Книги по тегу «общий ребенок»: ""
— Стас, умоляю, спаси ее... — заплаканными глазами смотрю на мужчину. На свою последнюю надежду.
— Чей это ребенок? — голос бывшего гремит раскатами грома, пронзая насквозь. В самое сердце. — Мой? Отвечай!
***
Я научилась справляться сама. Жить без него. На руках с маленьким ребёнком. Его ребёнком.
И теперь, спустя столько лет, я должна посмотреть в такие родные и одновременно чужие глаза бывшего, умоляя его о помощи.
— Чей это ребенок? — голос бывшего гремит раскатами грома, пронзая насквозь. В самое сердце. — Мой? Отвечай!
***
Я научилась справляться сама. Жить без него. На руках с маленьким ребёнком. Его ребёнком.
И теперь, спустя столько лет, я должна посмотреть в такие родные и одновременно чужие глаза бывшего, умоляя его о помощи.
В ступоре Надя наблюдала, как ладонь мужа скользит по стройной талии блондинки, как его губы наклоняются к её изящному аккуратному уху и что-то игриво шепчут. Надя не узнала собственного мужа. Она не видела его таким уже миллион лет. Но главным шоком для неё стало то, что Сергей потянул за собой свою спутницу в сторону бутика со свадебными нарядами. "Это что, какая-то дурацкая неудачная шутка?" — подумала женщина, отказываясь находить хоть какое-то логическое объяснение происходящему.
Это что же получается, муж в открытую изменяет ей?
Это что же получается, муж в открытую изменяет ей?
— Я всё равно хочу развода, — произношу, приложив ладонь к плоскому животу.
В глазах стоят слезы. Я могла потерять ребёнка. И всё из-за Захара!
После его грубости я не могу представить, как буду рядом с ним. Нет! Больше не останусь рядом и на минуту.
— Значит развод?.. — тянет муж, а его голос так и звенит угрозой.
— Да. Развод и точка, — хоть и сжимаюсь внутри, смотрю прямо, с вызовом.
— Хорошо. Ты получишь его после того, как родишь моего ребёнка. Он или она родится в браке и останется со мной. А ты сможешь уйти, раз так сильно хочешь развода, — выплёвывает Захар и, хлопнув дверью, выходит.
Оставляет меня наедине с мыслями, и они совсем не весёлые.
В глазах стоят слезы. Я могла потерять ребёнка. И всё из-за Захара!
После его грубости я не могу представить, как буду рядом с ним. Нет! Больше не останусь рядом и на минуту.
— Значит развод?.. — тянет муж, а его голос так и звенит угрозой.
— Да. Развод и точка, — хоть и сжимаюсь внутри, смотрю прямо, с вызовом.
— Хорошо. Ты получишь его после того, как родишь моего ребёнка. Он или она родится в браке и останется со мной. А ты сможешь уйти, раз так сильно хочешь развода, — выплёвывает Захар и, хлопнув дверью, выходит.
Оставляет меня наедине с мыслями, и они совсем не весёлые.
Продолжение книги "День святого Валентина". Можно читать как отдельную книгу.
Прошло пять лет после увиденного Викой предательства Максима. Вика снова вернулась в Москву, но уже вместе с сыном. Одна случайная встреча с Максимом, заставила снова биться сердце Вики чаще. Узнает ли Максим о сыне? Простит ли Вика Максима? К чему может привести совместный отдых с бывшим? Читайте книгу и все узнаете.
Прошло пять лет после увиденного Викой предательства Максима. Вика снова вернулась в Москву, но уже вместе с сыном. Одна случайная встреча с Максимом, заставила снова биться сердце Вики чаще. Узнает ли Максим о сыне? Простит ли Вика Максима? К чему может привести совместный отдых с бывшим? Читайте книгу и все узнаете.
Внутри всё закипает от гнева и обиды. Я ему названиваю который день, волнуюсь и передумала много всего неприятного, а он тут…
«Изменник!» – звучит лишь одно приличное слово в мозгу.
