Книги по тегу «сильная героиня»: ""
Дверь в спальню приоткрыта. Из-за нее льется мягкий свет и доносятся звуки – негромкие голоса, смех, шорохи.
Дверь поддается от легкого касания моих пальцев. И мир останавливается.
Максим – мой муж, отец моего ребенка, мужчина, которого я любила пятнадцать лет – лежит в нашей постели. А рядом с ним женщина, которую я никогда раньше не видела. Молодая, с идеальной фигурой. Ее голова покоится на его груди, рука лежит на животе.
Они не замечают меня. Она что-то шепчет ему, и он смеется… Вокруг кровати – разбросанная одежда, на прикроватной тумбочке
– Милая, давай еще раз, у нас ведь все время мира, – говорит Максим, и его голос звучит расслабленно, интимно. Как будто они делали это уже много раз. Как будто они привыкли быть вместе. Здесь. В нашем доме. В нашей постели.
Я не выдерживаю и издаю звук – нечто среднее между вздохом и всхлипом. Максим резко поднимает голову, и наши взгляды встречаются.
– Елена, – произносит он ровным голосом. – Ты должна была быть в городе.
Дверь поддается от легкого касания моих пальцев. И мир останавливается.
Максим – мой муж, отец моего ребенка, мужчина, которого я любила пятнадцать лет – лежит в нашей постели. А рядом с ним женщина, которую я никогда раньше не видела. Молодая, с идеальной фигурой. Ее голова покоится на его груди, рука лежит на животе.
Они не замечают меня. Она что-то шепчет ему, и он смеется… Вокруг кровати – разбросанная одежда, на прикроватной тумбочке
– Милая, давай еще раз, у нас ведь все время мира, – говорит Максим, и его голос звучит расслабленно, интимно. Как будто они делали это уже много раз. Как будто они привыкли быть вместе. Здесь. В нашем доме. В нашей постели.
Я не выдерживаю и издаю звук – нечто среднее между вздохом и всхлипом. Максим резко поднимает голову, и наши взгляды встречаются.
– Елена, – произносит он ровным голосом. – Ты должна была быть в городе.
Меня готовили к роли принцессы. Судьба назначила меня невестой Злодея. А я сама выбрала путь стали.
Вся моя жизнь — это уроки этикета, тонны шелка и притворная улыбка. Моя единственная обязанность — выйти замуж за Лорда Тьмы, дабы скрепить союз королевств. Все меня ненавидят за моего «прелестного» жениха, а сестра мечтает столкнуть меня с лестницы в короне. Но их ненависть — просто фон для моей настоящей мечты.
Я хочу не носить платья, а доспехи. Не танцевать на балах, а сражаться на турнирах. И когда я узнаю, что мой брак — на самом деле ссылка в соседнее королевство «на перевоспитание», я объявляю войну всему миру. С помощью моих верных фамильяров-бабочек и… самого ненавистного жениха, который, оказывается, не так уж прост, я пойду напролом.
Потому что эта «хрупкая» невеста держит в руке не букет, а меч. И готова им воспользоваться.
Вся моя жизнь — это уроки этикета, тонны шелка и притворная улыбка. Моя единственная обязанность — выйти замуж за Лорда Тьмы, дабы скрепить союз королевств. Все меня ненавидят за моего «прелестного» жениха, а сестра мечтает столкнуть меня с лестницы в короне. Но их ненависть — просто фон для моей настоящей мечты.
Я хочу не носить платья, а доспехи. Не танцевать на балах, а сражаться на турнирах. И когда я узнаю, что мой брак — на самом деле ссылка в соседнее королевство «на перевоспитание», я объявляю войну всему миру. С помощью моих верных фамильяров-бабочек и… самого ненавистного жениха, который, оказывается, не так уж прост, я пойду напролом.
Потому что эта «хрупкая» невеста держит в руке не букет, а меч. И готова им воспользоваться.
– Катя, – тихо произнёс мой жених. – Ты же умная девочка. То, что я женюсь на Милане, не значит, что всё между нами закончено.
Моя подруга всхлипнула.
– Я не могу смотреть, как ты говоришь ей клятву. Мы же... были вместе. И тебе было хорошо. Не ври, ты ведь чувствовал!
