Подборка книг по тегу: "похищение"
— Не открывай глаза. Дыши вместе со мной.
Мужчина начинает медленно втягивать воздух. Я чувствую, как увеличивается его грудь, упершаяся в мое плечо. И выдыхает.
— Ну, же. Давай!
Я пытаюсь вздохнуть, но горло сводит спазмом, а тело начинает бить дрожью. Я закрываю глаза, но не помогает.
— Как тебя зовут? – спрашивает над самым ухом.
— Л…ли…
— Лида?
— Лиза. – Выговариваю на одном дыхании.
В этот момент лифт покачивает, и я бросаюсь к его груди на уровне инстинкта. Он обхватывает меня плотным кольцом больших рук.
Легкие начинают болеть, от моей паники.
— Нет, нет, нет… — мотаю головой в стороны. Я не хочу тут остаться навсегда.
Теплая большая ладонь ложиться мне на лицо и задирает его вверх. Я часто дышу прямо в его лицо, ощущая ответное горячее дыхание. Моих сжатых губ касаются его горячие. Я вообще перестаю дышать.
Мужчина начинает медленно втягивать воздух. Я чувствую, как увеличивается его грудь, упершаяся в мое плечо. И выдыхает.
— Ну, же. Давай!
Я пытаюсь вздохнуть, но горло сводит спазмом, а тело начинает бить дрожью. Я закрываю глаза, но не помогает.
— Как тебя зовут? – спрашивает над самым ухом.
— Л…ли…
— Лида?
— Лиза. – Выговариваю на одном дыхании.
В этот момент лифт покачивает, и я бросаюсь к его груди на уровне инстинкта. Он обхватывает меня плотным кольцом больших рук.
Легкие начинают болеть, от моей паники.
— Нет, нет, нет… — мотаю головой в стороны. Я не хочу тут остаться навсегда.
Теплая большая ладонь ложиться мне на лицо и задирает его вверх. Я часто дышу прямо в его лицо, ощущая ответное горячее дыхание. Моих сжатых губ касаются его горячие. Я вообще перестаю дышать.
– Пожалуйста, нет! – реальность меня захлестнула, и я стала биться.
Я не понимала почему поддалась ему, почему так реагирую на него и какого черта происходит.
Мужчина убрал руку с груди и резким движением разорвал трусики по боковому шву. Крик отчаяния сорвался с моих губ. Я кричала, просто орала, слезы затянули глаза.
Раздался хлопок и стало светлее. Я повернула голову и поняла, что это упали боковые стенки подарочного ящика, в котором я лежала.
В тускло освещенной комнате, я успела разглядеть большую кровать с балдахином. Я находилась в центре комнаты на чем-то высоком.
– Я прошу вас не надо! – уставшим голосом прошептала я, но мои трусики упали на пол.
– Ты прекрасна и поверь тебе будет мало! Ты будешь просить меня не останавливаться! Запомни это!
Я не понимала почему поддалась ему, почему так реагирую на него и какого черта происходит.
Мужчина убрал руку с груди и резким движением разорвал трусики по боковому шву. Крик отчаяния сорвался с моих губ. Я кричала, просто орала, слезы затянули глаза.
Раздался хлопок и стало светлее. Я повернула голову и поняла, что это упали боковые стенки подарочного ящика, в котором я лежала.
В тускло освещенной комнате, я успела разглядеть большую кровать с балдахином. Я находилась в центре комнаты на чем-то высоком.
– Я прошу вас не надо! – уставшим голосом прошептала я, но мои трусики упали на пол.
– Ты прекрасна и поверь тебе будет мало! Ты будешь просить меня не останавливаться! Запомни это!
— Смотри, брат, какой подарок я тебе привез. Уверен, она скрасит твой арест…
Меня толкают вперед, я поднимаю глаза и ужасаюсь...
Передо мной Хаджи-Мурат. Скала. Абсолютный чемпион октагона… был. Пока я не стала причиной его падения…
И теперь я пленница в его доме на утесе… На много километров есть только он, я и суровая природа горного Дагестана…
— На сколько она тут? — спрашивает он про меня, словно я вещь.
— Пока не надоест. В полном твоем распоряжении. Я даже к врачу ее свозил перед перелетом. Кстати, приятный бонус, она вошла в твой дом невинной.
Утром меня вырвали из постели в московской общаге.
К вечеру я уже в горах — бесправная пленница мужчины, который уверен: я разрушила его карьеру и отправила за решетку.
