Книги по тегу «ребенок»: ""

- Егор, - кричу в отчаянии, - открой двери, почему ты поменял замки?
На улице мороз, мы с дочкой в канун праздника едва добрались на попутках до загородного домика, а муж нас не пускает.
- Это больше не ваш дом, Инга, проваливайте!
- Егор, на улице холодно! Да что с тобой...
- Повторяю, это больше не твой дом, Инга, - отвечает муж, - можешь валить на все четыре стороны со своим исчадием ада!
Лиза, прижимаясь ко мне, шепчет:
- Мамочка, я замёрзла...
- Сейчас, - успокаиваю её, - Егор откроет двери.
Но он не пускает нас...
Негодяйка-судьба приготовила неприятный подарок на Новый год: неожиданный развод, а в довесок к нему соседа-бывшего, с которым меня связывает страшная тайна...

БЕСПЛАТНО!
- Послушай, ты вот не понимаешь, но я тебе хочу сказать… - вещает мой друг, распустив галстук и расстегнув пару пуговиц на рубашке, обнажив могучую грудь. – Вика очень удобная жена: молчаливая, послушная, красивая, что немаловажно, фигуристая, девочкой была опять же, что говорит о её чистоте и невинности, сирота, что значит к маме не сбежит от меня… Одни плюсы, Глеб, одни плюсы… - делает очередной глоток янтарной жидкости из квадратного стакана и откидывается на спинку кресла. – М-м-м-м, а как она умеет угождать своему любимому мужу. Мне даже кажется порой, что моё такое поведение её ещё больше стимулирует быть мне угодной. Светочка такой не будет. С ней хорошо проводить время, но, чтобы жить… Нет…
- Ром, я не должен лезть в ваши отношения, потому что это не моё дело, но ты не обижай девчонку. Она итак наунижалась, ты это знаешь.
- Вот поэтому она меня принимает таким меня, потому что мои унижения НИЧТО по сравнению с тем, как её родня припирала к стене.

– Скажи, откуда ты взялась, тебе лет сколько? – спрашиваю мелкую.
– Мне тви, – показывает три дрожащих пальчика и снова всхлипывает.
– А откуда ты пришла? – присаживаюсь перед малявкой на корточки.
– Оттуда, – машет рукой в сторону улицы.
– Мама тебя бросила? – изрекаю самую страшную догадку.
– Неть, – машет головой, забрызгивая меня каплями воды со своих волос. – Она упава.
– Упала? – догадываюсь.
– Да, – кивает, – пвиехала сковая, маму забвави, – машет ладошкой, изображая то ли сирену, то ли проблесковый маячок – трудно понять.
– А тебя ж чего не забрали? – возмущаюсь.
– А я котёночку увидева, вот, – открывает край пальто и вынимает из-за пазухи мокрое тощее недоразумение в виде серого кота. – Побежава, без меня уехави.
– Так, – поднимаюсь, взъерошивая нервным движением волосы.
Покой мне только снится.
– Ты поможешь маме? – смотрит жалобно.
– Помогу, – обещаю, даже не представляя, чем для меня это обещание обернется.
И какие тайны моего прошлого выплывут наружу...

— Леша, прошу тебя, помоги моему сыну, — смотрю с мольбой на бывшего.
— Я позвонил твоим родным, — отсекает безэмоционально, — они его заберут.
— Нет! Не отдавай его, —хватаюсь за рукав его рубашки. — Прошу тебя, Леша. Защити Марка. Защити сына пока я в больнице…
— Почему это должен делать я?
«Потому что это твой, ТВОЙ сын» — хочется сказать, но вслух я говорю совершенно другое:
— Мне не к кому больше обратиться. Поможешь?

– Я с тобой никуда не пойду! – упирается девочка. – Я к маме хочу!
Она надувает губы и складывает руки на груди.
Но я тоже не пальцем деланный.
– У тебя всего два варианта: либо со мной, либо в интернат. А в интернате тебе вряд ли понравится.
Да как объяснить четырехлетке, что хочу ей помочь?
Вот откуда чувство отвественности за эту девчонку взялось?! Будь оно неладно!
– Ты плохой дядя! – не успокаивается она.
А окружающие уже начинают на нас косо посматривать.
– Ладно, малявка, сама напросилась! – не церемонясь больше с мелкой, подхватываю ее на руки.

