Книги по тегу «очень эмоционально»: ""
Она — Золушка без хрустальной туфельки, живущая в аду с мачехой и сводными сёстрами. Её единственная отдушина — бильярд, где она королева.
Он — влиятельный и хладнокровный бизнесмен, для которого одна случайная встреча с рыжей бестией из бильярдного клуба переворачивает весь привычный мир.
Их мимолётный роман должен был закончиться на рассвете, но судьба сводит их снова. Он полон решимости вернуть сбежавшую Золушку, а она боится поверить в сказку. Что победит: долг, предубеждения или внезапная страсть, которая оказалась сильнее их обоих?
ОДНОТОМНИК
ХЭ
ВНИМАНИЕ! НАРКОТИКОВ В КНИГЕ НЕТ!
Он — влиятельный и хладнокровный бизнесмен, для которого одна случайная встреча с рыжей бестией из бильярдного клуба переворачивает весь привычный мир.
Их мимолётный роман должен был закончиться на рассвете, но судьба сводит их снова. Он полон решимости вернуть сбежавшую Золушку, а она боится поверить в сказку. Что победит: долг, предубеждения или внезапная страсть, которая оказалась сильнее их обоих?
ОДНОТОМНИК
ХЭ
ВНИМАНИЕ! НАРКОТИКОВ В КНИГЕ НЕТ!
— Это грех! У вас завтра свадьба, а вы вламываетесь в мою комнату! — Смею дерзить.
— Это мой дом, а ты, горная роза, должна успокоить свой нрав! — подходит ближе. Подбирается к своей добыче, запугивая. — В роли няни ты отвратительна! Посмотрим, насколько ты хорошая любовница, — берет за руку, но я вырываюсь.
— Руки прочь!
— Тише, угомонись, дикая! Со мной еще ни одна кобылка так не брыкалась, но мне это нравится.
— Я вам не горная кляча!
— Нет, сладкая, но объездить мне тебя придется!
Запятнанная честь, проклятая жизнь, а я все стараюсь улыбаться каждому лучику солнца. И только он, властный и принципиальный мужчина, может либо очистить меня от позора, либо уничтожить окончательно.
— Это мой дом, а ты, горная роза, должна успокоить свой нрав! — подходит ближе. Подбирается к своей добыче, запугивая. — В роли няни ты отвратительна! Посмотрим, насколько ты хорошая любовница, — берет за руку, но я вырываюсь.
— Руки прочь!
— Тише, угомонись, дикая! Со мной еще ни одна кобылка так не брыкалась, но мне это нравится.
— Я вам не горная кляча!
— Нет, сладкая, но объездить мне тебя придется!
Запятнанная честь, проклятая жизнь, а я все стараюсь улыбаться каждому лучику солнца. И только он, властный и принципиальный мужчина, может либо очистить меня от позора, либо уничтожить окончательно.
– Здравствуйте. Я на...
Слово "собеседование" застревает в горле. Челюсть на полу. Очумело гляжу на потенциальных работодателей. Что делать? Ах да – БЕЖАТЬ!
Но не успеваю об этом даже подумать, как, развернувшись, моментально впечатываюсь лицом во что-то твердое.
– Уже уходишь? – самодовольно интересуется стоящая у меня на пути груда мышц.
Ой-ой! И этот здесь. Трындец!
– Офисом ошиблась. Пропустите, пожалуйста. Я тороплюсь, – бормочу, опуская голову ниже.
Вдруг не узнает. Наивная. В то же мгновение дверь, позади моего препятствия, громко захлопывается. Ну ясно все. В ловушке!
– Не в этот раз, дорогуша. Садись. Разговор есть.
Все, баста, карапузики. Теперь мне точно хана! После того, как я поступила с этими тремя, пощады не будет!
Слово "собеседование" застревает в горле. Челюсть на полу. Очумело гляжу на потенциальных работодателей. Что делать? Ах да – БЕЖАТЬ!
Но не успеваю об этом даже подумать, как, развернувшись, моментально впечатываюсь лицом во что-то твердое.
– Уже уходишь? – самодовольно интересуется стоящая у меня на пути груда мышц.
Ой-ой! И этот здесь. Трындец!
– Офисом ошиблась. Пропустите, пожалуйста. Я тороплюсь, – бормочу, опуская голову ниже.
Вдруг не узнает. Наивная. В то же мгновение дверь, позади моего препятствия, громко захлопывается. Ну ясно все. В ловушке!
– Не в этот раз, дорогуша. Садись. Разговор есть.
