Книги по тегу «общий ребенок»: ""

Фотография. При взгляде на которую подкашиваются ноги.
Вероника в нашей спальне. На нашей кровати. Она лежит, обняв спящего Олега. Её темноволосая голова на его плече. На довольном лице победоносная улыбка. Подпись:
«Мы встречаемся уже год. Олег жалеет тебя, оттягивая разговор о разрыве. Боится, что вскроешь вены. Ты ему надоела со своей правильностью. Сделай нам всем одолжение — исчезни. И сделай аборт. Если не захочешь добровольно, найдём способ заставить. У меня есть знакомая бабка, прооперирует быстро и без последствий».

Я сбегаю от гражданского мужа, отправляющего меня на аборт. Рожаю сына, а через семь лет веду его в школу, где мой "бывший" оказывается попечителем...

Выбегаю из ЗАГСа, спотыкаясь о полы своего свадебного платья. Хватаю глазами в панике силуэт бывшего мужа, который держит нашу с ним годовалую дочь.
- Поздравляю тебя, Агата, - произносит он с холодной усмешкой,- идиотское решение играть новую свадьбу в годовщину нашего развода…
- Так совпало…- мой голос дребезжит и дрожит,- я не специально. Отдай дочь, Муслим. Ты про нас все это время не вспоминал…
- Ты сейчас будешь послушной девочкой и сядешь в мою машину, - перебивает грубо,- Мы уедем отсюда вместе. Или я заберу дочь и ты больше никогда ее не увидишь.
Год назад, когда Муслим вероломно предал меня, сразу после выписки из роддома заявив, что берет вторую жену, я подключила все свои силы и средства, чтобы уйти от него с высоко поднятой головой. За это время я попыталась снова стать счастливой и построить свою жизнь, но… бывший снова в нее ворвался и прогибает под себя… Кто кого?

Я поднимаю на него взгляд. Глазам больно от бьющего в лицо света.
— Игнат… — собственный голос кажется мне чужим.
Он делает ещё пару шагов ко мне. Грозный взгляд прилипает к Машеньке.
— Это… твоё? — он произносит слова с таким отвращением, как будто спрашивает о неизлечимой болезни.
Смотрю на него волчицей. Рычу в ответ:
— Да, это моё. Самое лучшее, самое настоящее, что у меня когда-либо было. То, ради чего я стала сильнее. То, о чём ты даже не мечтал, Игнат Сергеевич!
Он приходит в себя. Шок отступает, и на его лицо наползает привычная маска начальника. Он снова ледяной аудитор.
— Александра, — в холодном тоне слышится сталь, — у нас не положено селить родственников в служебном жилье! Это нарушение правил, а значит контракта!

Экран монитора вспыхивает. Я замираю, глядя на открытую переписку мужа.
«Мой муж согласен на свободные отношения, теперь твоя очередь поговорить с женой».
Сердце колотится. Елена. Его первая любовь. Они планируют это уже месяцы.
Дверь открывается, Никита видит меня и всё понимает.
Жду извинений, оправданий, паники, но он выдыхает:
— Так даже лучше. Что скажешь?
— Что?!
— Мы вместе двенадцать лет, Алина, пора разнообразить отношения. Свободные отношения — это не измена, это соглашение.
— Если хочешь быть с ней, мы просто разведёмся!
— Я не хочу разводиться. Я люблю тебя. Люблю нашу семью. Мне просто нужно... закрыть этот вопрос из прошлого.
Смотрю на него и не понимаю, что делать.
Всю жизнь за меня решали другие. Родители выбрали профессию, отец познакомил с мужем, мама сказала, когда рожать.
И теперь впервые в жизни мне нужно принять решение самой, а я не знаю как...

🩵🩷🩵 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 🩵🩷🩵

Пять лет назад он сказал всего одну фразу — и моя жизнь раскололась пополам.
Пять лет я училась жить без него.

А потом метель закрыла аэропорт.
И судьба снова столкнула нас лицом к лицу.

— Алиса…
— Кирилл…

И всё могло бы закончиться обычной неловкой встречей бывших.
Если бы рядом со мной не стояла маленькая девочка.

