Книги по тегу «сильная героиня»: ""
— Ты рано вернулся, — говорю спокойно, будто ничего не произошло.
— Да, сегодня без сауны. — Он улыбается, снимает футболку прямо на ходу. — Как ты? Спала хорошо?
Спала… Ага. Прекрасно спала, после того как узнала, что моя жизнь — враньё.
— Кстати, Паш… Я скоро улетаю в командировку. На неделю.
Он замирает. На секунду. Я вижу, как в глазах мелькает искра радости. Но он быстро берёт себя в руки.
— Командировку? А ты же вроде больше не хотела ездить.
— Поменялись обстоятельства, — говорю мягко. — Проект срочный, надо ехать.
Он кивает. Слишком быстро, слишком резко.
Командировка… Конечно, никакой командировки нет. Это будет моя охота. Я узнаю, кто эта твоя «А». Соберу каждое фото, каждую мерзость. И когда всё будет у меня в руках — ты пожалеешь, что решил сделать из меня мебель.
Я заставлю тебя пожалеть. Тебя и эту твою овцу недоношенную, которая посмела назвать меня «старой мегерой».
— Да, сегодня без сауны. — Он улыбается, снимает футболку прямо на ходу. — Как ты? Спала хорошо?
Спала… Ага. Прекрасно спала, после того как узнала, что моя жизнь — враньё.
— Кстати, Паш… Я скоро улетаю в командировку. На неделю.
Он замирает. На секунду. Я вижу, как в глазах мелькает искра радости. Но он быстро берёт себя в руки.
— Командировку? А ты же вроде больше не хотела ездить.
— Поменялись обстоятельства, — говорю мягко. — Проект срочный, надо ехать.
Он кивает. Слишком быстро, слишком резко.
Командировка… Конечно, никакой командировки нет. Это будет моя охота. Я узнаю, кто эта твоя «А». Соберу каждое фото, каждую мерзость. И когда всё будет у меня в руках — ты пожалеешь, что решил сделать из меня мебель.
Я заставлю тебя пожалеть. Тебя и эту твою овцу недоношенную, которая посмела назвать меня «старой мегерой».
Я обычная студентка. Серая мышка днем и яркая девочка гоу-гоу по вечерам.
Они молодые владельцы клуба. Наглые, дерзкие и сексуальные мажоры, которые не знают слова “нет”.
В их правилах не связываться с танцовщицами, а мое сердце закрыто на замок.
Но однажды ночью в грязном переулке, спасая меня от беды, они это правило нарушили…
— Место свободно? — Демьян ухмыляется и, не дожидаясь ответа, ставит поднос и усаживается напротив. Олег молча вручает мне один из стаканов. От него пахнет дорогим кофе и… им.
— Сбежала от нас, Орлова. А мы так расстроились.
Я не могу пошевелиться, не могу вымолвить и слова. Они оба смотрят на меня. Демьян с веселым любопытством, Олег тем самым пронзительным, тяжелым взглядом, от которого тает все внутри.
— Мы не кусаемся, — Олег говорит тихо, и его голос кажется единственным звуком в оглушающе громком зале. — Если, конечно, ты сама не захочешь…
Они молодые владельцы клуба. Наглые, дерзкие и сексуальные мажоры, которые не знают слова “нет”.
В их правилах не связываться с танцовщицами, а мое сердце закрыто на замок.
Но однажды ночью в грязном переулке, спасая меня от беды, они это правило нарушили…
— Место свободно? — Демьян ухмыляется и, не дожидаясь ответа, ставит поднос и усаживается напротив. Олег молча вручает мне один из стаканов. От него пахнет дорогим кофе и… им.
— Сбежала от нас, Орлова. А мы так расстроились.
Я не могу пошевелиться, не могу вымолвить и слова. Они оба смотрят на меня. Демьян с веселым любопытством, Олег тем самым пронзительным, тяжелым взглядом, от которого тает все внутри.
— Мы не кусаемся, — Олег говорит тихо, и его голос кажется единственным звуком в оглушающе громком зале. — Если, конечно, ты сама не захочешь…
— Света, день просто кошмарный! — сетовала она. — Утром кофе опрокинула на блузку! Новую, дорогущую!
В ее досаде слышалась искренняя растерянность, и я едва сдержала улыбку. Вселенная порой обладает тонким чувством иронии. Особенно когда кто-то очень осторожно ослабляет крышку кофеварки в офисной кухне, ровно настолько, чтобы от малейшего неосторожного движения она открылась, выплеснув содержимое на безупречную блузку безупречной любовницы моего мужа.
— И вся неделя наперекосяк! Вчера ручка в сумке потекла, документы испортила! А сегодня проснулась, лицо в прыщах, как у подростка!
— Ирин, а ты не думаешь, что это... ну, Татьяна Александровна о вас с шефом узнала?