– Чувствовал, – усмехнулся он. – Но, милая, чувства – это роскошь, которую могут себе позволить бедные.
– Что ты имеешь в виду? – спросила Катя.
– Всё просто. Мой выбор сделан не сердцем, а выгодой, – произнёс он без малейшего смущения. – У тебя, увы, нет богатого отца, банковского счёта, недвижимости и компании, занимающей первое место на рынке.
Всё, что я чувствовала – это отчаяние, злость, боль и… странное, почти спокойное осознание: надо поставить точку.
Я выпрямилась, медленно вдохнула. Руки дрожали, но я толкнула дверь.
– О, а вот и невеста, – произнесла я, не узнавая собственный голос. – Знаешь, Олег, ты прав. Деньги правда надёжнее чувств. Особенно если чувства у тебя такие… одноразовые.
Моя подруга всхлипнула.
– Я не могу смотреть, как ты говоришь ей клятву. Мы же... были вместе. И тебе было хорошо. Не ври, ты ведь чувствовал!
– Чувствовал, – усмехнулся он. – Но, милая, чувства – это роскошь, которую могут себе позволить бедные.
– Что ты имеешь в виду? – спросила Катя.
– Всё просто. Мой выбор сделан не сердцем, а выгодой, – произнёс он без малейшего смущения. – У тебя, увы, нет богатого отца, банковского счёта, недвижимости и компании, занимающей первое место на рынке.
Всё, что я чувствовала – это отчаяние, злость, боль и… странное, почти спокойное осознание: надо поставить точку.
Я выпрямилась, медленно вдохнула. Руки дрожали, но я толкнула дверь.
– О, а вот и невеста, – произнесла я, не узнавая собственный голос. – Знаешь, Олег, ты прав. Деньги правда надёжнее чувств. Особенно если чувства у тебя такие… одноразовые.
— Я тебе уже говорил прекратить любые отношения с Юлей, Глеб! — доносится до меня раздраженный голос мужа.
— А я говорил, чтобы ты не лез в мою личную жизнь, пап! — огрызается наш сын.
Не хочу подслушивать, но если не потушу этот пожар сейчас, праздник будет окончательно испорчен. Господи, ну чего Матвей так разбушевался? Неужели сам не помнит уже как мы с ним были молодыми и так же обжимались по углам? Юля дочь моей лучшей подруги, они с Глебом с детства вместе, так что я не удивлена, что у них зародились чувства.
— Сейчас не время устраивать бунт, просто послушай меня сын, ладно?
— Какого черта? Я ее люблю, пап!
— Нельзя! — в сердцах рявкает муж. — Нельзя тебе ее любить, сын! Она моя дочь!
— А я говорил, чтобы ты не лез в мою личную жизнь, пап! — огрызается наш сын.
Не хочу подслушивать, но если не потушу этот пожар сейчас, праздник будет окончательно испорчен. Господи, ну чего Матвей так разбушевался? Неужели сам не помнит уже как мы с ним были молодыми и так же обжимались по углам? Юля дочь моей лучшей подруги, они с Глебом с детства вместе, так что я не удивлена, что у них зародились чувства.
— Сейчас не время устраивать бунт, просто послушай меня сын, ладно?
— Какого черта? Я ее люблю, пап!
— Нельзя! — в сердцах рявкает муж. — Нельзя тебе ее любить, сын! Она моя дочь!
- Папа! - сын бежит к моему мужу, как всегда, расставив в стороны руки.
- Не трогай меня! - он отталкивает его, будто прокаженного.
И это мой муж. Отец моих детей. Глава образцовой семьи… По крайней мере, так было до вчерашнего дня. До того, как я застала его с любовницей в ресторане. До того, как услышала от его пассии:
- Выброси этого мелкого прихвостня вместе с мамашей! Мне не нужны чужие дети.
Теперь Игнат требует тест на отцовство. Угрожает забрать все. Но он забыл, что я не беременная дурочка. Я та, кто за шесть лет узнала его лучше, чем саму себя. Со мной шутить опасно!
- Не трогай меня! - он отталкивает его, будто прокаженного.
