Подборка книг по тегу: "неидеальные герои"
- Я отец твоего будущего ребенка!
Чушь, просто чушь! Не может такого быть! В клинике, выбирая донора для ЭКО, я остановилась на красивом интеллигентном французе. Так что этот огромный бородатый мужик, похожий на бандита, точно не может быть нашим папой!
И все же... Это оказалось правдой. А жуткий тип, появившийся у меня на пороге, не собирается оставить нас с будущим малышом в покое. Он собрался участвовать в жизни ребенка. И в моей!
Чушь, просто чушь! Не может такого быть! В клинике, выбирая донора для ЭКО, я остановилась на красивом интеллигентном французе. Так что этот огромный бородатый мужик, похожий на бандита, точно не может быть нашим папой!
И все же... Это оказалось правдой. А жуткий тип, появившийся у меня на пороге, не собирается оставить нас с будущим малышом в покое. Он собрался участвовать в жизни ребенка. И в моей!
– Здравствуйте, – тихо пискнула Аня, уже почти одевшись.
И разве что смятые простыни, как и её растрёпанные волосы и смазанная помада, говорили о том, что происходило в этой комнате несколько минут назад.
– Катя, только не начинай, – зло произнёс муж, потеснив меня в сторону, позволяя Ане выбежать из спальни.
– Предатель!
Вспыхнув прямо как спичка, я налетела на Арсения, ударяя его по груди, царапая и пытаясь оставить на его коже как можно больше следов, чтобы он смог прочувствовать мою боль.
Двадцать один год брака, взрослый сын, идеальная пара, как некоторые нас называли, много счастливых моментов, и такой финал?
И разве что смятые простыни, как и её растрёпанные волосы и смазанная помада, говорили о том, что происходило в этой комнате несколько минут назад.
– Катя, только не начинай, – зло произнёс муж, потеснив меня в сторону, позволяя Ане выбежать из спальни.
– Предатель!
Вспыхнув прямо как спичка, я налетела на Арсения, ударяя его по груди, царапая и пытаясь оставить на его коже как можно больше следов, чтобы он смог прочувствовать мою боль.
Двадцать один год брака, взрослый сын, идеальная пара, как некоторые нас называли, много счастливых моментов, и такой финал?
Мой план был безупречен: соблазнить молодого мужа матери, разоблачить его как обычного альфонса и с триумфом вернуть ей здравый смысл. Ведь я всегда получаю то, что хочу. И мужчины — не исключение.
Но что-то пошло не так.
Олег оказался не просто крепким орешком, а неприступной крепостью. Его холодный взгляд игнорирует все мои уловки, но от случайного прикосновения его пальцев у меня по коже бегут мурашки. Игра, которую я затеяла, становится всё опаснее, ведь мой главный противник — не его воля, а собственное сердце, которое предательски замирает при виде отчима.
Теперь на кону не только мамино счастье, но и мой собственный рассудок. Смогу ли я довести свой план до конца, когда запретное желание сжигает меня изнутри, а старая семейная тайна вот-вот вырвется наружу?
Но что-то пошло не так.
Олег оказался не просто крепким орешком, а неприступной крепостью. Его холодный взгляд игнорирует все мои уловки, но от случайного прикосновения его пальцев у меня по коже бегут мурашки. Игра, которую я затеяла, становится всё опаснее, ведь мой главный противник — не его воля, а собственное сердце, которое предательски замирает при виде отчима.
Теперь на кону не только мамино счастье, но и мой собственный рассудок. Смогу ли я довести свой план до конца, когда запретное желание сжигает меня изнутри, а старая семейная тайна вот-вот вырвется наружу?
Засунув свою гордость и страх, подальше я сделала шаг вперед, а потом еще один и с каждым разом мне становилось все легче. Остановившись возле кресла, тихим, но уверенным голосом произнесла:
- Я согласна.
- Хорошо, - не глядя на меня, ответил Марк. Открыл стол и извлек из ящика папку.
Небрежно бросил ее на стол. Присев в кресло, стала читать.
- Обрати внимание на пункт 7.1.
Чем больше я читала, тем сильнее росло во мне возмущение.
- Что это?
- Контракт, - сухо ответил мужчина.
- Этого пункта не было, - растеряно ответила я.
- Теперь есть.
- Почему?
- Ты же отказалась, когда я предлагал его на твоих условиях. Теперь подписывай на моих.
Очень откровенно
Сильный уверенный мужчина и героиня с ребенком.
ХЭ
Автор обложки - K-Vogel
https://vk.com/club
- Я согласна.
- Хорошо, - не глядя на меня, ответил Марк. Открыл стол и извлек из ящика папку.
