Книги по тегу «преодоление трудностей»: ""
Сиятельные близнецы Араэл и Элион Делаберги — умные, самоуверенные и наглые любимцы двора. И они же растерянные, преданные матерью и высокородным дядей. Те, кто остались без отца — зачинщика заговора против императора. Те, кто много знает, но ещё больше должны — династии, империи, народу.
Наследники.
После казни отца они потеряли всё, кроме имени. И отказались покоряться. Сбежали ради свободы, покоя и... мести дяде — императору Лориану III.
Наследники.
После казни отца они потеряли всё, кроме имени. И отказались покоряться. Сбежали ради свободы, покоя и... мести дяде — императору Лориану III.
Демон был молод, дерзок и горяч. Ему нужна была значимая победа, что бы заявить о себе в Преисподней. Например, власть в Королевстве, хоть и далекого, забытого богами и демонами мира. Но для начала было бы кстати.
А тут малышка королева: такая прозрачная, трепетная, юная. И абсолютно одинокая. Ну, это же, как будто бы Сам велел! Как такую упустить?
История маленькая, местами смешная, местами горькая, в чем-то поучительная (для тех, кто готов учиться на чужой крови и страданиях), в чем-то банальная.
ХЭ не для всех. Кому-то же надо и по заслугам получить, не только по рукам.
В качестве эпиграфов к главам - песня "Зима-мама" группы "25/17".
Обложка «SunnyWorkshop»
Есть бонус: «Наследники Зинзимона»
А тут малышка королева: такая прозрачная, трепетная, юная. И абсолютно одинокая. Ну, это же, как будто бы Сам велел! Как такую упустить?
История маленькая, местами смешная, местами горькая, в чем-то поучительная (для тех, кто готов учиться на чужой крови и страданиях), в чем-то банальная.
ХЭ не для всех. Кому-то же надо и по заслугам получить, не только по рукам.
В качестве эпиграфов к главам - песня "Зима-мама" группы "25/17".
Обложка «SunnyWorkshop»
Есть бонус: «Наследники Зинзимона»
Я — выпускница художественного колледжа, сирота и недотрога. Карьера — моя единственная цель! Ради этого я упорно трудилась и таки заполучила работу... Случайно... Обидно, а так хотелось удивить всех своим мастерством!
Но как же теперь удержаться от соблазна и не влюбиться в своего сногсшибательного босса?
Что делать если страшно даже мечтать о таком мужчине?
Спрятать колючки и позволить себе новые чувства?
А если он откажется совсем не таким, каким я его вижу?
Но как же теперь удержаться от соблазна и не влюбиться в своего сногсшибательного босса?
Что делать если страшно даже мечтать о таком мужчине?
Спрятать колючки и позволить себе новые чувства?
А если он откажется совсем не таким, каким я его вижу?
Я проснулся в подземном комплексе, кишащем чудовищами. Мне быстро пришлось научиться защищать свою жизнь, а также жизни людей, которые мне доверились. Нам нужно пройти лабиринт до конца и отыскать Врата, которые приведут нас… куда? К свободе? К смерти? Этого мы не знаем.
Мы все здесь другие. Нас почти невозможно убить, мы владеем чем-то вроде боевой магии, мы невероятно сильные, ловкие и способны за пару дней выучить любой иностранный язык в совершенстве. Но никто из нас не может вспомнить своего настоящего имени. У нас больше вопросов, чем ответов. А меня ещё преследуют странные и пугающие видения, как будто нечто потустороннее пытается мне что-то сказать.
Моя жизнь здесь — это нескончаемый бой. Но я отыщу ответы на свои вопросы, и тот, кто затеял эту игру, поплатится. Неспроста тут меня называют — Крейз.
Мы все здесь другие. Нас почти невозможно убить, мы владеем чем-то вроде боевой магии, мы невероятно сильные, ловкие и способны за пару дней выучить любой иностранный язык в совершенстве. Но никто из нас не может вспомнить своего настоящего имени. У нас больше вопросов, чем ответов. А меня ещё преследуют странные и пугающие видения, как будто нечто потустороннее пытается мне что-то сказать.
Моя жизнь здесь — это нескончаемый бой. Но я отыщу ответы на свои вопросы, и тот, кто затеял эту игру, поплатится. Неспроста тут меня называют — Крейз.
Он изменил мою жизнь. Заставил вновь поверить в любовь.
Мой истинный. Мой волк. Ник обратил меня, сделав оборотнем.
Но мы вынуждены бежать из родного города, потому что мой бывший муж жаждет отомстить. И готов использовать для этого всё: деньги, политические связи, услуги опаснейшего охотника на оборотней и даже моего сына Ли…
Мой истинный. Мой волк. Ник обратил меня, сделав оборотнем.
Но мы вынуждены бежать из родного города, потому что мой бывший муж жаждет отомстить. И готов использовать для этого всё: деньги, политические связи, услуги опаснейшего охотника на оборотней и даже моего сына Ли…
Мне было двенадцать лет, когда я впервые понял, что жизнь слишком коротка, чтобы не попробовать в ней всё. Впереди столько побед и бесценного опыта, но это исчезло как мираж, стоило лишь просто влюбиться. Иногда говорят, что любовь, это высокое и светлое чувство, губит – так оно и есть. Подающий надежды спортсмен сворачивает на путь испорченности и непотребства. Меня спасло одно – судьба вонзила нож в спину, подарив тем самым шанс на выживание. Я дал себе слово, что больше никогда не вернусь к прежнему существованию, однако прошлое постоянно напоминает о себе, рушит то, что досталось потом и кровью. Бьёт наотмашь, вдребезги разбивает всё, в том числе и мою семью.
