Книги по тегу «одиночество»: ""
В доме, чуть ниже по улице, одним зимним вечером было ужасно шумно. Настолько, что, казалось, голова взорвется вслед за всплеском аплодисментов, хохотом и звоном полных игристого бокалов.
В углу бального зала стояла она — «незнакомка» для восьми миллиардов человек, напротив — он, гость, уставший от праздника. Между ними было не больше метра, но даже этот метр казался бесконечным океаном.
Каждый из них справлял этот праздник в своем собственном одиночестве. Это же и помогло им увидеть друг друга.
Их встреча длилась всего один танец. И зарю, которая вспыхнула за окном.
В углу бального зала стояла она — «незнакомка» для восьми миллиардов человек, напротив — он, гость, уставший от праздника. Между ними было не больше метра, но даже этот метр казался бесконечным океаном.
Каждый из них справлял этот праздник в своем собственном одиночестве. Это же и помогло им увидеть друг друга.
Их встреча длилась всего один танец. И зарю, которая вспыхнула за окном.
Жена уехала в далёкий город — помогать дочери и ухаживать за тяжело больным внуком. Старик остался один в квартире, где они прожили почти всю жизнь.
Перед отъездом она расклеила по дому записки: где лежат крупы, какие таблетки выпить, что закрыть и что выключить. Теперь эти маленькие бумажки заменяют ему её голос и помогают прожить ещё один день.
Рассказ о старости, разлуке и любви, которая остаётся в доме даже тогда, когда человека в нём больше нет.
Перед отъездом она расклеила по дому записки: где лежат крупы, какие таблетки выпить, что закрыть и что выключить. Теперь эти маленькие бумажки заменяют ему её голос и помогают прожить ещё один день.
Рассказ о старости, разлуке и любви, которая остаётся в доме даже тогда, когда человека в нём больше нет.
Кронпринц Элиан не может прикоснуться к человеку. Проклятие сняли, но оставили ему «подарок» — чувствовать чужие эмоции как физическую боль. Смех режет слух. Радость жжёт кожу. Любовь — агония, от которой хочется выть.
Король-отец решает всё просто: женить сына на той, кто не причинит боли. Охотница Лиана не чувствует почти ничего. Её дар — эмоциональная пустота. Она идеальная невеста. Холодная. Безопасная. Мёртвая внутри.
Их брак — сделка. Он получает тишину. Она — титул и защиту.
Король-отец решает всё просто: женить сына на той, кто не причинит боли. Охотница Лиана не чувствует почти ничего. Её дар — эмоциональная пустота. Она идеальная невеста. Холодная. Безопасная. Мёртвая внутри.
Их брак — сделка. Он получает тишину. Она — титул и защиту.
Вивиан давно перестала чувствовать вкус жизни. Существование стало привычкой. Но когда за окном завыли сирены, а розовый туман начал подниматься к её этажу, она поняла: конец света настиг её раньше, чем она успела уйти.
У неё нет желания выживать. Есть только выбор: умереть быстро или умереть медленно. Однако смерть не приходит, когда её ждёшь.
У неё нет желания выживать. Есть только выбор: умереть быстро или умереть медленно. Однако смерть не приходит, когда её ждёшь.
Его предали все. Босс подставил. Друг сдал. Жена ушла, забрав дочь. Он остался один – без денег, без имени, с ножом в боку и голосом в голове.
Бывший военный не сдаётся. Он начинает войну против системы, которая решила его уничтожить. Но чем дальше он идёт, тем меньше понимает: голос – это дар или безумие?
Он вернёт всё. Или сгорит дотла.
Мужской психологический триллер. Без соплей.
Бывший военный не сдаётся. Он начинает войну против системы, которая решила его уничтожить. Но чем дальше он идёт, тем меньше понимает: голос – это дар или безумие?
Он вернёт всё. Или сгорит дотла.
Мужской психологический триллер. Без соплей.
Три месяца одиночества. Три месяца, когда она ложилась в холодную постель и обнимала подушку. Три месяца, когда её тело забыло, каково это — чувствовать чужие руки, чужое дыхание на своей шее, чужой вес рядом.
«Нет, — подумала она. — Не сегодня. Завтра важный день».
