Книги по тегу «ребенок»: ""
– Ты же говорила… что никакого ребёнка не было! – он смотрит на девочку с такими же глазами, как у него.
– Его и не было! – отрезаю уверенно, хотя всё внутри сжимается от боли и не зажившего до конца шрама на сердце… шрама от предательства.
– Неужели?! – в меня впивается яростный взгляд. – А сколько тогда лет твоей дочери?
– Это совершенно не ваше дело! Будьте добры покинуть моё купе! – берусь за дверь, но моя девочка, соскользнув с полки, встаёт передо мной, внимательно разглядывая… своего отца.
– Сколько тебе лет, малышка? – он присаживается перед ней на корточки.
– Мне пять, – она наклоняет голову, улыбается, не обращая внимания на то, что мужчина судорожно вдыхает. – А вы кто?
– Я начальник этого поезда.
– Значит, это вы везёте нас к маминому жениху, да?
Ловлю на себе взгляд человека, ставшего моей самой большой любовью… и уничтожившего её. И понимаю, что, кажется, у меня проблемы.
– Его и не было! – отрезаю уверенно, хотя всё внутри сжимается от боли и не зажившего до конца шрама на сердце… шрама от предательства.
– Неужели?! – в меня впивается яростный взгляд. – А сколько тогда лет твоей дочери?
– Это совершенно не ваше дело! Будьте добры покинуть моё купе! – берусь за дверь, но моя девочка, соскользнув с полки, встаёт передо мной, внимательно разглядывая… своего отца.
– Сколько тебе лет, малышка? – он присаживается перед ней на корточки.
– Мне пять, – она наклоняет голову, улыбается, не обращая внимания на то, что мужчина судорожно вдыхает. – А вы кто?
– Я начальник этого поезда.
– Значит, это вы везёте нас к маминому жениху, да?
Ловлю на себе взгляд человека, ставшего моей самой большой любовью… и уничтожившего её. И понимаю, что, кажется, у меня проблемы.
Открываю дверь без стука, хочу увидеть его удивление.
Время останавливается.
На кожаном диване в углу кабинета, где обычно проходят совещания, сидит Алексей. Рядом с ним молодая женщина, с короткими платиновыми волосами и агрессивным макияжем. Его рука лежит на ее бедре, а губы... его губы прижаты к ее шее. На столике перед ними бутылка крепкого напитка, два полупустых бокала и россыпь документов.
– Отпразднуем подписание контракта по-настоящему? У меня есть чем тебя удивить...
– У тебя всегда есть чем меня удивить, Лина, – его голос звучит интимно, с той особой хрипотцой, которую я когда-то считала предназначенной только для меня.
***
– Так это и есть твоя жена? – спрашивает она с нотками превосходства в голосе. – Милая... домашняя.
Время останавливается.
На кожаном диване в углу кабинета, где обычно проходят совещания, сидит Алексей. Рядом с ним молодая женщина, с короткими платиновыми волосами и агрессивным макияжем. Его рука лежит на ее бедре, а губы... его губы прижаты к ее шее. На столике перед ними бутылка крепкого напитка, два полупустых бокала и россыпь документов.
– Отпразднуем подписание контракта по-настоящему? У меня есть чем тебя удивить...
– У тебя всегда есть чем меня удивить, Лина, – его голос звучит интимно, с той особой хрипотцой, которую я когда-то считала предназначенной только для меня.
***
– Так это и есть твоя жена? – спрашивает она с нотками превосходства в голосе. – Милая... домашняя.
– Как ты мог, Влад?! Эта женщина… как давно ты с ней?!
– Прекрати истерику. Ты – моя жена. На этом точка, – парирует муж, при этом смотрит на меня своими яркими глазами, заставляя остановится и не устраивать скандал.
– Ах, жена – и точка… Хорошо устроился, Поляков! – проговариваю зло, затем беру со стола тарелку пассии моего мужа и со всего маха залепляю салатом в лицо Полякова.
– Галя! С ума сошла?! – рычит муж и вскакивает с места, с грохотом роняя стул.
– Ты лучше скажи мне, как давно спишь с чужой женой, Влад! Пока твоя собственная тебя дома ждет!
– Прекрати истерику. Ты – моя жена. На этом точка, – парирует муж, при этом смотрит на меня своими яркими глазами, заставляя остановится и не устраивать скандал.