Все, баста, карапузики. Теперь мне точно хана! После того, как я поступила с этими тремя, пощады не будет!
— Тём, я беременна! — кричу в широкую спину. — Я не хочу потерять ребенка. Прошу, помоги. Только на лечение…
Останавливается. В его глазах удивление, гнев... и отвращение.
— Ты ошибаешься. Я впервые тебя вижу, — чеканит острые, как лед, слова. — В первый и в последний раз. Выведите ее отсюда. — Кивает охране.
— Андрей Максимович, вас ждем, — выходит из зала секретарша.
«Андрей? Но… как это возможно?» – хочу спросить, но охранник подхватывает документы с пола и тащит меня дальше по коридору, отдаляя от Артёма-Андрея.
Это не тот Власов – понемногу доходит до меня. А значит, и не его ребенок. И у этого Власова в жилах, похоже, действительно какая-то другая жидкость…
***
Между нами – всего одна ночь, после которой я осталась одна с беременностью, оказавшейся под угрозой. Чтобы сохранить малыша, я вынуждена обратиться за помощью к его отцу. Вот только встретила я не Артёма. А его брата-близнеца. И за помощь он требует слишком высокую плату.
Останавливается. В его глазах удивление, гнев... и отвращение.
— Ты ошибаешься. Я впервые тебя вижу, — чеканит острые, как лед, слова. — В первый и в последний раз. Выведите ее отсюда. — Кивает охране.
— Андрей Максимович, вас ждем, — выходит из зала секретарша.
«Андрей? Но… как это возможно?» – хочу спросить, но охранник подхватывает документы с пола и тащит меня дальше по коридору, отдаляя от Артёма-Андрея.
Это не тот Власов – понемногу доходит до меня. А значит, и не его ребенок. И у этого Власова в жилах, похоже, действительно какая-то другая жидкость…
***
Между нами – всего одна ночь, после которой я осталась одна с беременностью, оказавшейся под угрозой. Чтобы сохранить малыша, я вынуждена обратиться за помощью к его отцу. Вот только встретила я не Артёма. А его брата-близнеца. И за помощь он требует слишком высокую плату.
🔥 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 🔥
— Ты для него просто пустышка, Алён. Бракованная женщина, которая даже родить не может.
Это сказала моя лучшая подруга, наряжая со мной ёлку. Просто между делом, поправляя на ветке гирлянду:
— А я беременна от твоего мужа. Две полоски за два месяца.
Тебе три года не хватило. Естественный отбор, дорогая.
И, легко улыбаясь, добавила:
— Собери вещи и освободи квартиру. Мы с малышом хотим жить в нормальных условиях.
А вечером я стояла в аэропорту и смотрела, как он нежно прижимает её к себе. Как целует, как осторожно гладит её живот.
И поняла, что единственный, кто верил в нашу любовь, — это я.
Как жить дальше, когда самая страшная измена — от двух самых близких людей?
— Ты для него просто пустышка, Алён. Бракованная женщина, которая даже родить не может.
Это сказала моя лучшая подруга, наряжая со мной ёлку. Просто между делом, поправляя на ветке гирлянду:
— А я беременна от твоего мужа. Две полоски за два месяца.
Тебе три года не хватило. Естественный отбор, дорогая.
И, легко улыбаясь, добавила:
— Собери вещи и освободи квартиру. Мы с малышом хотим жить в нормальных условиях.
А вечером я стояла в аэропорту и смотрела, как он нежно прижимает её к себе. Как целует, как осторожно гладит её живот.
И поняла, что единственный, кто верил в нашу любовь, — это я.
Как жить дальше, когда самая страшная измена — от двух самых близких людей?
Сын был в курсе измен отца и узнаю случайно, подслушав их разговор.
- Отец, я тебя прикрою – не переживай. Разверну ее на входе, а если не получится, то скажу, что это телочка моя. Не разболтаю, что она твоя любовница. Телефон при себе держи.
- Смотри у меня!
- Обижаешь! – усмехается Игнат. – Еще докинешь соточку в качестве благодарности.
А после нашла сладкую парочку возле загородного домика для важных персон. Купались в купели с подогревом. Мужа по татуировке тигра на рельефной спине узнала. На нем восседала блондинка с пышными формами, и их едва прикрывали клочки белой ткани, называемые почему-то купальником.
Муж не считал себя виноватым.
- Сейчас успокаиваешься, разворачиваешься и не возникая едешь домой осторожно, - произносит цинично, пока его подстилка верещит без умолку. – Я не намерен обсуждать с тобой, чем занимаюсь в свободное от работы время. Ты моя жена, и твое дело детей рожать, что особо не удается. Остальное не должно волновать.