Он проводит рукой по моему лицу, смотрит опасно и медленно улыбается:
— Вот и встретились, белочка… Я же говорил — все равно поймаю и накажу…
Будь послушной. Тебе некуда бежать. Вокруг только я и волки…
Меня толкают вперед, я поднимаю глаза и ужасаюсь...
Передо мной Хаджи-Мурат. Скала. Абсолютный чемпион октагона… был. Пока я не стала причиной его падения…
И теперь я пленница в его доме на утесе… На много километров есть только он, я и суровая природа горного Дагестана…
— На сколько она тут? — спрашивает он про меня, словно я вещь.
— Пока не надоест. В полном твоем распоряжении. Я даже к врачу ее свозил перед перелетом. Кстати, приятный бонус, она вошла в твой дом невинной.
Утром меня вырвали из постели в московской общаге.
К вечеру я уже в горах — бесправная пленница мужчины, который уверен: я разрушила его карьеру и отправила за решетку.
Он проводит рукой по моему лицу, смотрит опасно и медленно улыбается:
— Вот и встретились, белочка… Я же говорил — все равно поймаю и накажу…
Будь послушной. Тебе некуда бежать. Вокруг только я и волки…
— Нина. – Мужчина в маске хорошенько меня встряхивает, и глаза распахиваются сами.
— А?!
— Надо уходить. Скоро заметят и будет погоня. – Его карие глаза так красивы в этих прорезях. – Нина, твою мать! – Он хватает меня за плечи снова, и я прихожу в себя окончательно.
— Все! Я здесь. – Что это со мной?! Мне бежать бы без оглядки, а я туплю по страшному!
— Идти, говорю, можешь? Или на руках нести?
— А можно? – Дорога предстоит по гористой местности, а это тяжело. Хорошо, что в кроссовках, а не в домашних тапочках.
— Нет! – Отрезает мои мечты прокатиться с ветерком.
— Тогда могу. — Фыркаю и отхожу, неуверенной походкой.
— Не туда! – Мужчина закатывает глаза и разворачивается в противоположную сторону. Черт!
— А?!
— Надо уходить. Скоро заметят и будет погоня. – Его карие глаза так красивы в этих прорезях. – Нина, твою мать! – Он хватает меня за плечи снова, и я прихожу в себя окончательно.
— Все! Я здесь. – Что это со мной?! Мне бежать бы без оглядки, а я туплю по страшному!
— Идти, говорю, можешь? Или на руках нести?
— А можно? – Дорога предстоит по гористой местности, а это тяжело. Хорошо, что в кроссовках, а не в домашних тапочках.
— Нет! – Отрезает мои мечты прокатиться с ветерком.
— Тогда могу. — Фыркаю и отхожу, неуверенной походкой.
— Не туда! – Мужчина закатывает глаза и разворачивается в противоположную сторону. Черт!
— Тише… — низкий рокот голоса Максима, пробирает страхом все тело.
— Что?! Что ты тут… — начинаю задыхаться от паники.
Смотрю на себя, в лунном свете, — полностью обнажена. Простынь скомкана и лежит на краю кровати.
Мое дыхание становится слишком сбитым, я не понимаю и не знаю, что сказать.
— Хорошо было? – он протягивает руку к моей лодыжке и тянет ее вверх. Дергаю ногу на себя, сбиваясь в комочек у изголовья кровати.
— Что тебе надо? Зачем ты это сделал? – заикаюсь и трясусь от страха.
— Десять минут назад ты умоляла меня продолжить. – Его ухмылка становится шире. – А сейчас боишься.
— Ты не должен…
— Ты сама позвала меня. – Перебивает меня и по-кошачьему становится на четвереньки. Большой и опасный хищник. – Я не смог отказать.
В горле пересыхает. Он грациозно приближается ко мне.
— Ты же хотела отплатить?
Мотаю головой, в почти упершееся в меня лицо Максима.
— Нет! – вскрикиваю я.
— Да… ты кричала «Да!»
— Что?! Что ты тут… — начинаю задыхаться от паники.
Смотрю на себя, в лунном свете, — полностью обнажена. Простынь скомкана и лежит на краю кровати.
Мое дыхание становится слишком сбитым, я не понимаю и не знаю, что сказать.
— Хорошо было? – он протягивает руку к моей лодыжке и тянет ее вверх. Дергаю ногу на себя, сбиваясь в комочек у изголовья кровати.
— Что тебе надо? Зачем ты это сделал? – заикаюсь и трясусь от страха.
— Десять минут назад ты умоляла меня продолжить. – Его ухмылка становится шире. – А сейчас боишься.