– Ах, жена – и точка… Хорошо устроился, Поляков! – проговариваю зло, затем беру со стола тарелку пассии моего мужа и со всего маха залепляю салатом в лицо Полякова.
– Галя! С ума сошла?! – рычит муж и вскакивает с места, с грохотом роняя стул.
– Ты лучше скажи мне, как давно спишь с чужой женой, Влад! Пока твоя собственная тебя дома ждет!
Я задыхалась, его губы накрыли мои, и мир исчез. Максим притянул меня, его руки обхватили талию — горячие и жадные. Мое сердце билось в унисон с его, пальцы вцепились в рубашку, но предательство вспыхнуло в памяти, и я оттолкнула его.
— Не смей, — прошептала я, слёзы жгли глаза.
Его взгляд — тёмный, полный желания — прожигал меня.
—Ты всё ещё чувствуешь, — сказал он хрипло.
Моя жизнь рухнула, когда я застала мужа, властного магната, с другой. Взяв дочь Лизу, я сбежала, но он нашёл меня, разжигая старую страсть. Его поцелуи и слова тянут назад, несмотря на ложь и предательство. Теперь мне нужно выбрать: простить ради Лизы и любви, что горит в сердце, или обрести свободу. Это мой бой и моя надежда. Сможете ли вы понять мой выбор?
— Не смей, — прошептала я, слёзы жгли глаза.
Его взгляд — тёмный, полный желания — прожигал меня.
—Ты всё ещё чувствуешь, — сказал он хрипло.
Моя жизнь рухнула, когда я застала мужа, властного магната, с другой. Взяв дочь Лизу, я сбежала, но он нашёл меня, разжигая старую страсть. Его поцелуи и слова тянут назад, несмотря на ложь и предательство. Теперь мне нужно выбрать: простить ради Лизы и любви, что горит в сердце, или обрести свободу. Это мой бой и моя надежда. Сможете ли вы понять мой выбор?
– Привет, Котенок!
Я на мгновение застыла, а потом, сделав миловидную гримасу, приняла руку Кораблева.
– Привет.
Что это на него нашло?
Насколько я помню – одно лишь присутствие рядом со мной доводило Данилу до тошноты.
– Как жизнь? – спросил он, опуская свою ладонь на мою.
– Лучше не бывает, – ответила, не глядя на него. С широкой, ослепительной улыбкой, смотря на собравшихся гостей.
Я уже собиралась шагнуть вперед, но в этот момент ко мне подбежала Алена.
Она вцепилась в мою правую руку и со счастливым лицом подняла на меня глаза:
– Мамочка, я с тобой пойду, ладно?
Я кивнула сглотнув.
Дочка должна была идти с сыном Софии, но Владик куда-то подевался.
В этот момент я краем глаза заметила, как изменилось лицо Данилы.
– У тебя есть дочка? – спросил Кораблев, внимательно смотря на Аленку.
– А что тебя удивляет? – ответила я непринужденно. – Или думаешь, что у толстухи не может быть ребенка?
Я на мгновение застыла, а потом, сделав миловидную гримасу, приняла руку Кораблева.
– Привет.
Что это на него нашло?
Насколько я помню – одно лишь присутствие рядом со мной доводило Данилу до тошноты.
– Как жизнь? – спросил он, опуская свою ладонь на мою.
– Лучше не бывает, – ответила, не глядя на него. С широкой, ослепительной улыбкой, смотря на собравшихся гостей.
Я уже собиралась шагнуть вперед, но в этот момент ко мне подбежала Алена.
Она вцепилась в мою правую руку и со счастливым лицом подняла на меня глаза:
– Мамочка, я с тобой пойду, ладно?
Я кивнула сглотнув.
Дочка должна была идти с сыном Софии, но Владик куда-то подевался.
В этот момент я краем глаза заметила, как изменилось лицо Данилы.
– У тебя есть дочка? – спросил Кораблев, внимательно смотря на Аленку.
– А что тебя удивляет? – ответила я непринужденно. – Или думаешь, что у толстухи не может быть ребенка?
Ассистентка Ромы суёт руку в карман и совсем по-детски достаёт скомканные купюры.
— Что это?
— Роман Дмитриевич дал мне.