- Отец, я тебя прикрою – не переживай. Разверну ее на входе, а если не получится, то скажу, что это телочка моя. Не разболтаю, что она твоя любовница. Телефон при себе держи.
- Смотри у меня!
- Обижаешь! – усмехается Игнат. – Еще докинешь соточку в качестве благодарности.
А после нашла сладкую парочку возле загородного домика для важных персон. Купались в купели с подогревом. Мужа по татуировке тигра на рельефной спине узнала. На нем восседала блондинка с пышными формами, и их едва прикрывали клочки белой ткани, называемые почему-то купальником.
Муж не считал себя виноватым.
- Сейчас успокаиваешься, разворачиваешься и не возникая едешь домой осторожно, - произносит цинично, пока его подстилка верещит без умолку. – Я не намерен обсуждать с тобой, чем занимаюсь в свободное от работы время. Ты моя жена, и твое дело детей рожать, что особо не удается. Остальное не должно волновать.
ЧТО СИЛЬНЕЕ:
ЕГО ЯРОСТЬ ИЛИ ЕЁ ПРАВДА?
ЕГО ВЛАСТЬ ИЛИ ЕЁ ТЕРПЕНИЕ?
ЕГО НЕНАВИСТЬ ИЛИ... ЕЁ ЛЮБОВЬ?
Руслан «хозяин гор». Его слово закон. Его власть абсолютна. Пять лет назад самая страшная трагедия отняла у него наследника, а его невеста, хрупкая Вера, сбежала, оставив его одного в аду подозрений и ярости. Он вернет ее и заставит заплатить за предательство, и за их нерожденного сына.
Это история о любви, которая сжигает дотла, чтобы дать жизнь новой. О жестокости, которая ведет к исцелению. О двух людях, которые должны были уничтожить друг друга, но вместо этого научились прощать.
ВНИМАНИЕ! Роман содержит жесткие сцены, психологическое насилие, токсичные отношения и эмоциональные триггеры. 18+
ЕГО ЯРОСТЬ ИЛИ ЕЁ ПРАВДА?
ЕГО ВЛАСТЬ ИЛИ ЕЁ ТЕРПЕНИЕ?
ЕГО НЕНАВИСТЬ ИЛИ... ЕЁ ЛЮБОВЬ?
Руслан «хозяин гор». Его слово закон. Его власть абсолютна. Пять лет назад самая страшная трагедия отняла у него наследника, а его невеста, хрупкая Вера, сбежала, оставив его одного в аду подозрений и ярости. Он вернет ее и заставит заплатить за предательство, и за их нерожденного сына.
Это история о любви, которая сжигает дотла, чтобы дать жизнь новой. О жестокости, которая ведет к исцелению. О двух людях, которые должны были уничтожить друг друга, но вместо этого научились прощать.
ВНИМАНИЕ! Роман содержит жесткие сцены, психологическое насилие, токсичные отношения и эмоциональные триггеры. 18+
Я протянула ему телефон. Он взял, посмотрел на экран. Его лицо не изменилось. Ни удивления, ни страха, ни вины. Ничего. Просто посмотрел и положил телефон на стол.
— И что? – спросил он спокойно.
— И что?! – я вскочила. – Леш, это ты! На фотографии в ее машине! В ее Alfagram, который смотрят двести сорок тысяч человек!
— Да, – сказал он просто. – Это я.
Мир остановился. Время, дыхание, сердце – все остановилось. Я смотрела на него, на этого мужчину, с которым прожила десять лет, и не узнавала его.
— Ты... не отрицаешь?
— Зачем? – он откинулся на спинку кресла. – Ты же знаешь. Зачем врать?
— Кто она?
— Кира. Кира Светлова. Мы встречаемся три месяца.
Три месяца. Девяносто дней он приходил домой, целовал меня, ужинал со мной, спал в одной постели – и имел другую.
— Почему? – я почти не слышала собственный голос.
Алексей встал, прошелся по комнате. Остановился у окна, посмотрел на темноту за стеклом.
— И что? – спросил он спокойно.
— И что?! – я вскочила. – Леш, это ты! На фотографии в ее машине! В ее Alfagram, который смотрят двести сорок тысяч человек!
— Да, – сказал он просто. – Это я.
Мир остановился. Время, дыхание, сердце – все остановилось. Я смотрела на него, на этого мужчину, с которым прожила десять лет, и не узнавала его.
— Ты... не отрицаешь?