С трудом сдерживаясь, разворачиваюсь и следую за коллегами. Волна ярости схлынула. Теперь подкатывает страшное чувство разочарования, ужасно хочется разреветься, забившись в уголок. Но вокруг люди, которым я не имею права настроение портить, они сюда не затем приехали, чтобы на мою истерику любоваться.
Потому стискиваю челюсти и решаю: никакой истерики не будет!
Пытаюсь, – и это удаётся с огромным трудом, – включить рациональное мышление, не поддаваться эмоциям. Он мне изменяет. Это теперь стало очевидно.
«Изменник!» – звучит лишь одно приличное слово в мозгу.
С трудом сдерживаясь, разворачиваюсь и следую за коллегами. Волна ярости схлынула. Теперь подкатывает страшное чувство разочарования, ужасно хочется разреветься, забившись в уголок. Но вокруг люди, которым я не имею права настроение портить, они сюда не затем приехали, чтобы на мою истерику любоваться.
Потому стискиваю челюсти и решаю: никакой истерики не будет!
Пытаюсь, – и это удаётся с огромным трудом, – включить рациональное мышление, не поддаваться эмоциям. Он мне изменяет. Это теперь стало очевидно.
Шесть лет назад Данил решил, что я ему не нужна. Ушёл, бросив одну в чужом городе, вычеркнул из жизни.
Шесть лет я уверяла себя, что он мне не нужен. Но одна встреча, и все уверения рассыпались прахом.
У моего бывшего мужа новая жена и вот-вот родится дочь, а я…
Что между нами осталось? Болезненное прошлое... и дочь. Наша с ним дочь, о которой он не знает.
Шесть лет я уверяла себя, что он мне не нужен. Но одна встреча, и все уверения рассыпались прахом.
У моего бывшего мужа новая жена и вот-вот родится дочь, а я…
Что между нами осталось? Болезненное прошлое... и дочь. Наша с ним дочь, о которой он не знает.
— Диана, ответь, пожалуйста на звонок! Я бреюсь, это наверняка мама! Хочет узнать, во сколько внучку к ней привезём, — кричит из ванной комнаты муж.
Я протягиваю руку к телефону, ожидая увидеть имя свекрови на экране, но вместо этого высвечивается звонок от какого-то «Котёнка»!
На фотографии контакта изображена незнакомая мне молодая девушка в обнимку с моим мужем...
Что?!
А после, от разлучницы и вовсе приходит сообщение:
«Стасик, котик, извини что звоню. Заезжай в „Колибри“ к концу моей смены, я хочу угостить тебя фирменным кофе. Люблю, скучаю, твоя киса».
Сердце бешено колотится, и в голове пульсирует только одна мысль:
«Как он мог?»
Я протягиваю руку к телефону, ожидая увидеть имя свекрови на экране, но вместо этого высвечивается звонок от какого-то «Котёнка»!
На фотографии контакта изображена незнакомая мне молодая девушка в обнимку с моим мужем...
Что?!
А после, от разлучницы и вовсе приходит сообщение:
«Стасик, котик, извини что звоню. Заезжай в „Колибри“ к концу моей смены, я хочу угостить тебя фирменным кофе. Люблю, скучаю, твоя киса».
Сердце бешено колотится, и в голове пульсирует только одна мысль:
«Как он мог?»
— Девочки лучше мальчиков, — заявляет дочка, глядя в карие глаза моего босса.
— И кто это сказал? — опускается перед ней на корточки и серьёзно слушает.
— Моя мама! — выдаёт с гордостью, и мужчина возводит на меня взгляд, отчего сердце ухает в пятках.
— Ребёнок, а ты, собственно, кто? — он еле сдерживает улыбку, внимательно присматриваясь к моей болтушке
— Ваша дочь!
И моё сердце занимается в груди от страха.
