Подборка книг по тегу: "принуждение"
Под крики Золотовых и закатывания глаз Роберта, продолжение речи святого отца, она бежит к выходу из церкви, а я с улыбкой ей вслед смотрю.
Красиво бежит, однако… Волосы по воздуху за ней струятся, а она свадебное платье задирает до середины бедер, а потом я ржу в голос, когда она Семи туфлей со своей ноги прям в рожу бросает, а через захват Дани и вовсе проскальзывает.
- Моя уже? - спрашиваю у святоши.
- Разве ей есть куда деваться, Диас? В документах распишусь за вас. Догоняйте свою жену, - вздыхает святоша и собирает свои вещи с алтаря.
Усмехаюсь ему и иду за пташкой, которой даже имени не знаю, под крики Золотовых, возмущение Роберта на них за дочь строптивую и недолжное ее воспитание, под стоны хватающегося за нос Семи и смеющегося над ним Дани.
Я иду за ней. За той, что осмелилась сбежать от меня.
Красиво бежит, однако… Волосы по воздуху за ней струятся, а она свадебное платье задирает до середины бедер, а потом я ржу в голос, когда она Семи туфлей со своей ноги прям в рожу бросает, а через захват Дани и вовсе проскальзывает.
- Моя уже? - спрашиваю у святоши.
- Разве ей есть куда деваться, Диас? В документах распишусь за вас. Догоняйте свою жену, - вздыхает святоша и собирает свои вещи с алтаря.
Усмехаюсь ему и иду за пташкой, которой даже имени не знаю, под крики Золотовых, возмущение Роберта на них за дочь строптивую и недолжное ее воспитание, под стоны хватающегося за нос Семи и смеющегося над ним Дани.
Я иду за ней. За той, что осмелилась сбежать от меня.
Я студентка последнего курса пединститута. Красавица, умница и отличница. Подрабатываю репетитором. Сегодня я должна была заниматься с пятиклассником, но что-то пошло не так и вместо занятия по математике я попала в руки двух опасных мужчин. Они не отпустят меня просто. Чтоб уйти живой, мне придется сделать все, что они хотят...
— Я... — мой голос падает до шёпота. — Я не знаю, чего хочу.
— Ложь, — Виктор делает шаг ко мне. — Ты знаешь. Ты просто не позволяешь себе признать.
Он так близко, что я чувствую тепло его тела. За моей спиной Александр, и его дыхание щекочет мой затылок. Я зажата между ними, и это должно пугать, но вместо страха — горячая волна, поднимающаяся снизу живота.
— Что ты хочешь, Мария? — голос Виктора — бархат и сталь.
— Я...
— Скажи.
— Я хочу... — слова рвутся наружу, как вода сквозь трещину в дамбе. — Я хочу чувствовать. По-настоящему. Не думать, не анализировать, не бояться. Просто — чувствовать.
— И что ты хочешь почувствовать?
— Всё, — я выдыхаю. — Я хочу почувствовать всё.
— Ложь, — Виктор делает шаг ко мне. — Ты знаешь. Ты просто не позволяешь себе признать.
Он так близко, что я чувствую тепло его тела. За моей спиной Александр, и его дыхание щекочет мой затылок. Я зажата между ними, и это должно пугать, но вместо страха — горячая волна, поднимающаяся снизу живота.
— Что ты хочешь, Мария? — голос Виктора — бархат и сталь.
— Я...
— Скажи.
— Я хочу... — слова рвутся наружу, как вода сквозь трещину в дамбе. — Я хочу чувствовать. По-настоящему. Не думать, не анализировать, не бояться. Просто — чувствовать.
— И что ты хочешь почувствовать?
— Всё, — я выдыхаю. — Я хочу почувствовать всё.
— Красавица, закончишь урок с моей женой, зайдёшь ко мне в кабинет, я тебя лично отблагодарю.
После этих слов сердцу становится тесно в груди!
Согласилась подменить коллегу-репетитора на одно занятие, очень нужны были деньги…
Но даже подумать не могла, что придётся обучать жену местного кавказского авторитета Амира Масаева…
Хотела незаметно сбежать сразу после урока, но охранники перехватили на выходе, силой привели меня в кабинет хозяина.
— Красавица, — этот кавказский хищник буквально пожирает меня своим плотоядным взглядом, — ты отлично подойдёшь на роль моей любовницы-подстилки…
— Нет, даже не пытайтесь… ни за что не стану любовницей…
— Станешь, — отрезает мерзавец, — я уже навёл справки, и знаю о твоих проблемах с деньгами, знаю твою самую страшную тайну. Но, если будешь послушной, решу все твои проблемы. А ещё родишь мне наследника, красавица, и тогда тебя ждёт…
После этих слов сердцу становится тесно в груди!