Небрежно бросил ее на стол. Присев в кресло, стала читать.
- Обрати внимание на пункт 7.1.
Чем больше я читала, тем сильнее росло во мне возмущение.
- Что это?
- Контракт, - сухо ответил мужчина.
- Этого пункта не было, - растеряно ответила я.
- Теперь есть.
- Почему?
- Ты же отказалась, когда я предлагал его на твоих условиях. Теперь подписывай на моих.
Очень откровенно
Сильный уверенный мужчина и героиня с ребенком.
ХЭ
Автор обложки - K-Vogel
https://vk.com/club
На что готовы люди, чтобы защитить своих близких? Как ползёт время, когда они не в состоянии добиться желаемого? И все ли мечты должны стать реальностью? Никто не может ответить на эти вопросы, пока его путь не пройден. Так пусть он продолжится.
Дар делает тебя одним из сильнейших магов во всём мире. Окружающие боятся и желают видеть на своей стороне. Но какой в этом смысл, если ты не можешь вернуть ту, кого любишь всем сердцем? Тратишь всё свободное время, ищешь способ спасти её душу, но не можешь — словно боги вмешиваются в судьбу и путают карты. Да так, что неясно, верен ли тот путь, который ты избрал...
Дар делает тебя одним из сильнейших магов во всём мире. Окружающие боятся и желают видеть на своей стороне. Но какой в этом смысл, если ты не можешь вернуть ту, кого любишь всем сердцем? Тратишь всё свободное время, ищешь способ спасти её душу, но не можешь — словно боги вмешиваются в судьбу и путают карты. Да так, что неясно, верен ли тот путь, который ты избрал...
Мне нередко удавалось побеждать – бедность, рабочие задачи, алчность бывшего мужа, только вот болезнь победить не удалось. Но оказалось, что за гранью тоже что-то есть, и это «что-то» один в один как моя любимая эпоха, эх, развернусь!
Но тело мне выдали какое-то беспомощное и с трудной судьбой. Слова за себя сказать не могла, дожила, что едва не убили. И до сих пор подгрызают.
Что ж, прижучим вредных родственников, заручимся помощью влиятельных людей и вперёд, на поиски врагов. Вика Мирошникова выходит на тропу войны, кто не спрятался, я не виновата!
Но тело мне выдали какое-то беспомощное и с трудной судьбой. Слова за себя сказать не могла, дожила, что едва не убили. И до сих пор подгрызают.
Что ж, прижучим вредных родственников, заручимся помощью влиятельных людей и вперёд, на поиски врагов. Вика Мирошникова выходит на тропу войны, кто не спрятался, я не виновата!
Привет, девчата, будем знакомы!
Зовут меня Виктор Тихонов, я полковник, много лет работаю в органах, а ещё я заядлый холостяк, без семьи, без детей.
Зато сколько негодяев переловил за свою карьеру!
И сейчас готовлюсь поймать банду опаснейших грабителей, получив наводку на одну квартиру, в которой прячется опасная преступница…
Только почему в логове грабительницы я нахожу не её, а двух маленьких девочек… что они здесь делают?
И почему у них мои глаза… мои улыбки…
Да что тут вообще творится? Кто мама этих девочек, и где она?
И почему сами девочки называют меня…
Зовут меня Виктор Тихонов, я полковник, много лет работаю в органах, а ещё я заядлый холостяк, без семьи, без детей.
Зато сколько негодяев переловил за свою карьеру!
И сейчас готовлюсь поймать банду опаснейших грабителей, получив наводку на одну квартиру, в которой прячется опасная преступница…
Только почему в логове грабительницы я нахожу не её, а двух маленьких девочек… что они здесь делают?
И почему у них мои глаза… мои улыбки…
Да что тут вообще творится? Кто мама этих девочек, и где она?
И почему сами девочки называют меня…
– Ты сама виновата, – муж с силой сжимает мое горло. – Напросилась. Я сколько раз тебе говорил? Не выводи меня из себя!
Я хватаю ртом воздух, царапаю ногтями руку мужа, стараясь высвободиться. Глаза наполняют слезы, голова кружится.
Муж смотрит на меня с ненавистью.
Швыряет в сторону, я больно бьюсь плечом о стену и медленно сползаю на пол. Боль резко распространяется по телу.
Я до боли кусаю губы, знаю, что кричать нельзя ни в коем случае.
Нельзя ничего не говорить, нельзя ему перечить, а иначе станет только хуже.
Сжимаюсь у стены в комок, опускаю взгляд.
Я живу с монстром, уже много лет.
Не могу вырваться из этого ада.
Но может быть, есть крохотный шанс что все изменится?
Я хватаю ртом воздух, царапаю ногтями руку мужа, стараясь высвободиться. Глаза наполняют слезы, голова кружится.