Но ноги уже несли её к шкафу, руки уже доставали чёрное платье — то самое, с открытой спиной, которое она купила ещё для Олега и ни разу не надела.
Бар при гостинице был полупустым. Несколько пар в углу, одинокий мужчина за стойкой, бармен, протирающий бокалы. Марина села у окна, заказала бокал сухого красного и стала смотреть на дождь.
Она не заметила, когда он появился рядом. Просто вдруг почувствовала запах — сандал, кожа, что-то тёплое и мужское — и подняла глаза.
— Этот стул занят? — спросил он.
Ему было около тридцати. Тёмные волосы, чуть длиннее, чем принято, лёгкая щетина, серо-зелёные глаза с прищуром человека, который привык оценивать. Костюм без галстука, расстёгнутая верхняя пуговица рубашки.
«Нет, — подумала она. — Не сегодня. Завтра важный день».
Но ноги уже несли её к шкафу, руки уже доставали чёрное платье — то самое, с открытой спиной, которое она купила ещё для Олега и ни разу не надела.
Бар при гостинице был полупустым. Несколько пар в углу, одинокий мужчина за стойкой, бармен, протирающий бокалы. Марина села у окна, заказала бокал сухого красного и стала смотреть на дождь.
Она не заметила, когда он появился рядом. Просто вдруг почувствовала запах — сандал, кожа, что-то тёплое и мужское — и подняла глаза.
— Этот стул занят? — спросил он.
Ему было около тридцати. Тёмные волосы, чуть длиннее, чем принято, лёгкая щетина, серо-зелёные глаза с прищуром человека, который привык оценивать. Костюм без галстука, расстёгнутая верхняя пуговица рубашки.
Что, если однажды утром вы перестанете узнавать своё отражение? Если цифры в рабочей таблице начнут расплываться, а внутри появится пульсация, которой там быть не должно? ✧ Анна — обычный бухгалтер, у неё есть работа, парень, мать с её вечными вопросами о замужестве. Всё идёт как надо. Пока однажды не сходит с рельсов.
«Нить внутри» — это цикл коротких новелл о том, как перестать играть роли и начать просто жить.
«Нить внутри» — это цикл коротких новелл о том, как перестать играть роли и начать просто жить.
После того, как погасло Солнце, в огромной заброшенной библиотеке остался последний хранитель. Он продолжает читать и ждать. Однажды в тишину стеллажей приходит девочка. Вместе они пытаются сохранить то, что ещё можно сохранить — истории.
Я работала старшим модератором на крупном литературном портале «Слово и Страсть». Это был один из самых популярных ресурсов в стране, где публиковались любовные романы, эротическая проза и истории о сложных отношениях. Моя задача заключалась в том, чтобы отсеивать контент, нарушающий правила: запрещённые темы, чрезмерную жестокость, незаконные действия. Но главная моя обязанность была тоньше — оценивать художественную ценность текста. Отличать настоящую страсть от пошлости, глубокие эмоции от банального физиологического описания.
Люди часто думали, что моя работа — это сплошное удовольствие. Что я целыми днями читаю горячие сцены, мечтая о подобном в собственной жизни. Они ошибались. Чужая страсть, переложенная на бумагу, часто казалась мне холодной и механической. Я видела за буквами не огонь, а конструкцию. Не желание, а алгоритм.
Зазвонил телефон. На экране высветилось имя начальника отдела контента, Виктора Сергеевича.
— Алиса, добрый день, — его голос звучал напряжённо...
Люди часто думали, что моя работа — это сплошное удовольствие. Что я целыми днями читаю горячие сцены, мечтая о подобном в собственной жизни. Они ошибались. Чужая страсть, переложенная на бумагу, часто казалась мне холодной и механической. Я видела за буквами не огонь, а конструкцию. Не желание, а алгоритм.
Зазвонил телефон. На экране высветилось имя начальника отдела контента, Виктора Сергеевича.
— Алиса, добрый день, — его голос звучал напряжённо...
"Оказалось, охота на вампиров – это еще и полезные тренировки. Бег, к примеру. Как мы драпали из этой пещеры – загляденье!"
Выберите полку для книги