Согласилась подменить коллегу-репетитора на одно занятие, очень нужны были деньги…
Но даже подумать не могла, что придётся обучать жену местного кавказского авторитета Амира Масаева…
Хотела незаметно сбежать сразу после урока, но охранники перехватили на выходе, силой привели меня в кабинет хозяина.
— Красавица, — этот кавказский хищник буквально пожирает меня своим плотоядным взглядом, — ты отлично подойдёшь на роль моей любовницы-подстилки…
— Нет, даже не пытайтесь… ни за что не стану любовницей…
— Станешь, — отрезает мерзавец, — я уже навёл справки, и знаю о твоих проблемах с деньгами, знаю твою самую страшную тайну. Но, если будешь послушной, решу все твои проблемы. А ещё родишь мне наследника, красавица, и тогда тебя ждёт…
Маргарита посмотрела в окно кухни. Сад был серым, мокрым, но по веткам бегут капли — жизнь пробивается. За окном, за забором, в доме Григория загорелся свет. Теплый, желтый, уютный. А в коридоре за её спиной заскрипели половицы. Сергей вернулся.
Она замерла, держа в руке кусочек пирога. Два дома. Два мужчины. Одно — теплое, мягкое, доброе. Другое — холодное, жесткое, опасное.
И вдруг она поняла страшную для себя вещь. Безусловная доброта Григория сейчас казалась ей пресной. Она утоляла голод, но не гнала холод. А взгляд Сергея, пугающий и неуместный, заставлял её биться сердце, заставлял кровь быстрее бежать по венам. Он напоминал ей, что она живая. Что у неё есть тело, которое может чувствовать страх, а может быть и что-то ещё.
Она замерла, держа в руке кусочек пирога. Два дома. Два мужчины. Одно — теплое, мягкое, доброе. Другое — холодное, жесткое, опасное.
И вдруг она поняла страшную для себя вещь. Безусловная доброта Григория сейчас казалась ей пресной. Она утоляла голод, но не гнала холод. А взгляд Сергея, пугающий и неуместный, заставлял её биться сердце, заставлял кровь быстрее бежать по венам. Он напоминал ей, что она живая. Что у неё есть тело, которое может чувствовать страх, а может быть и что-то ещё.
Пока я замешкалась, сзади меня вышли мужчины, которых я уже видела, и один из них схватил меня за шею. Рюкзак мешал ему прижать меня ближе.
— Чей ты парень? Почему сбежал?
— А одежда, посмотри, какая! У нас такой не было отродясь, — я посмотрела на себя и вспомнила, что заклёпки и куча карманов моей куртки вряд ли были похожи на одеяние мужчин.
— Он мокрый, — сказал кто-то, сжав мою куртку с правого бока.
— Только не говори, что купался в водах познания! — закричал мужчина, доставая свой меч из ножен и упирая острие мне в горло. Ему было на вид лет тридцать пять, длинные светлые волосы спадали на плечи, а ростом он был выше меня сантиметров на тридцать. Я осмотрела остальных и пришла к выводу, что они тоже не отставали по комплекции, но всё-таки были поменьше.
#Хеппиэнд
#Горячо и откровенно
— Чей ты парень? Почему сбежал?
— А одежда, посмотри, какая! У нас такой не было отродясь, — я посмотрела на себя и вспомнила, что заклёпки и куча карманов моей куртки вряд ли были похожи на одеяние мужчин.
— Он мокрый, — сказал кто-то, сжав мою куртку с правого бока.
— Только не говори, что купался в водах познания! — закричал мужчина, доставая свой меч из ножен и упирая острие мне в горло. Ему было на вид лет тридцать пять, длинные светлые волосы спадали на плечи, а ростом он был выше меня сантиметров на тридцать. Я осмотрела остальных и пришла к выводу, что они тоже не отставали по комплекции, но всё-таки были поменьше.
#Хеппиэнд
#Горячо и откровенно
Мой собственный отец продал меня своему партнеру, которому однажды я отказала, и теперь этот жестокий мужчина посадил меня в золотую клетку. Зверь внутри него жаждет подчинить себе мой разум и тело, а мне хочется убежать на край света, лишь бы не видеть его темный, пожирающий душу взгляд.
Выберите полку для книги