мужчиной, каким страстным и в то же время чутким он был, я и предположить не могла, что этот невероятный мужчина - её отец.
Она живёт с любящим и добрым Рамазаном, мечтая о свадьбе и спокойной жизни.
Но однажды на пороге появляется его двоюродный брат — Зураб: бывший зек, опасный боец ММА, мужчина-угроза, который смотрит так, будто уже решил, что она будет принадлежать ему.
И с первого же взгляда он начинает рушить её мир.
Он груб, дик, делает всё, чтобы она забывала, кто её настоящий мужчина. Он заполняет собой всю квартиру, её мысли, её тело — даже когда она пытается сопротивляться.
― Пойдём со мной и я позабочусь о тебе. Я решу твою проблему с долгами, и вместо работы в клубе ты будешь работать в моей постели.
Теперь она зажата между двумя братьями: один любит её, другой — хочет так, как никто и никогда.
И его желание превращается в войну, в которую она втягивается против своей воли.
Он разрушит её жизнь…
или станет тем, кто разбудит в ней то, о чём она боялась даже думать.
Но однажды на пороге появляется его двоюродный брат — Зураб: бывший зек, опасный боец ММА, мужчина-угроза, который смотрит так, будто уже решил, что она будет принадлежать ему.
И с первого же взгляда он начинает рушить её мир.
Он груб, дик, делает всё, чтобы она забывала, кто её настоящий мужчина. Он заполняет собой всю квартиру, её мысли, её тело — даже когда она пытается сопротивляться.
― Пойдём со мной и я позабочусь о тебе. Я решу твою проблему с долгами, и вместо работы в клубе ты будешь работать в моей постели.
Теперь она зажата между двумя братьями: один любит её, другой — хочет так, как никто и никогда.
И его желание превращается в войну, в которую она втягивается против своей воли.
Он разрушит её жизнь…
или станет тем, кто разбудит в ней то, о чём она боялась даже думать.
— Вон отсюда! Ты хоть понимаешь, что несешь? Я друг твоего отца! Я тебе подгузники менял! — Давид бьет кулаком по столу так, что звенит стекло. — Иди играй в куклы, деточка. Здесь тебе не место.
— Мне уже двадцать!
Я вжимаю голову в плечи, глотая злые слезы обиды. Он видит во мне ребенка. Но его тяжелый, черный взгляд, скользящий по моим губам, говорит об обратном. Он хочет меня, я чувствую это кожей.
Я уйду. Но когда мой бывший загонит меня в угол, именно этот страшный «дядя» приедет, разнесет пол-университета и заявит на весь мир: «Она моя. Тронешь её — умрешь».
— Мне уже двадцать!
Я вжимаю голову в плечи, глотая злые слезы обиды. Он видит во мне ребенка. Но его тяжелый, черный взгляд, скользящий по моим губам, говорит об обратном. Он хочет меня, я чувствую это кожей.
Я уйду. Но когда мой бывший загонит меня в угол, именно этот страшный «дядя» приедет, разнесет пол-университета и заявит на весь мир: «Она моя. Тронешь её — умрешь».
Принцу драконов катастрофически не везет с женами: не успела отгреметь очередная пышная свадьба, ложе новобрачных еще хранит тепло разгоряченных тел, а супруга – уже четвертая его попытка заиметь семейный статус – снова погибает при таинственных обстоятельствах. Считая, что на нем лежит проклятье, Альгерд не хочет больше испытывать судьбу и ставить под удар жизни невинных девушек. Вот только отец настаивает: ты будущий король, тебе нужна жена, наследники! И ищет ему очередную невесту…
Война отняла у нее все: дом, семью, а теперь и свободу. Майя привыкла выживать в мире, где преследуют таких, как она, и когда она оказывается в плену, ничто не сулит надежду на счастливое спасение. Вот только именно в заточении, когда Майе кажется, что она по-настоящему одинока, судьба вдруг сводит ее с человеком, который возвращает ей надежду.
Она искала убежище. Он – покой. Но запретная страсть не оставляет места ни для спасения, ни для тишины.
Полина бежала в ночь – от пьяных криков, от места, которое давно перестало быть домом. Единственная надежда – дом подруги Лили, где та предложила переждать новогодние каникулы. Всё просто: пустые комнаты, тишина… и безопасность.
Но план рушится в тот миг, когда возвращается Глеб – отец Лили. Строгий, холодный, с глазами, в которых читается раздражение.
Он не хотел никого видеть. Особенно – хрупкую девушку с испуганным взглядом, которую его дочь решила «спасти». Но отказаться – значит выгнать её на мороз. А Глеб не может этого сделать.
Теперь они – под одной крышей.
Он – с прошлым, которое не отпускает.
Она – с будущим, которого боится.
Они сближаются. Медленно. Неизбежно. Опасно.
Потому что он – отец её подруги.
Потому что между ними – не просто огромная пропасть. А предательство. И любовь, за которую придётся заплатить.
Полина бежала в ночь – от пьяных криков, от места, которое давно перестало быть домом. Единственная надежда – дом подруги Лили, где та предложила переждать новогодние каникулы. Всё просто: пустые комнаты, тишина… и безопасность.
Но план рушится в тот миг, когда возвращается Глеб – отец Лили. Строгий, холодный, с глазами, в которых читается раздражение.
Он не хотел никого видеть. Особенно – хрупкую девушку с испуганным взглядом, которую его дочь решила «спасти». Но отказаться – значит выгнать её на мороз. А Глеб не может этого сделать.
Теперь они – под одной крышей.
Он – с прошлым, которое не отпускает.
Она – с будущим, которого боится.
Они сближаются. Медленно. Неизбежно. Опасно.
Потому что он – отец её подруги.
Потому что между ними – не просто огромная пропасть. А предательство. И любовь, за которую придётся заплатить.
Выберите полку для книги