Книги по тегу «общий ребенок»: ""
БЕСПЛАТНАЯ НОВИНКА!
В сорок лет я застаю мужа с любовницей. Теперь мне предстоит начать жизнь с нуля: открыть собственное агентство недвижимости, пережить болезненный развод и научиться снова доверять мужчинам. Особенно одному невозмутимому юристу. Он не говорит красивых слов, но всегда оказывается рядом, когда мне кажется, что сил больше нет. Но иногда одна случайно услышанная фраза может разрушить то, что только начинает зарождаться.
В сорок лет я застаю мужа с любовницей. Теперь мне предстоит начать жизнь с нуля: открыть собственное агентство недвижимости, пережить болезненный развод и научиться снова доверять мужчинам. Особенно одному невозмутимому юристу. Он не говорит красивых слов, но всегда оказывается рядом, когда мне кажется, что сил больше нет. Но иногда одна случайно услышанная фраза может разрушить то, что только начинает зарождаться.
— Я женюсь.
— Да ладно? — Я сел на кровати. — На Рите?
— А на ком же ещё? Илья, я... я не могу без неё. Она та самая, понимаешь?
Я молчал несколько секунд. В трубке потрескивало.
— Понимаю, — сказал, наконец. — Она отличная. Поздравляю.
— Спасибо, брат. Ты будешь свидетелем?
— Конечно. Куда же я денусь.
Положил трубку и долго смотрел в потолок. Потом встал, подошёл к зеркалу и увидел своё лицо — такое же, как у Глеба. Абсолютно такое же. И подумал: если бы я подошёл к ней первым, если бы успел — было бы всё по-другому? Ответа не было.
Я всегда был в тени своего брата. Следовал за ним, помогал, поддерживал, принимал вторые роли. Я привык к такой жизни, даже смирился с тем, что девушка мечты так навсегда и останется на расстоянии вытянутой руки, моя, но чужая. Жена моего брата. Так оно и было, до тех пор, пока не случилось то, что изменило жизни всех нас на до и после...
— Да ладно? — Я сел на кровати. — На Рите?
— А на ком же ещё? Илья, я... я не могу без неё. Она та самая, понимаешь?
Я молчал несколько секунд. В трубке потрескивало.
— Понимаю, — сказал, наконец. — Она отличная. Поздравляю.
— Спасибо, брат. Ты будешь свидетелем?
— Конечно. Куда же я денусь.
Положил трубку и долго смотрел в потолок. Потом встал, подошёл к зеркалу и увидел своё лицо — такое же, как у Глеба. Абсолютно такое же. И подумал: если бы я подошёл к ней первым, если бы успел — было бы всё по-другому? Ответа не было.
Я всегда был в тени своего брата. Следовал за ним, помогал, поддерживал, принимал вторые роли. Я привык к такой жизни, даже смирился с тем, что девушка мечты так навсегда и останется на расстоянии вытянутой руки, моя, но чужая. Жена моего брата. Так оно и было, до тех пор, пока не случилось то, что изменило жизни всех нас на до и после...
– Ваш муж попал в ДТП в Воронеже, – сообщил мне голос в трубке.
Я застыла.
Воронеж?
Как Воронеж?
Но ведь Рома собирался… в Казань.
Но это был он. Мой Рома.
Двадцать лет брака. Взрослый сын. И наша семья.
Разве я могла все это потерять?
Но, оказавшись в больнице, я пожалела об обещании врачу приехать.
У его палаты меня встретила женщина с заплаканным лицом.
– Я так переживаю за него, – она утерла рукавом глаза. – Ведь он – единственный, кто меня любит!
Компанию я ей составлять не стала. Отправилась гулять по незнакомому городу, по пути звоня адвокату.
Но быть одной в чужом городе – не лучшая идея.
В чём я очень скоро убедилась.
Я застыла.
Воронеж?
Как Воронеж?
Но ведь Рома собирался… в Казань.
Но это был он. Мой Рома.
Двадцать лет брака. Взрослый сын. И наша семья.
Разве я могла все это потерять?
Но, оказавшись в больнице, я пожалела об обещании врачу приехать.
У его палаты меня встретила женщина с заплаканным лицом.
– Я так переживаю за него, – она утерла рукавом глаза. – Ведь он – единственный, кто меня любит!
Компанию я ей составлять не стала. Отправилась гулять по незнакомому городу, по пути звоня адвокату.
Но быть одной в чужом городе – не лучшая идея.