На основе реальных событий. Строго 18+
На основе реальных событий. Строго 18+
Мне с попаданчеством не повезло с самого начала. Мало того, что отправили в ужасный мир с дикими нравами, где к женщине относятся как к домашней зверушке, так ещё и магии не дали. Просто зашвырнули на выживание и инструкций не приложили. Обидно, страшно, раздражает! Но нас так просто не возьмёшь! И пусть меня не сделали принцессой и не наделили магией, я выгрызу своё место под солнцем. Не сдамся на милость системы, а применю все свои навыки, чтобы наладить жизнь в новом мире. Правда, из умений у меня только танцевальное мастерство, но где наша не пропадала? Главное – сделать первый шаг на пути к успеху и добиться у одного эксцентричного мага финансирования собственной задумки. А дальше я сама справлюсь.
Литературный цикл «Братва». Это продолжение истории о жизни ребят, о хулиганской любви и порою жестоких ошибках в поведении к близким людям.
Она ждала его всю свою жизнь, разделяя с ним беды, горе и все трудности. Он не тот - он другой. Не водил ее по ресторанам и не возил на острова. Она возила в тюрьму ему передачи и ждала, ждала, ждала... Чувства не скроешь, даже если ты жестокий и дерзкий. Она знала - так может любить только он - её любимый хулиган. До конца, до приговора, до боли, до гроба, отвергая от себя других и перешагивая через любые моральные принципы общества. Но есть и другие, кто хочет и может любить его по другому. Не разделенные чувства - хуже всего любить человека, быть с ним и понимать, что он ни когда не будет твоим.
Она ждала его всю свою жизнь, разделяя с ним беды, горе и все трудности. Он не тот - он другой. Не водил ее по ресторанам и не возил на острова. Она возила в тюрьму ему передачи и ждала, ждала, ждала... Чувства не скроешь, даже если ты жестокий и дерзкий. Она знала - так может любить только он - её любимый хулиган. До конца, до приговора, до боли, до гроба, отвергая от себя других и перешагивая через любые моральные принципы общества. Но есть и другие, кто хочет и может любить его по другому. Не разделенные чувства - хуже всего любить человека, быть с ним и понимать, что он ни когда не будет твоим.
— Завтра наша выписка, Глеб. Ты ведь помнишь?
Голос предательски дрожал, и я ненавидела себя за эту дрожь.
За стеной, в соседней палате, шёл настоящий праздник. Муж моей соседки заказал и шары, и торт, и даже какую-то живую трансляцию для родни, и весь этаж гудел от чужой радости. А у нас не было ничего. У нас с малышами не было даже отца, который согласился бы просто подойти и посмотреть.
Глеб поморщился, будто я была не женой, родившей ему двоих детей, а назойливой мухой, которую он никак не может согнать.
— Помню. — Он не отрывал глаз от телефона. — Я работаю, Настя. Машину за тобой пришлют, родители распорядятся.
— Машину…
Я смотрела на него и не могла поверить, что когда-то этот человек казался мне сказкой. Высокий, уверенный, одетый с иголочки, он стоял посреди простой больничной палаты, как принц, случайно забредший на окраину.
— Глеб, ты даже не взглянешь на них?
Голос предательски дрожал, и я ненавидела себя за эту дрожь.
За стеной, в соседней палате, шёл настоящий праздник. Муж моей соседки заказал и шары, и торт, и даже какую-то живую трансляцию для родни, и весь этаж гудел от чужой радости. А у нас не было ничего. У нас с малышами не было даже отца, который согласился бы просто подойти и посмотреть.
Глеб поморщился, будто я была не женой, родившей ему двоих детей, а назойливой мухой, которую он никак не может согнать.
— Помню. — Он не отрывал глаз от телефона. — Я работаю, Настя. Машину за тобой пришлют, родители распорядятся.
— Машину…
Я смотрела на него и не могла поверить, что когда-то этот человек казался мне сказкой. Высокий, уверенный, одетый с иголочки, он стоял посреди простой больничной палаты, как принц, случайно забредший на окраину.
— Глеб, ты даже не взглянешь на них?
— Олег, мы приехали!
Я переступила порог, придерживая ладонью живот, и сразу почувствовала: что-то не так. В квартире стояла та особенная тишина, какая бывает, когда человек думает, что он один.
Я с трудом наклонилась, скинула туфли и подождала, прислушиваясь. Никто не отозвался.
— И зачем я тащила эти пакеты? — Нина опустила сумки прямо на пол и брезгливо посмотрела на свои ладони, будто прикоснулась к чему-то грязному. — У Андрея, между прочим, выходной. Для этого и держат водителя.
— У Андрея семья, Нина. Один раз можно и самим справиться, ничего страшного не случится. У твоего папы сегодня хороший день, он новый филиал открыл. Вот мы и хотели его порадовать.
— Порадовать. — Она фыркнула и стянула куртку. — Ты правда думаешь, что папу можно порадовать твоим ужином?
Я переступила порог, придерживая ладонью живот, и сразу почувствовала: что-то не так. В квартире стояла та особенная тишина, какая бывает, когда человек думает, что он один.
Я с трудом наклонилась, скинула туфли и подождала, прислушиваясь. Никто не отозвался.
— И зачем я тащила эти пакеты? — Нина опустила сумки прямо на пол и брезгливо посмотрела на свои ладони, будто прикоснулась к чему-то грязному. — У Андрея, между прочим, выходной. Для этого и держат водителя.
— У Андрея семья, Нина. Один раз можно и самим справиться, ничего страшного не случится. У твоего папы сегодня хороший день, он новый филиал открыл. Вот мы и хотели его порадовать.
— Порадовать. — Она фыркнула и стянула куртку. — Ты правда думаешь, что папу можно порадовать твоим ужином?
Выберите полку для книги