Книги по тегу «предательство»: ""
— Что ж, я согласен. Девка и правда хороша, я готов её взять. Получишь отсрочку, до весны. А если она и правда окажется такой, как ты описывал, зачту как плату за этот год.
— Ч-что? — я сглатываю и смотрю на дядю.
Он качает кистью и сухо бросает:
— Авалина, собирайся.
Дядя продал меня в уплату долга! Конечно же, он не отдал жестокому тирану дочь, откупился сироткой, которую приютил после смерти родителей. Никто меня не хватится, и другой семьи у меня нет.
Теперь мне предстоит стать бесправной куклой, ведь тот, кому я подарила своё сердце и душу никогда не примет меня после всего этого…
— Ч-что? — я сглатываю и смотрю на дядю.
Он качает кистью и сухо бросает:
— Авалина, собирайся.
Дядя продал меня в уплату долга! Конечно же, он не отдал жестокому тирану дочь, откупился сироткой, которую приютил после смерти родителей. Никто меня не хватится, и другой семьи у меня нет.
Теперь мне предстоит стать бесправной куклой, ведь тот, кому я подарила своё сердце и душу никогда не примет меня после всего этого…
В канун Нового года в мою жизнь неожиданно врывается прошлое.
Мой бывший.
Мы не виделись пять лет. Я думала, что всё забыла, но оказалось, что мои чувства живы.
Как бороться с притяжением, если горечь предательства не забыта?
Сможем ли мы простить друг друга и начать с чистого листа?
Мой бывший.
Мы не виделись пять лет. Я думала, что всё забыла, но оказалось, что мои чувства живы.
Как бороться с притяжением, если горечь предательства не забыта?
Сможем ли мы простить друг друга и начать с чистого листа?
Несколько десятков рассказов, написанных в разное время, абсолютно не похожи друг на друга. Всё, что их объединяет — измена. Автор здесь сторонний наблюдатель, он не читает нотаций, не учит жизни, никого не жалеет, а беспристрастно, как манекен из витрины, смотрит за перипетиями жизни людей, которые в отличие от манекенов, подвержены порокам и страстям.
Его бархатный голос медленной змеей проползал мне под кожу:
- Так значит... я тебе нравлюсь?
Губы пересохли, а под одеждой становилось жарко.
- Перестаньте! Вы не имеете права!
- Права на что? На твое тело...? На твои мысли...? На твои жаркие фантазии?
- Вы не...
Его рука скользнула по моей талии и он прижал меня к решетке. Его большое спортивное тело навалилось на меня и кажется я осталась в одной секунде от того, чтобы сдаться...
- Так значит... я тебе нравлюсь?
Губы пересохли, а под одеждой становилось жарко.
- Перестаньте! Вы не имеете права!
- Права на что? На твое тело...? На твои мысли...? На твои жаркие фантазии?
- Вы не...
Его рука скользнула по моей талии и он прижал меня к решетке. Его большое спортивное тело навалилось на меня и кажется я осталась в одной секунде от того, чтобы сдаться...
— Ты ведь понимаешь, что это ничего не меняет? — он смотрел на меня так спокойно, будто его измена была пустяком.
— Ничего не меняет? Ты спал с подругой нашей дочери, Алексей! — мой голос дрожал от ярости.
— Дина, перестань. Ты ведь всё равно меня не бросишь, — усмехнулся он.
Он был уверен, что я стерплю. Но это стало началом конца. Его предательство с подругой моей дочери разрушило семью, но дало мне силу. Это история о боли, о жажде мести и о том, как предательство открыло дверь к новой жизни. Я не просто выжила — я стала сильнее.
— Ничего не меняет? Ты спал с подругой нашей дочери, Алексей! — мой голос дрожал от ярости.
— Дина, перестань. Ты ведь всё равно меня не бросишь, — усмехнулся он.
Он был уверен, что я стерплю. Но это стало началом конца. Его предательство с подругой моей дочери разрушило семью, но дало мне силу. Это история о боли, о жажде мести и о том, как предательство открыло дверь к новой жизни. Я не просто выжила — я стала сильнее.
ЗАВЕРШЕНО!
Поднимаюсь на второй этаж. Коридор тускло освещён, а двери прикрыты. Слышу голос мужа. Замираю.
— Да, детка, это была охренительная идея, спрятаться здесь... — говорит Сергей с придыханием, будто наслаждается моментом.