— Эта клуша? — фыркнула Ирина, и в ее голосе был такой концентрат презрения, что у меня перехватило дыхание. — Света, да что ты! Она только о своих колбасках думает. Вечно в цехе копается, в жиру и специях. Да она не заметит, если Гена домой в женском платье придет!
В ее досаде слышалась искренняя растерянность, и я едва сдержала улыбку. Вселенная порой обладает тонким чувством иронии. Особенно когда кто-то очень осторожно ослабляет крышку кофеварки в офисной кухне, ровно настолько, чтобы от малейшего неосторожного движения она открылась, выплеснув содержимое на безупречную блузку безупречной любовницы моего мужа.
— И вся неделя наперекосяк! Вчера ручка в сумке потекла, документы испортила! А сегодня проснулась, лицо в прыщах, как у подростка!
— Ирин, а ты не думаешь, что это... ну, Татьяна Александровна о вас с шефом узнала?
— Эта клуша? — фыркнула Ирина, и в ее голосе был такой концентрат презрения, что у меня перехватило дыхание. — Света, да что ты! Она только о своих колбасках думает. Вечно в цехе копается, в жиру и специях. Да она не заметит, если Гена домой в женском платье придет!
Уже три года бывший психолог Ирина живет в другом мире. Изучает целительскую магию и применяет на практике знания о земной медицине. Но когда ей приходится стать личным целителем хмурого архимага-некроманта и его огненного напарника, налаженная жизнь идет кувырком. Ведь они оказались в центре грандиозного заговора.
Вера Климова пять лет проектировала чужие успехи — пока однажды не отказалась молчать. Теперь у неё есть шестнадцать недель, чтобы спасти старый московский особняк от продажи и доказать: её имя заслуживает стоять под проектом.
Максим Берестов — архитектор-реставратор, который не пропустит ни одного красивого решения без расчётов и подписи. Они спорят о каждом узле, вместе вытаскивают дом из аварий, давления студии и чужих амбиций — и слишком поздно замечают, что профессиональное противостояние стало личным.
Но чем ближе открытие, тем выше цена одной скрытой правки. Чтобы сохранить дом, карьеру и право на собственное имя, Вере придётся решить, кому она действительно доверяет — и можно ли построить отношения так же честно, как реставрируют старый дом: слой за слоем.
Максим Берестов — архитектор-реставратор, который не пропустит ни одного красивого решения без расчётов и подписи. Они спорят о каждом узле, вместе вытаскивают дом из аварий, давления студии и чужих амбиций — и слишком поздно замечают, что профессиональное противостояние стало личным.
Но чем ближе открытие, тем выше цена одной скрытой правки. Чтобы сохранить дом, карьеру и право на собственное имя, Вере придётся решить, кому она действительно доверяет — и можно ли построить отношения так же честно, как реставрируют старый дом: слой за слоем.
Тихий шёпот безумца преследует меня всюду, и я смирилась. Но голос с каждым днём становится всё чётче, и я знаю, что он опасен.
Иногда кажется, что он контролирует меня.
Теперь за мной следует тень, которая, в один миг становится материальной. Надо бежать, но меня мучает лишь один вопрос: хочу ли я этого?
Иногда кажется, что он контролирует меня.
Теперь за мной следует тень, которая, в один миг становится материальной. Надо бежать, но меня мучает лишь один вопрос: хочу ли я этого?
Все девицы только об одном и мечтают: как бы замуж быстрее выйти. И Абсей расстарался, жениха дочери такого нашел, чтоб ей в замужестве худо не пришлось. Приданое щедрое посулил — пекарню свою, на всю Вартару известную.
Озара наставления отца слушала да вздыхала тайком. Любви ей хотелось. Настоящей. Чтоб сердечко от одного взгляда на мужа в груди заходилось, и жизнь семейная счастливой была.
Вой, сын князя Вартарского, о женитьбе пока и не думал. Конь у него ретивый, меч острый, служба в царской дружине непыльная. Незачем к венцу торопиться. Только отец его и слушать не захотел. Сосватал невесту в соседнем княжестве и велел к свадьбе готовиться.
Любовь прекрасное чувство, но иногда кажется, что лучше ее и вовсе не было бы. Ведь тогда эта история сложилась бы совсем по-другому. Не пришлось бы Озаре лицом к лицу с Тьмой столкнуться и оказаться на самом острие борьбы добра и зла.
Озара наставления отца слушала да вздыхала тайком. Любви ей хотелось. Настоящей. Чтоб сердечко от одного взгляда на мужа в груди заходилось, и жизнь семейная счастливой была.
Вой, сын князя Вартарского, о женитьбе пока и не думал. Конь у него ретивый, меч острый, служба в царской дружине непыльная. Незачем к венцу торопиться. Только отец его и слушать не захотел. Сосватал невесту в соседнем княжестве и велел к свадьбе готовиться.