В чём я очень скоро убедилась.
Когда муж заявил, что у него серьёзные проблемы и нужно срочно продать квартиру в Москве, я думала только о дочери. Игорь обещал, что всё уладит и мы скоро вернёмся в город.
Дни складывались в недели, недели — в месяцы. Проблемы так и оставались проблемами, а его визиты становились всё реже.
Однажды в один из коротких приездов он забыл телефон. И я поняла: его проблемы давно решились. Просто настоящей проблемой для него оказались я и наша дочь.
Дни складывались в недели, недели — в месяцы. Проблемы так и оставались проблемами, а его визиты становились всё реже.
Однажды в один из коротких приездов он забыл телефон. И я поняла: его проблемы давно решились. Просто настоящей проблемой для него оказались я и наша дочь.
— Она же моя племянница…
— Не нагнетай! — рявкнул муж и ударил в стену рядом со мной ладонью. — Она совершеннолетняя девица и в праве решать с кем быть!
— Поэтому она выбрала моего мужа?
— Ничего страшного не произошло! — зарычал муж. — А если ты не будешь истерить, то мы разберёмся и все забудем!
— Как разберемся? Она беременна! — крикнула я, и мир перед глазами потерял очертания.
— Не нагнетай! — рявкнул муж и ударил в стену рядом со мной ладонью. — Она совершеннолетняя девица и в праве решать с кем быть!
— Поэтому она выбрала моего мужа?
— Ничего страшного не произошло! — зарычал муж. — А если ты не будешь истерить, то мы разберёмся и все забудем!
— Как разберемся? Она беременна! — крикнула я, и мир перед глазами потерял очертания.
Брат моего любимого человека сделал так, что Ян поверил: я изменила ему с его собственным братом.
Он не стал слушать меня, просто ушел. Оставил записку и уехал в другой город, где вскоре женился.
А я… осталась одна с его ребенком под сердцем.
«Абонент временно недоступен…»
Ян сменил номер. Стёр меня из своей жизни полностью, тотально. Как будто меня и не было. Как будто и не было нашей любви.
Я положила ладонь на ещё плоский, ничем не выдающий себя живот.
– Ничего малыш, мама справится. Обязательно справится. А папа еще будет локти кусать, когда узнает, кого он вычеркнул из своей жизни.
Он не стал слушать меня, просто ушел. Оставил записку и уехал в другой город, где вскоре женился.
А я… осталась одна с его ребенком под сердцем.
«Абонент временно недоступен…»
Ян сменил номер. Стёр меня из своей жизни полностью, тотально. Как будто меня и не было. Как будто и не было нашей любви.
Я положила ладонь на ещё плоский, ничем не выдающий себя живот.
– Ничего малыш, мама справится. Обязательно справится. А папа еще будет локти кусать, когда узнает, кого он вычеркнул из своей жизни.
ЗАВЕРШЕННАЯ ПОВЕСТЬ! МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА НА СТАРТЕ!
— Я разберусь с женой, — с возбужденной хрипотцой звучит голос моего мужа из соседней примерочной. — И нам никто не помешает.
— О, мой тигр!
Замираю в брюках, спущенных до середины колена.
Через тонкую стенку доносится возня и вздохи, смешанные со стонами.
Руки слабеют.
Максим?
Поднимаюсь на цыпочки. Пошатнувшись, опираюсь на перегородку.
Она опасно кренится.
Инстинктивно хватаюсь за стену, а мой телефон с треском падает. И именно в этот момент чертов пылесос отключается.
— Пойдем-ка отсюда, — раздается голос Максима.
— Ну мась, было же весело-о-о…
— Алиса! — рявкает мой муж, пока я беззвучно спрыгиваю на пол и выпрыгиваю с включенной камерой в коридор…
— Я разберусь с женой, — с возбужденной хрипотцой звучит голос моего мужа из соседней примерочной. — И нам никто не помешает.
— О, мой тигр!
Замираю в брюках, спущенных до середины колена.
Через тонкую стенку доносится возня и вздохи, смешанные со стонами.
Руки слабеют.
Максим?
Поднимаюсь на цыпочки. Пошатнувшись, опираюсь на перегородку.
Она опасно кренится.
Инстинктивно хватаюсь за стену, а мой телефон с треском падает. И именно в этот момент чертов пылесос отключается.
— Пойдем-ка отсюда, — раздается голос Максима.