***
Одна случайная связь изменила всю мою жизнь.
Я осталась одна с ребёнком на руках. Без средств к существованию. Спасла только работа горничной в доме влиятельного человека.
И им оказался мой бывший, который не помнит ни меня, ни нашу единственную ночь вместе.
— И кто это сказал? — опускается перед ней на корточки и серьёзно слушает.
— Моя мама! — выдаёт с гордостью, и мужчина возводит на меня взгляд, отчего сердце ухает в пятках.
— Ребёнок, а ты, собственно, кто? — он еле сдерживает улыбку, внимательно присматриваясь к моей болтушке
— Ваша дочь!
И моё сердце занимается в груди от страха.
***
Одна случайная связь изменила всю мою жизнь.
Я осталась одна с ребёнком на руках. Без средств к существованию. Спасла только работа горничной в доме влиятельного человека.
И им оказался мой бывший, который не помнит ни меня, ни нашу единственную ночь вместе.
– А вот и моя мама! - показывает малышка, играющая с моей собакой, в сторону красивой стройной женщины, которая поднимает свой взгляд.
Сердце пропускает удар. Боль внутри меня разливается.
Смотрю в ее шикарные глаза, в которых когда-то тонул.
Она тоже узнает меня, застывая на одном месте. Шумно сглатывает.
– Что с тобой делает моя дочь? - спрашивает она пересохшими губами.
Эта малышка - ее ребенок? И чей еще? В голове пульсирует этот волнующий вопрос.
Сердце пропускает удар. Боль внутри меня разливается.
Смотрю в ее шикарные глаза, в которых когда-то тонул.
Она тоже узнает меня, застывая на одном месте. Шумно сглатывает.
– Что с тобой делает моя дочь? - спрашивает она пересохшими губами.
Эта малышка - ее ребенок? И чей еще? В голове пульсирует этот волнующий вопрос.
Дочки на площадке нет.
Воспитатель, испуганно оглядываясь, ищет её, пытается припомнить, не пошла ли Руслана в туалет.
Но я раньше, чем Агния Петровна, вижу рыжие хвостики своей малютки. Она стоит рядом с двумя мужчинами в деловых костюмах, сидящими на скамейке чуть в стороне.
Тут же спешу к ним. Руслана замечает меня, но ведет себя так, словно уходить с площадки – норма.
— Мам, — кричит она. — Этот дядя согласился построить садик по моему проекту.
Только пытаюсь объяснить дочери, что разговаривать с чужими нельзя, собеседники Русланы оборачиваются, и я теряю дар речи. Одного мужчину я не знаю, да и не смотрю на него. Внимание примагничивает к другому.
Передо мной Дорохов Руслан Викторович – отец моей дочери.
В голове вихрем проносится масса вопросов:
Как он, едва приехав в Москву, оказался в садике, который посещает Руслана?
Неужели он знает о ней?
Чем это может обернуться для меня?
Воспитатель, испуганно оглядываясь, ищет её, пытается припомнить, не пошла ли Руслана в туалет.
Но я раньше, чем Агния Петровна, вижу рыжие хвостики своей малютки. Она стоит рядом с двумя мужчинами в деловых костюмах, сидящими на скамейке чуть в стороне.
Тут же спешу к ним. Руслана замечает меня, но ведет себя так, словно уходить с площадки – норма.
— Мам, — кричит она. — Этот дядя согласился построить садик по моему проекту.
Только пытаюсь объяснить дочери, что разговаривать с чужими нельзя, собеседники Русланы оборачиваются, и я теряю дар речи. Одного мужчину я не знаю, да и не смотрю на него. Внимание примагничивает к другому.
Передо мной Дорохов Руслан Викторович – отец моей дочери.
В голове вихрем проносится масса вопросов:
Как он, едва приехав в Москву, оказался в садике, который посещает Руслана?
Неужели он знает о ней?
Чем это может обернуться для меня?
Выберите полку для книги