— Рома дал тебе деньги? Зачем?
— На аборт.
Рукой на автомате обхватываю свой живот, в котором тоже уже стучит маленькое сердечко.
— Зарина Захаровна, простите! Я не знаю, как вымолить прощение… Ребёнок… этот… это… — Замолкает, но продолжает беззвучно губами шевелить.
Пазл моментально складывается.
— Ребёнок от Ромы?
— Простите. Он не хотел… Он вас любит! Клянусь, это вышло случайно. Всего один раз… Я... Я не хотела…
За шесть лет без него я успела собрать себя по кусочкам. Но вот он явился на порог моего дома, чтобы разрушить мою жизнь, уничтожить мой бизнес и вернуть свою дочь.
— Что это?
— Роман Дмитриевич дал мне.
— Рома дал тебе деньги? Зачем?
— На аборт.
Рукой на автомате обхватываю свой живот, в котором тоже уже стучит маленькое сердечко.
— Зарина Захаровна, простите! Я не знаю, как вымолить прощение… Ребёнок… этот… это… — Замолкает, но продолжает беззвучно губами шевелить.
Пазл моментально складывается.
— Ребёнок от Ромы?
— Простите. Он не хотел… Он вас любит! Клянусь, это вышло случайно. Всего один раз… Я... Я не хотела…
За шесть лет без него я успела собрать себя по кусочкам. Но вот он явился на порог моего дома, чтобы разрушить мою жизнь, уничтожить мой бизнес и вернуть свою дочь.
– А ты чья, малышка? – слышу за спиной голос бывшего мужа.
Резко разворачиваюсь и ноги слабеют, когда я вижу, что наша с Дамиром дочь сейчас стоит рядом с ним.
– Я мамина. А ты чей?
Бывший муж усмехается.
– А я пока ничей, малышка. И где же твоя мама?
Внутри все замирает. Он не должен не должен узнать, чья эта малышка. Ведь пять лет назад он меня предал и отказался от семьи.
Резко разворачиваюсь и ноги слабеют, когда я вижу, что наша с Дамиром дочь сейчас стоит рядом с ним.
– Я мамина. А ты чей?
Бывший муж усмехается.
– А я пока ничей, малышка. И где же твоя мама?
Внутри все замирает. Он не должен не должен узнать, чья эта малышка. Ведь пять лет назад он меня предал и отказался от семьи.
🔥ЭКСКЛЮЗИВНО🔥
- А-а-а, - слышится хриплый женский голос. - Чо так грубо!
- Потерпишь! И не ори! Соседи услышат! - рычит муж.
Замираю, придерживая живот. Дочь сегодня пинается особо активно. Вот тебе и вернулась пораньше.
Две недели на сохранении, муж ждет меня только в понедельник.
Это что за девка в моем доме? Нехорошая догадка ледяной удавкой стягивает горло.
- А ты чего такой голодный-то? - слышится хриплый женский смех.
- Так у Таньки же угроза всю беременность.
- Чо она такая хилая? Даже выносить нормально не может.
- Да черт ее знает. Хватит болтать, - хрипит муж.
На негнущихся ногах иду на голоса, толкаю дверь в спальню.
Мой муж, который с утра писал мне: «Доброе утро, котенок» сейчас очень увлечен моей подругой.
В груди печет и давит, так словно, меня сунули под пресс или переехали катком. Больно. Внутри меня поднимается лютая ненависть и гнев.
Вслепую нащупываю за дверью биту.
- Ну, здравствуй, любимый!
- А-а-а, - слышится хриплый женский голос. - Чо так грубо!
- Потерпишь! И не ори! Соседи услышат! - рычит муж.
Замираю, придерживая живот. Дочь сегодня пинается особо активно. Вот тебе и вернулась пораньше.
Две недели на сохранении, муж ждет меня только в понедельник.
Это что за девка в моем доме? Нехорошая догадка ледяной удавкой стягивает горло.
- А ты чего такой голодный-то? - слышится хриплый женский смех.
- Так у Таньки же угроза всю беременность.
- Чо она такая хилая? Даже выносить нормально не может.
- Да черт ее знает. Хватит болтать, - хрипит муж.
На негнущихся ногах иду на голоса, толкаю дверь в спальню.