И это мой муж. Отец моих детей. Глава образцовой семьи… По крайней мере, так было до вчерашнего дня. До того, как я застала его с любовницей в ресторане. До того, как услышала от его пассии:
- Выброси этого мелкого прихвостня вместе с мамашей! Мне не нужны чужие дети.
Теперь Игнат требует тест на отцовство. Угрожает забрать все. Но он забыл, что я не беременная дурочка. Я та, кто за шесть лет узнала его лучше, чем саму себя. Со мной шутить опасно!
Просыпаюсь после операции и читаю сообщение на телефоне: «Женя, я подаю на развод. Не звони мне, пожалуйста».
Пишу: «Давай поговорим нормально».
Ответ приходит мгновенно: «Мне нечего тебе сказать. Всё уже решено. Так будет лучше для нас обоих».
Я сжимаю смартфон в руке и не знаю, плакать или смеяться.
Два года вместе, полтора из которых — в браке. Два года, в течение которых я старалась быть хорошей женой. Готовила, убирала, поддерживала его во всём. Любила — и до сих пор люблю.
И вот благодарность..
А что, если у него есть другая?
И самый главный вопрос, который вытесняет всё остальное:
Как жить дальше?
***
Муж сообщает мне о разводе смс-сообщением. Оказалось, у него есть любовница, а я мешаю их счастью. Свекровь выгоняет меня из дома с вещами. Я могла бы опустить руки, но не собираюсь радовать этих двоих своей слабостью.
Я докажу, что смогу начать всё с чистого листа.
Потому что после предательства мужа жизнь не заканчивается.
Пишу: «Давай поговорим нормально».
Ответ приходит мгновенно: «Мне нечего тебе сказать. Всё уже решено. Так будет лучше для нас обоих».
Я сжимаю смартфон в руке и не знаю, плакать или смеяться.
Два года вместе, полтора из которых — в браке. Два года, в течение которых я старалась быть хорошей женой. Готовила, убирала, поддерживала его во всём. Любила — и до сих пор люблю.
И вот благодарность..
А что, если у него есть другая?
И самый главный вопрос, который вытесняет всё остальное:
Как жить дальше?
***
Муж сообщает мне о разводе смс-сообщением. Оказалось, у него есть любовница, а я мешаю их счастью. Свекровь выгоняет меня из дома с вещами. Я могла бы опустить руки, но не собираюсь радовать этих двоих своей слабостью.
Я докажу, что смогу начать всё с чистого листа.
Потому что после предательства мужа жизнь не заканчивается.
РАССКАЗ ЗАКОНЧЕН! ПЕРВЫЕ ДНИ ПРОДАЖ САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА!
— Представляешь, — звенел голос девицы, — когда Вера узнает, что этот дом мы строили для нас? Она так старалась, подбирала каждый сантиметр…
— Перестань, — муж прервал ее страстным поцелуем. — Вера старуха, уже отыграла свое.
У меня загудело в ушах. Положительный тест на беременность в правом кармане потяжелел до тонны, словно неподъёмный камень.
— А ребенок? — не унималась Лика— Ты же говорил, она хочет второго. Вдруг чудом забеременеет?
И тогда мой муж, мужчина, которого я любила половину своей жизни, отец моей дочери, сказал то, что навсегда отпечаталось в моем мозгу раскаленным железом.
— Если она и забеременеет, я не приму ребенка. В сорок лет рожать — это безумие. Родится инвалидом, и кто будет виноват? Я не готов воспитывать неполноценного ребенка ради ее капризов. Старые женщины должны уходить достойно!
— Представляешь, — звенел голос девицы, — когда Вера узнает, что этот дом мы строили для нас? Она так старалась, подбирала каждый сантиметр…
— Перестань, — муж прервал ее страстным поцелуем. — Вера старуха, уже отыграла свое.
У меня загудело в ушах. Положительный тест на беременность в правом кармане потяжелел до тонны, словно неподъёмный камень.
— А ребенок? — не унималась Лика— Ты же говорил, она хочет второго. Вдруг чудом забеременеет?
И тогда мой муж, мужчина, которого я любила половину своей жизни, отец моей дочери, сказал то, что навсегда отпечаталось в моем мозгу раскаленным железом.