Муж смотрит на меня с ненавистью.
Швыряет в сторону, я больно бьюсь плечом о стену и медленно сползаю на пол. Боль резко распространяется по телу.
Я до боли кусаю губы, знаю, что кричать нельзя ни в коем случае.
Нельзя ничего не говорить, нельзя ему перечить, а иначе станет только хуже.
Сжимаюсь у стены в комок, опускаю взгляд.
Я живу с монстром, уже много лет.
Не могу вырваться из этого ада.
Но может быть, есть крохотный шанс что все изменится?
Его зовут Артур. Не король, но вполне себе схоже. Все знают его как сына одной знаменитой особы. Как мажора, который гоняет на дорогой тачке и устилает дорожку от парковки до Академии осколкам разбитых женских сердец.
Ему двадцать один. Он не тусуется в барах и клубах. Презрительно фыркает на все приглашения. Друзья считают, что ему давно жмёт корона, а он... На самом деле просто не имеет свободного времени на всю эту хрень. Работает в одном из элиток под маской, со сценическим псевдом: Ауч (Ouch!). Названая мать – богатая вдова, любовница прилично старше. Та, что не спрашивая спонсирует его любые «капризы». А он исполняет её. Морально. Ментально. Физически.
И в жизни всё просто и круто, пока на одном из виражей не появляется Она. Девчонка, ради которой однажды стоит забить на всё. Познакомить с настоящей матерью... И эта мысль преследует своей правильностью и логичностью, пока не натыкается на любимую в клубе. И не слышит призывно-капризное:
— Сегодня мои желания исполнит Ouch!
Ему двадцать один. Он не тусуется в барах и клубах. Презрительно фыркает на все приглашения. Друзья считают, что ему давно жмёт корона, а он... На самом деле просто не имеет свободного времени на всю эту хрень. Работает в одном из элиток под маской, со сценическим псевдом: Ауч (Ouch!). Названая мать – богатая вдова, любовница прилично старше. Та, что не спрашивая спонсирует его любые «капризы». А он исполняет её. Морально. Ментально. Физически.
И в жизни всё просто и круто, пока на одном из виражей не появляется Она. Девчонка, ради которой однажды стоит забить на всё. Познакомить с настоящей матерью... И эта мысль преследует своей правильностью и логичностью, пока не натыкается на любимую в клубе. И не слышит призывно-капризное:
— Сегодня мои желания исполнит Ouch!
— Я не забыла тебя, — стоя за дверью, слышу голос Снежаны. Моей родной сестры. — Вижу, как ты смотришь на меня…
Вот же змея подколодная! Флиртует с чужим мужем и не стесняется!
— Снежана, тише, — шипит Артур, и в его голосе слышится тревога. — Вдруг нас кто-то услышит…
— Мне все равно. Я скучала по тебе. Все эти годы.
Гадина! Дрянь! Он мой! Муж! Мой Артур!
— Снежана, прошу тебя, — голос Артура звучит уже более настойчиво.
— А ты? Ты скучал по мне?
В ответ лишь слышу невнятный шепот мужа. Черт возьми, каков был его ответ?!
— Я тоже… — шепчет Снежана.
Эти слова ударяют меня под дых.
Вдруг разговор обрывается. Слышу чмокающие звуки.
Меня начинает тошнить. Резко поворачиваюсь и бегу в уборную.
Закрываюсь в кабинке, падаю на холодный кафель и сгибаюсь пополам.
Это проклятое отравление все никак не отпустит. Или это от предательства меня тошнит? От боли? От осознания того, что мой муж… Все еще любит мою сестру?
Вот же змея подколодная! Флиртует с чужим мужем и не стесняется!
— Снежана, тише, — шипит Артур, и в его голосе слышится тревога. — Вдруг нас кто-то услышит…
— Мне все равно. Я скучала по тебе. Все эти годы.
Гадина! Дрянь! Он мой! Муж! Мой Артур!
— Снежана, прошу тебя, — голос Артура звучит уже более настойчиво.
— А ты? Ты скучал по мне?
В ответ лишь слышу невнятный шепот мужа. Черт возьми, каков был его ответ?!
— Я тоже… — шепчет Снежана.
Эти слова ударяют меня под дых.
Вдруг разговор обрывается. Слышу чмокающие звуки.
Меня начинает тошнить. Резко поворачиваюсь и бегу в уборную.
Закрываюсь в кабинке, падаю на холодный кафель и сгибаюсь пополам.
Это проклятое отравление все никак не отпустит. Или это от предательства меня тошнит? От боли? От осознания того, что мой муж… Все еще любит мою сестру?
Выберите полку для книги