Девочка с его глазами.

Он ещё не знает правды.
Но уже начинает догадываться.

И я боюсь лишь одного — момента, когда он задаст самый страшный вопрос.

🩵🤍🩵 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 🩵🤍🩵 ПЕРВЫЕ ДНИ ЦЕНА САМАЯ НИЗКАЯ! 🩵🤍🩵

— Мам, кто этот дядя? Почему он так странно смотрит?

Один вопрос сына — и моё сердце снова замирает, как в тот майский вечер, семь лет назад, когда он ушёл навсегда.

Сегодня я успешная художница. Мои картины — это моя жизнь: материнство, одиночество и любовь, которую я так старательно прятала.
Но один взгляд Даниила на полотно, где изображён мой сын, разрушает тишину, которую я так долго хранила.

Потому что на полотне не просто мой ребёнок.
На полотне — его сын.
Тот, о ком он никогда не знал.

Теперь моё прошлое стоит напротив, требуя ответов.
И я больше не могу убежать.

🧡🩷🧡 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 🧡🩷🧡
— А вы чей папа?
Один невинный вопрос, и пять лет моей тщательно построенной жизни рушатся в одно мгновение.

Пять лет назад он уничтожил мою жизнь одной фразой.
Я ушла, не сказав ему о дочерях.

Теперь он стоит передо мной — и я понимаю, мой самый страшный кошмар только начинается.

— Сколько лет ребёнку?

Семь лет назад он исчез из моей жизни — без записки, без звонка, без объяснений.
Оставил меня одну с двумя полосками на тесте и пустой съёмной квартирой.

Я справилась. Вырастила сына. Построила карьеру. Научилась дышать без него.

А теперь мы заперты в застрявшем лифте — два метра зеркального пола, двадцать четыре этажа над землёй, и он уже всё понял.
Он всегда был дьявольски умён.

Мне некуда бежать. Двери не открываются. А его взгляд — тяжёлый, требовательный — не терпит лжи.

Семь лет я строила жизнь без него.
Семь секунд — и она рушится.

🩵🤍🩵 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 🩵🤍🩵

— Марьяна, — говорит он, и впервые я слышу в его голосе то, чего никогда раньше не слышала. — Сколько ей лет?
Я молчу.
— Сколько ей лет? — повторяет, и в голосе уже только сталь.
— Не твоё дело.
— Марьяна.
— Не. Твоё. Дело.
Он делает ещё один шаг ко мне. Теперь между нами — меньше полуметра.
Я чувствую запах его одеколона, того самого, который он носил и тогда, шесть лет назад, — дорогого, терпкого, с нотой чего-то дымного.
От этого запаха у меня темнеет в глазах.
— Мне пять лет и три месяца, — звонко сообщает Аля из травы. — А тебе сколько?
Он не отрывает от меня взгляда.
— Мне тридцать семь, — говорит он ей, а смотрит на меня, как целится. — И у меня, кажется, только что появилась дочь, о которой мне никто не сказал.

— Мама, смотри, — Алиса тычет пальцем в стекло. — Дядя заправляет машину.
Поворачиваюсь туда, куда она показывает. Мужчина в синей робе поворачивается, и я вижу его лицо. Похудевшее, осунувшееся. Виски тронуты сединой. Через правую кисть — широкий багровый шрам.
Глеб. Живой. Но почему до сих пор не пришёл к нам?
Приближаюсь к нему на дрожащих ногах.
— Это я, Глеб. Мы любили друг друга. — Голос срывается от отчаяния. В глазах мольба. — Я родила тебе дочь. Вот она.
Показываю на Алису. Она машет ему из окна, улыбается. Глеб смотрит. В его глазах — удивление. Но не узнавание.
— Простите. Не помню, — он мнётся на месте, явно желая поскорее закончить разговор. — И этого не может быть. Вы ошиблись. У меня давно есть любимая невеста. Она ждала меня. У нас свадьба через несколько дней. Простите, у меня работа.
Я растерянно смотрю в родное лицо, не зная, что делать. Не нужна ему ни я, ни моя дочь, а я стою и выпрашиваю любовь, как милостыню. Боже, как стыдно...