— Зачем? – он откинулся на спинку кресла. – Ты же знаешь. Зачем врать?
— Кто она?
— Кира. Кира Светлова. Мы встречаемся три месяца.
Три месяца. Девяносто дней он приходил домой, целовал меня, ужинал со мной, спал в одной постели – и имел другую.
— Почему? – я почти не слышала собственный голос.
Алексей встал, прошелся по комнате. Остановился у окна, посмотрел на темноту за стеклом.
Моего мужа прямо на улице обнимают две нетрезвые девицы.
Одна из них, с вызывающим взглядом и яркой помадой на губах, тянет:
— Игорь, а это правда, что ты женат? Вдруг ты с нами только играешься?
— Женат? — Игорь еле шевелит языком, и каждое его слово пропитано злобой и презрением. — Вообще да, но ненадолго.
В роддоме муж заставил меня сделать тест на отцовство.
Я оскорбилась и ушла жить к бабушке, ожидая, что любимый будет просить прощения, чтобы вернуть нас.
Но он не пришёл ни через день, ни через два.
И тогда я испугалась.
Вдруг с ним что-то случилось?
Но примчавшись домой, я застала его в полном здравии, да ещё и в компании девиц лёгкого поведения.
Внутри меня всё обрывается, когда он продолжает:
— Эта подстилка была всего лишь игрушкой… Уже надоела. Пусть забирает своё отродье и валит на все четыре стороны!
Одна из них, с вызывающим взглядом и яркой помадой на губах, тянет:
— Игорь, а это правда, что ты женат? Вдруг ты с нами только играешься?
— Женат? — Игорь еле шевелит языком, и каждое его слово пропитано злобой и презрением. — Вообще да, но ненадолго.
В роддоме муж заставил меня сделать тест на отцовство.
Я оскорбилась и ушла жить к бабушке, ожидая, что любимый будет просить прощения, чтобы вернуть нас.
Но он не пришёл ни через день, ни через два.
И тогда я испугалась.
Вдруг с ним что-то случилось?
Но примчавшись домой, я застала его в полном здравии, да ещё и в компании девиц лёгкого поведения.
Внутри меня всё обрывается, когда он продолжает:
— Эта подстилка была всего лишь игрушкой… Уже надоела. Пусть забирает своё отродье и валит на все четыре стороны!
— Это что, неудачная шутка? — холодно спросил меня свекор. — Или попытка воздействовать на Никиту через меня?
Я сделала шаг вперед, собрав всю свою волю в кулак.
— Это попытка устроиться на работу. Мне нужны деньги и жилье. Я ухожу от вашего сына.
— А-а… — он кивнул и в его глазах заплясали чертики. — Понятно. С чем пришла, с тем и уходишь. Так я, кажется, говорил. Правда, я думал, ты продержишься дольше. Разочаровала.
От этой колкости у меня перехватило дыхание.
— Это ваш сын разочаровал меня, приведя домой пьяных девок, пока я была в отъезде.
— Не оправдывайся. — отрезал он. Его взгляд, холодный и оценивающий, скользнул по мне сверху вниз и задержался на разрезе топа. — Ты реально считаешь, что на собеседование надо приходить в таком вызывающем наряде?
Удар был ниже пояса. Вся кровь бросилась в лицо.
— Или ты думаешь, мы здесь нанимаем девочек по вызову? — продолжал он, добивая меня. — Так вот, дорогая невестка, ты пришла не по адресу. Моя фирма — не бордель.
Я сделала шаг вперед, собрав всю свою волю в кулак.
— Это попытка устроиться на работу. Мне нужны деньги и жилье. Я ухожу от вашего сына.
— А-а… — он кивнул и в его глазах заплясали чертики. — Понятно. С чем пришла, с тем и уходишь. Так я, кажется, говорил. Правда, я думал, ты продержишься дольше. Разочаровала.
От этой колкости у меня перехватило дыхание.
— Это ваш сын разочаровал меня, приведя домой пьяных девок, пока я была в отъезде.
— Не оправдывайся. — отрезал он. Его взгляд, холодный и оценивающий, скользнул по мне сверху вниз и задержался на разрезе топа. — Ты реально считаешь, что на собеседование надо приходить в таком вызывающем наряде?
Удар был ниже пояса. Вся кровь бросилась в лицо.
— Или ты думаешь, мы здесь нанимаем девочек по вызову? — продолжал он, добивая меня. — Так вот, дорогая невестка, ты пришла не по адресу. Моя фирма — не бордель.
Выберите полку для книги