Замираю, как вкопанная. И сердце стучит так, что за его гулом в ушах плохо разбираю, что мямлит в ответ женский голос.
Да нет же, не мямлит, мычит и мерзко причмокивает!
Понимаю, что мой муж сейчас там... с Катей... Со своей бывшей.
Делаю глубокий вдох, а потом распахиваю дверь настежь, чтобы застать этих двоих врасплох.
Кажется, более мерзкой картины я в жизни не видела... Нет, это конец, развод. Выбраться бы только из этого чёртового коттеджа, что расположен в трёх часах езды от города.
Поднимаюсь на второй этаж. Коридор тускло освещён, а двери прикрыты. Слышу голос мужа. Замираю.
— Да, детка, это была охренительная идея, спрятаться здесь... — говорит Сергей с придыханием, будто наслаждается моментом.
Замираю, как вкопанная. И сердце стучит так, что за его гулом в ушах плохо разбираю, что мямлит в ответ женский голос.
Да нет же, не мямлит, мычит и мерзко причмокивает!
Понимаю, что мой муж сейчас там... с Катей... Со своей бывшей.
Делаю глубокий вдох, а потом распахиваю дверь настежь, чтобы застать этих двоих врасплох.
Кажется, более мерзкой картины я в жизни не видела... Нет, это конец, развод. Выбраться бы только из этого чёртового коттеджа, что расположен в трёх часах езды от города.
Молодая, яркая, любовница мужа смотрела на меня победительницей, а ещё не желала затыкаться, обливая меня:
— Посмотри на себя: ты стареешь, тяжелеешь, с тобой же скучно! Ну что ты ему можешь дать? Всё, что могла, ты уже дала, теперь освободи место мне. Понимаешь? Мне! Я люблю его, со мной ему нескучно. Я его зажигаю, вот как он говорит! А что ты? Ну, Люда, чего застыла, ты в зеркало-то посмотри, сравни нас. Имя ещё такое… старое. Люда. В общем, дорогуша, тебе пора в утиль.
Я не ожидала таких нападок, растерялась, начала оглядываться и встретилась взглядом с мужем, стоящим в дверях кабинета.
Он явно слышал все эти оскорбления, так почему не заткнул эту дрянь?
Никита равнодушно пожал плечами и добавил:
— Мила, не смотри так. Да, грубо, да бестактно, я с Никой ещё поговорю, но по факту она права.
— В чём, Никита? — Я пыталась найти во взгляде мужа хоть каплю сомнений, и не находила.— Что меня пора в утиль?
— Посмотри на себя: ты стареешь, тяжелеешь, с тобой же скучно! Ну что ты ему можешь дать? Всё, что могла, ты уже дала, теперь освободи место мне. Понимаешь? Мне! Я люблю его, со мной ему нескучно. Я его зажигаю, вот как он говорит! А что ты? Ну, Люда, чего застыла, ты в зеркало-то посмотри, сравни нас. Имя ещё такое… старое. Люда. В общем, дорогуша, тебе пора в утиль.
Я не ожидала таких нападок, растерялась, начала оглядываться и встретилась взглядом с мужем, стоящим в дверях кабинета.
Он явно слышал все эти оскорбления, так почему не заткнул эту дрянь?
Никита равнодушно пожал плечами и добавил:
— Мила, не смотри так. Да, грубо, да бестактно, я с Никой ещё поговорю, но по факту она права.
— В чём, Никита? — Я пыталась найти во взгляде мужа хоть каплю сомнений, и не находила.— Что меня пора в утиль?
– Ты даже не собираешься оправдываться? – мой голос звенел от напряжения.
Виктор стоял напротив, потеряв привычное хладнокровие. Его плечи сгорбились, взгляд метался, как у загнанного зверя.
– Кира, это не то, что ты думаешь, – начал он, делая шаг вперёд.
– Не то, что я думаю? – я горько усмехнулась. – Год. Ты лгал мне целый год. Расскажи, Виктор, как это называется? Любовь? Забота? Или просто привычка врать?
– Я не хотел, чтобы ты узнала таким образом, – он потёр виски, словно устал от происходящего.
– Узнала что? Что у тебя новая жизнь, о которой я ничего не знаю? – я сделала шаг вперёд, заставляя его встретиться со мной взглядом. – Или ты надеялся, что я никогда не замечу?
– Это ошибка… – пробормотал он, но я перебила его.
– Ошибка? Виктор, ошибки – это опоздать на поезд или забыть выключить утюг. А это – предательство.