— Если она и забеременеет, я не приму ребенка. В сорок лет рожать — это безумие. Родится инвалидом, и кто будет виноват? Я не готов воспитывать неполноценного ребенка ради ее капризов. Старые женщины должны уходить достойно!
Егор и Диана. Химия? Да, как у динамита и спички.
В школе он был королем поля и ее личным обидчиком. Она – очкастым ботаном, который всегда давал сдачи. Они ненавидели друг друга лютой, лютой ненавистью. Казалось, так будет всегда.
Но судьба, как оказалось, обладает извращенным чувством юмора.
Теперь они студенты одного университета. А еще... соседи по комнате. В одной комнате поселились футбольный бог и готичная ботаничка с языком-бритвой. Война началась с нового витка: его носки против ее книг, его тренировки против ее ночных бдений над проектами.
Все шло по плану, пока однажды Диана не надела черное платье. Очень короткое. И не спросила с притворной невинностью: «Егорик, смотри, как это на мне сидит?».
Сможет ли выжить его мужское эго? Сможет ли она спрятать свои настоящие чувства за колючими шутками? И что сильнее: старая вражда или новое, запретное влечение?
В школе он был королем поля и ее личным обидчиком. Она – очкастым ботаном, который всегда давал сдачи. Они ненавидели друг друга лютой, лютой ненавистью. Казалось, так будет всегда.
Но судьба, как оказалось, обладает извращенным чувством юмора.
Теперь они студенты одного университета. А еще... соседи по комнате. В одной комнате поселились футбольный бог и готичная ботаничка с языком-бритвой. Война началась с нового витка: его носки против ее книг, его тренировки против ее ночных бдений над проектами.
Все шло по плану, пока однажды Диана не надела черное платье. Очень короткое. И не спросила с притворной невинностью: «Егорик, смотри, как это на мне сидит?».
Сможет ли выжить его мужское эго? Сможет ли она спрятать свои настоящие чувства за колючими шутками? И что сильнее: старая вражда или новое, запретное влечение?
— Я хочу развестись, отдай мне сына, и ты свободен, — мой голос совсем неживой. — Спи хоть со всеми женщинами сразу!
— Свободен? — внезапный резкий смех вырывается изо рта Андрея. — Ты спятила, солнце! Я и так всегда был свободен!
— Просто скажи, где он…
— Даже не думай, что я отпущу его. Или тебя.
Я в ловушке. Мой брак разрушен, мой муж мне изменяет так же легко, как дышит. Любовь давно мертва.
Но отпускать меня он не собирается, потому что любит моего ребенка.
И его не останавливает то, что он от другого. Давно погибшего, но все еще мной любимого.
Но этот призрак вновь посещает меня, потому что он, кажется… жив.
Вас ждет:
#Измена и развод
#Тайный ребенок
#Сильная героиня
#Настоящий мужчина врач
#Встреча через время
#Надежда и исцеление
#И любовь побеждающая смерть
— Свободен? — внезапный резкий смех вырывается изо рта Андрея. — Ты спятила, солнце! Я и так всегда был свободен!
— Просто скажи, где он…
— Даже не думай, что я отпущу его. Или тебя.
Я в ловушке. Мой брак разрушен, мой муж мне изменяет так же легко, как дышит. Любовь давно мертва.
Но отпускать меня он не собирается, потому что любит моего ребенка.
И его не останавливает то, что он от другого. Давно погибшего, но все еще мной любимого.
Но этот призрак вновь посещает меня, потому что он, кажется… жив.
Вас ждет:
#Измена и развод
#Тайный ребенок
#Сильная героиня
#Настоящий мужчина врач
#Встреча через время
#Надежда и исцеление
#И любовь побеждающая смерть
Что общего у миллиардера и простой продавщицы? У него есть деньги, власть, харизма, а я… я могу спасти многомиллиардный контракт. Для этого достаточно притвориться его женой. На время.
Только он так смотрит, что у меня перехватывает дыхание. И я уже не знаю, где настоящее чувство, а где всего лишь роль, ведь наши отношения всего лишь выгодная сделка.
Или уже нет?
Только он так смотрит, что у меня перехватывает дыхание. И я уже не знаю, где настоящее чувство, а где всего лишь роль, ведь наши отношения всего лишь выгодная сделка.
Или уже нет?
Выберите полку для книги