Любовь прекрасное чувство, но иногда кажется, что лучше ее и вовсе не было бы. Ведь тогда эта история сложилась бы совсем по-другому. Не пришлось бы Озаре лицом к лицу с Тьмой столкнуться и оказаться на самом острие борьбы добра и зла.
- Ты невеста Демида Остапова? – вырвалась из душного зала припудрить носик… счастливее меня нет на свете человека, мой любимый попросил у моих родителей моей руки…и-и-и… Дёмка – муж, Лариска – жена!
Я даже и не сразу поняла, что девушка, стоящая у соседней раковины, обращается ко мне.
- Да… а вы кто?
- А я беременна от него, семь месяцев…, - только сейчас я увидела, что девушка обнимала руками круглый животик. – Не бери грех на душу, не забирай у ребёнка отца, заклинаю тебя…, ты богатая, красивая, другого себе найдёшь.
- Да почему я вам верить должна? У нас вообще-то свадьба!
Но поверить пришлось, Демид даже не стал отрицать.
- Это ничего не значит, малыш, люблю-то я тебя, а она так… ошибка…
Конечно, я оставила его ей и ребёнку… уехала…, но оказалось не навсегда…
Я даже и не сразу поняла, что девушка, стоящая у соседней раковины, обращается ко мне.
- Да… а вы кто?
- А я беременна от него, семь месяцев…, - только сейчас я увидела, что девушка обнимала руками круглый животик. – Не бери грех на душу, не забирай у ребёнка отца, заклинаю тебя…, ты богатая, красивая, другого себе найдёшь.
- Да почему я вам верить должна? У нас вообще-то свадьба!
Но поверить пришлось, Демид даже не стал отрицать.
- Это ничего не значит, малыш, люблю-то я тебя, а она так… ошибка…
Конечно, я оставила его ей и ребёнку… уехала…, но оказалось не навсегда…
Когда я выхожу в зал, то сразу замечаю девушку у окна. Она сидит в ультрамини-платье, вызывая на себя взгляды окружающих. Ей не больше двадцати лет: хорошенькая, но слишком искусственная. При виде меня она меняет позу, перекладывая ногу на ногу и демонстрируя, что именно она здесь - хозяйка положения.
- Вы кто? - спрашиваю у неё и даже бровь невольно приподнимаю. Мне даже в голову не приходит, что её появление как-то связано со Стасом.
- Я? - отвечает она, постукивая наманикюренным ноготком по краю чашки, словно оценивая, насколько резкой может быть со мной. - Любовница вашего мужа.
Её слова звучат с таким дерзким вызовом, что у меня возникает желание схватить её за шкирку, и, протащив по столу, выбросить вон из моей кофейни.
#измена #развод #сильная_героиня #месть #всем_по_заслугам #бумеранг
- Вы кто? - спрашиваю у неё и даже бровь невольно приподнимаю. Мне даже в голову не приходит, что её появление как-то связано со Стасом.
- Я? - отвечает она, постукивая наманикюренным ноготком по краю чашки, словно оценивая, насколько резкой может быть со мной. - Любовница вашего мужа.
Её слова звучат с таким дерзким вызовом, что у меня возникает желание схватить её за шкирку, и, протащив по столу, выбросить вон из моей кофейни.
#измена #развод #сильная_героиня #месть #всем_по_заслугам #бумеранг
— Я подаю на развод!
Тарелка выскользнула из моих рук и разбилась вдребезги.
Медленно обернулась. Андрей стоял в дверном проёме — мой муж, отец моего ребёнка, человек, ради которого я бросила работу и наплевала на карьеру. Смотрел куда-то мимо меня, словно я была частью интерьера.
— Андрей, прекрати, — устало выдохнула я, прижимая ладонь к виску. — Мне сейчас правда не до твоих дурацких шуток.
— Это не шутка.
Кровь ударила в виски. В груди всё сжалось, будто кислотой плеснули.
Входная дверь хлопнула. В прихожей раздался звонкий, молодой голос:
— Котик, ну что ты там так долго?
Тарелка выскользнула из моих рук и разбилась вдребезги.
Медленно обернулась. Андрей стоял в дверном проёме — мой муж, отец моего ребёнка, человек, ради которого я бросила работу и наплевала на карьеру. Смотрел куда-то мимо меня, словно я была частью интерьера.
— Андрей, прекрати, — устало выдохнула я, прижимая ладонь к виску. — Мне сейчас правда не до твоих дурацких шуток.
— Это не шутка.
Кровь ударила в виски. В груди всё сжалось, будто кислотой плеснули.
Входная дверь хлопнула. В прихожей раздался звонкий, молодой голос:
— Котик, ну что ты там так долго?
Выберите полку для книги