Виктор стоял напротив, потеряв привычное хладнокровие. Его плечи сгорбились, взгляд метался, как у загнанного зверя.
– Кира, это не то, что ты думаешь, – начал он, делая шаг вперёд.
– Не то, что я думаю? – я горько усмехнулась. – Год. Ты лгал мне целый год. Расскажи, Виктор, как это называется? Любовь? Забота? Или просто привычка врать?
– Я не хотел, чтобы ты узнала таким образом, – он потёр виски, словно устал от происходящего.
– Узнала что? Что у тебя новая жизнь, о которой я ничего не знаю? – я сделала шаг вперёд, заставляя его встретиться со мной взглядом. – Или ты надеялся, что я никогда не замечу?
– Это ошибка… – пробормотал он, но я перебила его.
– Ошибка? Виктор, ошибки – это опоздать на поезд или забыть выключить утюг. А это – предательство.
- Что ты тут делаешь?! - грохочет Андрей, нехотя отрываясь от губ своей бывшей.
-Что делаю? Тебя ищу… - горько усмехаюсь, ощущая, как грудь все сильнее сдавливает от боли.
-Давай сделаем так: ты забудешь все, что сейчас видела. Обойдемся без ругани. У нас все-таки свадьба сегодня, - как ни в чем не бывало выдает Андрей.
-Вот именно! Сегодня наша свадьба, а ты изменил мне со своей бывшей! Как ты мог?! - кричу я, находясь на грани истерики.
-Ты ведь прекрасно знала, что наш брак изначально предполагался как фиктивный. Ты не в том положении, чтобы закатывать скандалы, - в голосе звучит металл, не терпящий возражений.
В этот самый момент я падаю с небес на землю. Больно. Жестко. Беспощадно.
А я, дура наивная, грезила, что наш фиктивный брак перерастет в настоящий! Но я нахожу способ уйти от предателя.
В ночь после свадьбы я бесследно исчезаю. А спустя девять месяцев у меня появляется маленькая тайна, о которой предатель не должен узнать…
-Что делаю? Тебя ищу… - горько усмехаюсь, ощущая, как грудь все сильнее сдавливает от боли.
-Давай сделаем так: ты забудешь все, что сейчас видела. Обойдемся без ругани. У нас все-таки свадьба сегодня, - как ни в чем не бывало выдает Андрей.
-Вот именно! Сегодня наша свадьба, а ты изменил мне со своей бывшей! Как ты мог?! - кричу я, находясь на грани истерики.
-Ты ведь прекрасно знала, что наш брак изначально предполагался как фиктивный. Ты не в том положении, чтобы закатывать скандалы, - в голосе звучит металл, не терпящий возражений.
В этот самый момент я падаю с небес на землю. Больно. Жестко. Беспощадно.
А я, дура наивная, грезила, что наш фиктивный брак перерастет в настоящий! Но я нахожу способ уйти от предателя.
В ночь после свадьбы я бесследно исчезаю. А спустя девять месяцев у меня появляется маленькая тайна, о которой предатель не должен узнать…
— Ты что здесь делаешь? — огрызаюсь. — Преследуешь что ли?
Альпарслан не смотрит на меня. Его внимание сконцентрировано на моем сыне, который улыбается, что-то говорит на понятном только ему языке, тыча пальцем в своего отца.
— Это же мой сын, — не спрашивает. Утверждает.
— Это мой сын, — раздается у уха низкий голос Руслана. Он обнимает меня за талию и прижимает к себе. — А Дарина — моя невеста. Мы женимся. Надеюсь, ты не забыл, что вы уже год как в разводе?
Муж изменил мне. Я сбежала, узнав о его предстоящей свадьбе, скрыв от него малыша. Но, как говорится, все тайное рано или поздно становится явным.
Альпарслан не смотрит на меня. Его внимание сконцентрировано на моем сыне, который улыбается, что-то говорит на понятном только ему языке, тыча пальцем в своего отца.
— Это же мой сын, — не спрашивает. Утверждает.
— Это мой сын, — раздается у уха низкий голос Руслана. Он обнимает меня за талию и прижимает к себе. — А Дарина — моя невеста. Мы женимся. Надеюсь, ты не забыл, что вы уже год как в разводе?
Муж изменил мне. Я сбежала, узнав о его предстоящей свадьбе, скрыв от него малыша. Но, как говорится, все тайное рано или поздно становится явным.
Выберите полку для книги