Подборка книг по тегу: "родители и дети"

Мария Соколова бежала к своей мечте, оставив за спиной всё, кроме тихой боли. Ее стихия теперь — бескрайнее небо над Абу-Даби и безупречный порядок салона лайнера авиакомпании «Alamir Air». Но ее сердце осталось на земле, в России, с маленьким сыном, о существовании которого не должен знать никто.
Рэйф Дэвлин давно заморозил свою жизнь на отметке в десять тысяч метров. Он — капитан, живая легенда и человек-айсберг, чье сердце разбито потерей и чувством вины. Он выстроил вокруг себя неприступную крепость, отгородившись от мира холодной вежливостью и безупречным профессионализмом.
Когда Мария оказывается на грани отчаяния, а ее хрупкий мир рушится, именно он неожиданно становится ее шансом на спасение.
Готов ли Рэйф рискнуть своим железным контролем ради той, что бросает ему вызов? Сможет ли Мария довериться человеку, который когда-то хотел ее сломать?

Когда в настоящем появляются тени прошлого, будущее становится призрачным.

- Руки убери!- рычит на меня и дёргает рукой, пытаясь освободиться.
- Макс, поговорить надо,- тяну за собой в сторону.- Что за выдумки про любовницу, ребёнка? Откуда тебе вообще такое в голову пришло?
- А мне не пришло, я слышала собственными ушами,- смотрит с равнодушием, поджав губы.
- Слышала? От кого?
- Имя Майя Сибуль тебе что-нибудь говорит?

– Мам, а ты этого дядьку ненормальным называла? – прищурившись, звонко спросил мальчишка.
– Как интересно, – я усмехнулся. – За что же такая лестная характеристика?
– Извините, Олег!
– Еще страннее, не находите? – я прищурился так же, как мальчишка. – Мы ведь с вами не знакомы. Но вы меня знаете. Или... Мы встречались с вами до аварии? Я вас знаю?
– Я не могу знать за вас, что вы знаете. И это неважно! Матвей, выходим, наш этаж!
Неважно?
Серьезно?
Ну уж нет!
Мы случайно столкнулись в лифте. Но теперь я из кожи вон вылезу. Я узнаю, откуда ты меня знаешь и почему так боишься в этом признаться, Светлячок. Чего бы мне это не стоило...

Даня и Майя сбежали, чтобы побыть наедине в своем небольшом домике, выделенном молодоженам. Страстно целуясь, они начали стаскивать с друг друга одежду, не включая света, продуманно решив, чтобы на «огонек» никто не завернул.
— Боже, целый день только об этом и думал, — стонал Даниил, шаря у жены под юбкой, поглаживая округлые бедра.
— А че тут думать? — раздался сонный голос Клавдии Ильиничны. — Деньги мы уже посчитали. Там триста восемьдесят пять тысяч надарили. Кто-то куркуль зажмотил, но я его вычислю…
— Мама?! — взвизгнула новобрачная, шарахнувшись в сторону.
Даня так и застыл с полуспущенными штанами.

Мы прожили с мужем почти шестнадцать лет вместе - годы, наполненные любовью, верой и взаимопониманием. Я всегда считала, что у нас идеальный брак, и никогда не сомневалась в его преданности. Но наступил Новый год, и я узнала, что он мне уже давно изменяет с лучшей подругой. Но как же теперь жить, если в нашей семье есть еще один человечек, который нуждается в моей любви и заботе - наша дочь, и малыш, который чудом поселился у меня под сердцем.

- А я могу ребят хотя бы на выходные забирать?
- Думаю, что да. Вряд ли эта парочка будет против, но справки от Вас, Руслана, я всё-таки вынуждена буду попросить… - извиняющимся голосом подтвердила всё то, что я успела разузнать, Татьяна Сергеевна.
- Конечно, я понимаю… А когда они приедут обратно?..
- Через три дня, но Руслан и Оля позже… Спонсор пригласил их погостить у себя дома…
Пригласил погостить… У него виды на ребят… Наверняка, и справки все давно собраны, да и возможностей намного больше, чем у меня…
- Пока это гостевой режим, но не стану скрывать, что Дмитрий Олегович настроен очень серьёзно.
Настроен серьёзно? Хочет оформить усыновление? Мне и так не светило, а теперь…
- Он, ну спонсор, собирает документы на усыновление, - чуть слышно выдохнула я.
- Там не всё так просто, но я не могу Вас в это посвящать, извините…
...Найти своё счастье, помогая двум детдомовским ребятишкам, оказалось вполне реально. История о любви, о настоящей любви.

Димка – единственный друг Маши. Она так им дорожит, что готова за компанию с ним презирать Крестовского, о котором почти ничего не знает, кроме того, что тот держится особняком в группе и необъяснимо не нравится ее маме.
Маша – принадлежит Димке, потому что он когда-то так решил. С ней он, правда, об этом не говорил, но у него и необходимости не было, пока в их группу не занесло Крестовского, который вечно все ему портит.
Роман многие месяцы игнорирует и Машу, и Димку, не собираясь снова вмешиваться в Димкину жизнь. Ему разобраться бы со своей, в которой все встало с ног на голову.
И все так бы и шло дальше, если бы не череда нелепых случайностей, начавшая свой отсчет одной сентябрьской ночью.

Две счастливых семьи были трагически разрушены в один день, одни остались дети без отца и матери. Пережить такое сложно, но нужно жить дальше. Найти в себе силы не просто жить, а возможно полюбить. Тяжело себя простить и отказаться от мысли, что предаешь память по ушедшему, предаешь свою любовь к нему. Чья вина в случившемся? И кого стоит наказать или попытаться простить...

Автор предупреждает, что в романе нет интимных сцен.

Третья часть саги о Насте и Матрёшке. Первая "Восьмёрка жизни" 1930-1941 годы. Вторая "Восьмёрка жизни ВОВ" 1941-1945. Это третья, послевоенная (Восьмёрка жизни ПВ). Книга закончена.

Что общего у остроумного кандидата наук и скромной маленькой девушки, нашедшей ошибку в меню? Устоит ли эта связь под натиском судьбы?

Возможно, героев соединяет нечто большее, чем то, что вмещается в человеческую жизнь… Роман о нелепостях жизни, изгибах любви, желаниях и изъянах души и тела.

История Сергея и Виолетты. Любовный роман, жизнеописание, академическая среда. Основное время действия – 80–90-е годы ХХ века.