Книги по тегу «ребенок»: ""

— Ты подал на меня в суд?
— Оксан, это просто… формальность. Чтобы ты… не позорила меня.
— Я говорила правду. Ты понимаешь, что натворил?
— И что? Я не хотел, чтобы всё вышло наружу.
— Тогда не надо было изменять мне девочкой, которой я спасла жизнь.
Я — врач скорой. Женщина, которая всегда все тянула на себе. Мужа. Дом. Дочь.
А он — просто взял и предал.
Сначала — втихаря, как крыса. Потом — в наглую. А в конце ещё и подал на меня в суд «за моральный вред».
Он ждал, что я буду молчать. Он надеялся, что я проглочу. Но я сказала: пощады теперь не жди!

 – С разделением личного и профессионального у нас обоих явно проблемы, – прошептал он, и в его голосе звучала та же улыбка.
 Я ответила улыбкой, чувствуя, как румянец заливает щеки. Слова были излишни.
 – И что же нам с этим делать? – тихо спросила я, не отрывая взгляда от его глаз, словно боясь потерять эту связь.
 Он отодвинулся и сел на диван. 
 –  Не знаю, как ты, но я планирую заниматься с тобой сексом, чем чаще, тем лучше. – с улыбкой произнес Вадим.
    Я замерла, прижимая к груди свой джемпер. Его слова прозвучали как гром среди ясного неба, одновременно пугая и вызывая трепет.
   – Я не планировала становиться любовницей большого босса, – проговорила я.

Мне невероятно повезло: я женюсь на «золотой рыбке» — наследнице огромного состояния. Я уже чувствую запах богатой, беспечной жизни.
Однако за два дня до свадьбы на пороге появляется незнакомка с пятилетней девочкой. Она утверждает, что я — отец этой малышки, и должен позаботиться о ней, пока её мать находится в больнице.

— Кто это? — Элла накидывается на меня с вопросом, за доли секунды превращаясь из милой девушки в грозную фурию.
На ходу придумываю правдоподобную историю, что соседка попросила присмотреть за своей дочкой, пока…
— Дочь. — Одним неосторожным словом юная барышня толкает меня в пропасть.
За что же ты меня так, Юля?
Элла округляет глаза и переводит взгляд с девочки на меня.
— Ч-чья д-дочь?
У меня остаётся крошечная надежда на спасение, которую Юля тут же разбивает вдребезги:
— Его. — Ещё и пальцем показывает на меня для верности!

– А если я забеременею? – аккуратно спрашиваю у своего мужа.
– К чему ты это спрашиваешь? – выгибает бровь, невозмутимо продолжая трапезу.
– Просто, – пожимаю плечами. – Мы не обсудили эту часть контракта.
– Никаких детей. Я не создан для отцовства.
И для любви тоже.
Сжимаю ладони в кулаки.
– Да и этот фиктивный брак скоро подойдёт к концу, разве не так? – продолжает, добивая меня.
– Так, – отвечаю сдавленно. И понимаю, что мы оба совершили ошибку в тот день. И теперь я должна сама разбираться с её последствиями… В виде нашего ребёнка под сердцем в свои 43 года.

Татьяна никогда не любила деревню и сельскую жизнь, как она сама говорила. Да и её старушка-мать из села уехала ещё девчонкой! Что теперь молодой женщине в Пичаевке делать? Нет, она приезжает, конечно, каждое лето ради дочери, но почему тогда постоянно сталкивается с Володей? Бывший сосед, старый знакомый, любитель сельской романтики и песен под гитару, и просто старая любовь.

Судьба? Конечно, нет. Ведь он, Володя, сельский житель, а Татьяна - городская. Да и любовь уже давным-давно...

— Значит, ты всё-таки разбогател, — говорю, складывая руки на груди, с холодной усмешкой.
Он только криво улыбается. Уверенно. Самодовольно. Как будто всё это — награда за то, что избавился от «балласта».
— Успех мужчины — заслуга женщины, которая рядом, — раздаётся чуть приторный голос у меня за спиной.
Я оборачиваюсь, ну конечно, его невеста тут как тут, и цитирует мою бывшую свекровь.
— Что, теперь кусаешь локти? — влезает он, склоняясь ближе, почти шепчет, но с той самой мерзкой насмешкой, что раньше выводила меня из себя. — Не думала, что без тебя я поднимусь, да? А вот поднялся. Пока ты — всё там же.
Сердце стучит, как у загнанной, но я не дам им этого увидеть. Поднимаю подбородок, в глазах — лёд.
— Знаешь, я не жалею, что мы разошлись, — говорю медленно, внятно. — Я жалею, что когда-то поверила, будто ты вообще был мне ровней.
Молчание. Его улыбка гаснет на секунду. Я поворачиваюсь и ухожу, не оглядываясь. Не потому что легко — а потому что больно, очень больно.

– Ваня – мой сын, и я от него не откажусь! – категорично заявляется наглый сосед, который неизвестно почему поселился этажом ниже.
С его финансовыми возможностями он мог бы купить себе весь наш дом.
– Ты не знал о его существовании больше пяти лет, с какой стати? – рычу разъяренной кошкой.
Никому не отдам своего мальчика!
– А пусть папа живет с нами, – простодушно предлагает Ванюша. – Не пележивай, – успокаивает меня, – мы его пелепеленаем. Ой, пел-ревоспитаем! Он будет слушаться, правда?
Перевоспитаем? Этого зазнавшегося хама?
Мужчину, привыкшего получать все, что захочет?
Сильно сомневаюсь, но выбора у меня нет…

С шести лет она жила одна в старом разрушенном городе. Но её жизнь изменилась, когда появились трое молодых людей. Они уговорили её покинуть опасный район и поступить в академию боевых искусств. Они хотели как лучше для неё. Но кто бы мог подумать, что именно с этой академии всё и начнётся.
В том, что пришлось пережить маленькому ребёнку, виновата сама директриса. Она всё исправит, но какой ценой?

— Где Веселов? — спрашивает сопляк лет семи.

— Ну, я Веселов, — хмыкаю в ответ.

Мальчик проходится по мне долгим внимательным взглядом.

— Хорошо, — выносит вердикт. — Поговорим?

Вот это тон у пацана. А главное — нервы у него, похоже, из стали. Пришёл, набедокурил — и хоть бы хны!

— Ну пойдём, поговорим, — я указываю в сторону лестницы. — Дуй за мной.

— Дмитрий Александрович, может, лучше полицию вызовем? — предлагает мой помощник.

— Полицию?! — тут же возмущается пацан. — Да я ничего такого страшного не сделал!

— Вызовем, чтобы мать и отца твоих разыскали, раз ты молчишь как партизан!

— Ладно, расслабься, — я хлопаю помощника по плечу. — Пусть расскажет, что у него там, раз пришёл. А потом разберёмся.

И мы с пацаном отправляемся в мой кабинет. Даже интересно, что за «деликатные причины» привели ко мне этого странного парнишку.

— Как ты это объяснишь? — Матвей разворачивает свой компьютер.
На экране девушка, поразительно похожая на меня, занимается любовью с Сомовым — главным конкурентом Матвея.
— Я не… — осекаюсь, мне не хватает воздуха.
— Не спала с ним? А кто тогда? Кто на видео? Какой же я кретин! Почему я вообще поверил, что это мой ребёнок? — Переводит пренебрежительный взгляд на мой живот. — И по срокам всё идеально совпадает.
Он сам отказался от меня и нашего ребёнка, унизил меня, не поверил, растоптал…
А спустя пять лет мы встретились вновь.
И теперь пришло моё время не верить его оправданиям…