— Ты не должен…
— Ты сама позвала меня. – Перебивает меня и по-кошачьему становится на четвереньки. Большой и опасный хищник. – Я не смог отказать.
В горле пересыхает. Он грациозно приближается ко мне.
— Ты же хотела отплатить?
Мотаю головой, в почти упершееся в меня лицо Максима.
— Нет! – вскрикиваю я.
— Да… ты кричала «Да!»
Меня уволили с работы тогда, когда мне позарез нужны были деньги на операцию сестренке. Подруга помогла устроиться в клуб официанткой, да вот только это оказалось ловушкой, а не удачей, как я думала.
Хозяин клуба мне знаком. Как-то я задолжала ему за то, что он меня спас, и вот теперь, кажется, пришло время расплачиваться. И боюсь, нужны ему совершенно не деньги...
Хозяин клуба мне знаком. Как-то я задолжала ему за то, что он меня спас, и вот теперь, кажется, пришло время расплачиваться. И боюсь, нужны ему совершенно не деньги...
Самый счастливый день в моей жизни, обернулся настоящим кошмаром. Вместо долгожданной фамилии Уварова, в свидетельстве о браке стоит Набиуллина. А первая брачная ночь, принадлежавшая жениху, была отдана мужчине, чей взгляд кажется мне таким знакомым…
— Мое имя — Назар, — произносит этот опасный мужчина с самодовольной ухмылкой. — Я буду считать до трёх и если твой отец скажет слово против, то я прямо сейчас уйду и ты никогда меня больше не увидишь.
— Пап?
— Один. Два.
— Прости… — шепчет одними губами тот, кто всегда меня защищал.
— Три.
— Мое имя — Назар, — произносит этот опасный мужчина с самодовольной ухмылкой. — Я буду считать до трёх и если твой отец скажет слово против, то я прямо сейчас уйду и ты никогда меня больше не увидишь.
— Пап?
— Один. Два.
— Прости… — шепчет одними губами тот, кто всегда меня защищал.
— Три.
Оказаться брошенкой без копейки денег, потому что муж нашел помоложе и отобрал все? Переспать с сексуальным незнакомцем, потом найти его труп у порога дома и, уже оплакав этого человека, обнаружить, что беременна от него? Попасть в лапы к маньяку? Что дальше? Что-то вообще может быть дальше? Да еще такое, что способно меня удивить или выбить из колеи? Оказалось, может…
— Она? — послышалось откуда-то сзади.
— Она.
Я так и не успела развернуться, чтобы взглянуть на лица говоривших. Мне на голову надели мешок и усадили в машину. А через несколько часов этот самый мешок сняли перед мужчиной. Он сидел, удобно устроившись в кресле, и смотрел на меня. Серьезный, устрашающий, в черном костюме и с дорогими часами на руках. Он меня оценивал, как товар.
— Красивая, — вынес он вердикт. — А теперь снимай все шмотки.
Меня похитили, чтобы отомстить за смерть сестры, но оказалось, что я не виновата. Я вообще не та, кто была им нужна и меня… присвоили по ошибке
— Она.
Я так и не успела развернуться, чтобы взглянуть на лица говоривших. Мне на голову надели мешок и усадили в машину. А через несколько часов этот самый мешок сняли перед мужчиной. Он сидел, удобно устроившись в кресле, и смотрел на меня. Серьезный, устрашающий, в черном костюме и с дорогими часами на руках. Он меня оценивал, как товар.
— Красивая, — вынес он вердикт. — А теперь снимай все шмотки.
Меня похитили, чтобы отомстить за смерть сестры, но оказалось, что я не виновата. Я вообще не та, кто была им нужна и меня… присвоили по ошибке
Илья — безбашенный опер с обостренным чувством справедливости. Женщины для него — пустое место, лишь инструмент для утоления потребностей. Но именно он вынужден стать телохранителем для богатой высокомерной стервы, попавшей в сложную ситуацию. Ей нужна защита, ему деньги. Ничего личного.
Все в этой женщине раздражало с первой секунды знакомства, но изменилось в один момент. Снежная королева оказалась не такой, как он себе представлял. За маской надменности Илья разглядел истинное лицо и не смог остаться равнодушным, даже не предполагая какие скелеты прячутся в ее шкафу и к чему приведет такая неосмотрительность.
Все в этой женщине раздражало с первой секунды знакомства, но изменилось в один момент. Снежная королева оказалась не такой, как он себе представлял. За маской надменности Илья разглядел истинное лицо и не смог остаться равнодушным, даже не предполагая какие скелеты прячутся в ее шкафу и к чему приведет такая неосмотрительность.
Выберите полку для книги