Когда неуправляемая фура летела прямиком в соседнюю со мной машину, я не нашел ничего лучше, чем столкнуть ту с дороги. Теперь у меня на руках маленькая девочка. А ее мама – та самая единственная девушка, которую я любил.

Однажды, моя жизнь круто изменилась. Я умерла в своём мире и попала в другой, совершенно незнакомый.
Не знаю, что бы меня ждало, если бы не женщина, пожалевшая умирающую девушку в странной одежде. Теперь у меня есть новая семья, есть пекарня и есть книга рецептов с Земли.
Но потом в наш дом приходит плохой человек, обещающий испортить нашу жизнь. Но мы не сдадимся. Наймем охрану, откроем пекарню и будем жить!

— Да я на вас в органы опеки пожалуюсь! — выдало угрожающе синеглазое чудо.
Я опешил, услышав это, а потом расхохотался и согласился: — А давайте! И тогда я на вас в полицию заявление напишу!
— На меня? За что? — от удивления девушка пару раз моргнула, но не отступила от меня ни на шаг.
— Ну как за что? Вы похитили моего малолетнего ребенка! Из моего же, заметьте, дома!
— Которого вы оставили без должного присмотра! — тут же прилетело мне в ответ.
— Не правда! Танюшка была дома с няней. С профессиональной, между прочим!
— Это вы сейчас серьёзно? Хорош профессионал, нечего сказать! У неё ребенок пропал, а она и не заметила!

— Я временно поживу отдельно от вас.
Я смотрю на него и не понимаю. Вчера вечером он целовал сына перед сном, говорил, что устал, что много работы. А сегодня говорит это.
— Что прости?
Он делает вид, что не слышит. Но я уже знаю. Только что видела сообщение: «Спасибо, котик. Я в восторге, машинка просто класс».
Котик? Машинка?
Воздух становится густым, вязким, как сироп. Я тянусь за ним взглядом, пытаясь понять, когда всё пошло не так. В те ночи, когда я не спала, укачивая сына? В те вечера, когда он задерживался на работе?
— Я влюбился, — говорит он.
Просто. Спокойно.
Я хотела бы закричать, но просто не могу.
Он изменял, пока я боролась за жизнь нашего сын.
Что ж…

Тётка решила выдать меня замуж за старого богача, утаив неприглядную правду о нашем роде. Чтобы избежать свадьбы я сбежала из дома и устроилась воспитательницей к герцогу с дурной славой.
Он неприлично богат, так же нелюдим и тоже что-то скрывает. Вот только всё чаще я замечаю на себе его взгляд.
Сможем ли мы преодолеть тайны разделяющие нас или поцелуй под омелой всего лишь досадная ошибка?

❄властный, тёмный маг
❄наивная героиня
❄чужой ребенок
❄древнее проклятие
❄тайны
❄ зимняя праздничная атмосфера

Первая книга цикла о младшей сестре Амелии Вельской

— Моей дочери нужна мать, — холодно произносит он.
— В каком смысле?
— Фиктивная, — нехотя поясняет. — На несколько месяцев, пока идут судебные разбирательства с моей женой.
— Но это же жестоко… — растерянно хлопаю глазами.
— Жестоко — это если она выиграет суд и заберет дочь к себе, — рявкает он.
— Но она же мать.
— Её настоящая мать погибла несколько лет назад.
— Ничего не понимаю, — качаю головой.
— А тебе и не надо. Условия я озвучил. Тебе всё ещё нужны деньги?

Очень нужны. И он это знает.

Он — хладнокровный юрист, ведущий борьбу за дочь.
Я — официантка, мечтающая заработать денег на операцию сестре.

Сделка, которая выгодна нам обоим.
Семья, которой никогда не будет.
И чувства, которые никто из нас не предусмотрел.