Мой муж, который с утра писал мне: «Доброе утро, котенок» сейчас очень увлечен моей подругой.
В груди печет и давит, так словно, меня сунули под пресс или переехали катком. Больно. Внутри меня поднимается лютая ненависть и гнев.
Вслепую нащупываю за дверью биту.
- Ну, здравствуй, любимый!
Это что за дела, мать меня под Лепса родила!
Захожу в свой новый кабинет, а за моим дорогим столом сидит мелочь пузатая, сок попивает и говорит важным голосом:
- Мущщинка, вы на собеседование? Почему без пиложных? Без них на лаботу не возьму!
- Это мой кабинет, - говорю грозно, - и я тут на работу принимаю! А ты кто такая?
- Даха-обаяха я, - ничуть не пугается малая, - а возьмите меня на лаботу, я мультилжачная, ой, мультизадачная.
Пока я присматриваюсь к малой и думаю, что её лицо мне знакомо, она выдаёт:
- А лучше возмите мою маму Златонастю на лаботу, ей нузны денюшки, чтобы кледиты платить...
Хочу согнать малую со своего места, но замираю.
- Погоди... как зовут твою маму?
Мама этой малой едва не разрушила мою жизнь, а сейчас они вернулись вдвоём с дочерью, чтобы снова превратить мою жизнь в кошмар... или спасти меня от большой беды?
Захожу в свой новый кабинет, а за моим дорогим столом сидит мелочь пузатая, сок попивает и говорит важным голосом:
- Мущщинка, вы на собеседование? Почему без пиложных? Без них на лаботу не возьму!
- Это мой кабинет, - говорю грозно, - и я тут на работу принимаю! А ты кто такая?
- Даха-обаяха я, - ничуть не пугается малая, - а возьмите меня на лаботу, я мультилжачная, ой, мультизадачная.
Пока я присматриваюсь к малой и думаю, что её лицо мне знакомо, она выдаёт:
- А лучше возмите мою маму Златонастю на лаботу, ей нузны денюшки, чтобы кледиты платить...
Хочу согнать малую со своего места, но замираю.
- Погоди... как зовут твою маму?
Мама этой малой едва не разрушила мою жизнь, а сейчас они вернулись вдвоём с дочерью, чтобы снова превратить мою жизнь в кошмар... или спасти меня от большой беды?
— Хузяева! Есть кто дома? — слышу с улицы детские голоса. — Отклывайте сколее! Это к вам суседки-бандитьки плишли!
Ах ты ж… флешку мне в разъём для видеокарт!
Я чуть кружку с кофе не роняю!
Не успеваю выйти с кухни, снова слышу крик:
— Дядя злодей, выходите сколее, а то вашу машину чичас местная живность угонит!
Какая ещё живность? Куда угонит?
Я только новую машину купил!
Рычу в ярости, вылетаю из дома и… вижу на улице двух рыжих девчушек, а на моей машине…
— Какого ху…дожника? Это кто устроил? Где ваши родители! Будете у меня все до пенсии малину собирать и ремонт отрабатывать, а родителей ваших ждёт…
Две этих рыжих бандитки в колготках повредили мою машину, хоть и говорят, что не виноваты. Заставляю меня отвести к их маме, но даже не догадываюсь, что встреча с девушкой откроет самые страшные тайны прошлого, а эти маленькие хулЮганки изменят мою жизнь навсегда…
Ах ты ж… флешку мне в разъём для видеокарт!
Я чуть кружку с кофе не роняю!
Не успеваю выйти с кухни, снова слышу крик:
— Дядя злодей, выходите сколее, а то вашу машину чичас местная живность угонит!
Какая ещё живность? Куда угонит?
Я только новую машину купил!
Рычу в ярости, вылетаю из дома и… вижу на улице двух рыжих девчушек, а на моей машине…
— Какого ху…дожника? Это кто устроил? Где ваши родители! Будете у меня все до пенсии малину собирать и ремонт отрабатывать, а родителей ваших ждёт…
Две этих рыжих бандитки в колготках повредили мою машину, хоть и говорят, что не виноваты. Заставляю меня отвести к их маме, но даже не догадываюсь, что встреча с девушкой откроет самые страшные тайны прошлого, а эти маленькие хулЮганки изменят мою жизнь навсегда…
Выберите полку для книги