— Ну мась, было же весело-о-о…
— Алиса! — рявкает мой муж, пока я беззвучно спрыгиваю на пол и выпрыгиваю с включенной камерой в коридор…
💛💚💛 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 💛💚💛
— Мам, это мой папа? — громко спрашивает Даня, и моё сердце замирает.
Семь лет назад я убежала от Егора, думая, что так будет лучше. Но сегодня он снова здесь — на свадьбе моей подруги, с другой женщиной.
Он смотрит на меня холодно, будто знает всё. А я молюсь лишь об одном: чтобы он не заметил, как похож на него мой сын.
Я думала, прошлое не догонит. Ошибалась.
— Мам, это мой папа? — громко спрашивает Даня, и моё сердце замирает.
Семь лет назад я убежала от Егора, думая, что так будет лучше. Но сегодня он снова здесь — на свадьбе моей подруги, с другой женщиной.
Он смотрит на меня холодно, будто знает всё. А я молюсь лишь об одном: чтобы он не заметил, как похож на него мой сын.
Я думала, прошлое не догонит. Ошибалась.
💗🤍💗 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 💗🤍💗
Перед встречей с прошлым я была уверена, что пять тысяч километров — надёжное расстояние.
— Мам, а Байкал правда такой большой? — смеётся мой сын.
— Больше, чем все наши беды, — отвечаю я.
Я приезжаю помочь подруге с новым глэмпингом и наконец начинаю жить, а не выживать.
Но в первый же день к берегу подъезжает колонна чёрных внедорожников.
— Вера.
Я узнаю этот голос раньше, чем поднимаю глаза.
Четыре года назад я исчезла из жизни мужчины, которого любила, так и не сказав ему, что беременна.
Теперь у нас есть всего четыре дня под одним небом.
И одна тайна, которая может перевернуть сразу три жизни.
А ещё... бескрайний Байкал!
Перед встречей с прошлым я была уверена, что пять тысяч километров — надёжное расстояние.
— Мам, а Байкал правда такой большой? — смеётся мой сын.
— Больше, чем все наши беды, — отвечаю я.
Я приезжаю помочь подруге с новым глэмпингом и наконец начинаю жить, а не выживать.
Но в первый же день к берегу подъезжает колонна чёрных внедорожников.
— Вера.
Я узнаю этот голос раньше, чем поднимаю глаза.
Четыре года назад я исчезла из жизни мужчины, которого любила, так и не сказав ему, что беременна.
Теперь у нас есть всего четыре дня под одним небом.
И одна тайна, которая может перевернуть сразу три жизни.
А ещё... бескрайний Байкал!
– Анна, вы сегодня были великолепны. Зал просто стоял на ушах, – Павел делает шаг ко мне, обезоруживающе улыбаясь, и протягивает руку для приветствия. – Я счастлив, что скоро состоится наш совместный тур. Мы сделаем лучшее шоу в этой стране.
Веня тут же расплывается в широкой улыбке, победно поглядывая на меня, мол, «смотри, сам Беркутов пришел кланяться».
А я сижу, намертво вцепившись пальцами в подлокотники кресла, чувствуя, как к горлу подступает тошнота. Мои руки мелко дрожат. Этот человек стоит в двух шагах от меня, рассуждает о миллионах и славе, и даже не догадывается, что у нас есть общий сын.
Мысли о сыне, как всегда приводят меня в чувства.
Медленно разжимаю пальцы и заставляю себя подняться. Внутри полыхает жгучий огонь. Вся моя слабость, вся минутная паника испаряются, уступая место расчетливой, звенящей ярости.
Ты не узнал меня, Паша? Что ж, тем хуже для тебя. Теперь правила диктую я.
Веня тут же расплывается в широкой улыбке, победно поглядывая на меня, мол, «смотри, сам Беркутов пришел кланяться».
А я сижу, намертво вцепившись пальцами в подлокотники кресла, чувствуя, как к горлу подступает тошнота. Мои руки мелко дрожат. Этот человек стоит в двух шагах от меня, рассуждает о миллионах и славе, и даже не догадывается, что у нас есть общий сын.
Мысли о сыне, как всегда приводят меня в чувства.
Медленно разжимаю пальцы и заставляю себя подняться. Внутри полыхает жгучий огонь. Вся моя слабость, вся минутная паника испаряются, уступая место расчетливой, звенящей ярости.
Ты не узнал меня, Паша? Что ж, тем хуже для тебя. Теперь правила диктую я.
Выберите полку для книги