Книги по тегу «сильная героиня»: ""
Алиса - хакер, которая отчаянно ищет способ вернуть родителей, что много лет пребывают в месте, где держат самых опасных преступников мира. Попытки спасения приводят Алису к успеху, но вместе с тем являются причиной ее похищения бессмертными на космический корабль будущего. Встреча с капитаном корабля переворачивает жизнь с ног на голову. Что если он – её судьба?
Их разделяет пропасть в полтора века, и каждый шаг к нему отдаляет от намеченной цели. Неужели выхода нет? Поддаться чувствам или запереть своё сердце навсегда?
Их разделяет пропасть в полтора века, и каждый шаг к нему отдаляет от намеченной цели. Неужели выхода нет? Поддаться чувствам или запереть своё сердце навсегда?
— Ты не должна была узнать… вот так, — сказала Ирка.
— А как? Как я должна была узнать? — закричала я. — Вы собирались прислать мне уведомление на Госуслугах?!
Я поймала мужа со своей лучшей подругой.
Вычеркнула обоих из своей жизни. Осталась наедине с болью и обидой.
Могла ли я подумать, что найду утешение и истинное счастье в объятиях ее двадцатилетнего сына?
— А как? Как я должна была узнать? — закричала я. — Вы собирались прислать мне уведомление на Госуслугах?!
Я поймала мужа со своей лучшей подругой.
Вычеркнула обоих из своей жизни. Осталась наедине с болью и обидой.
Могла ли я подумать, что найду утешение и истинное счастье в объятиях ее двадцатилетнего сына?
Их заточили в разные клетки: золотую и каменную.
Они сбежали, чтобы построить общий дом.
Но охотник уже идёт по следу.
Он — немой зверь, выкованный тираном как орудие.
Она — последняя принцесса, у которой отняли всё, кроме воли к жизни.
Их любовь — это бунт против прошлого, которое хочет вернуть их в неволю.
История о том, как из жестокости рождается нежность, а из страха — бесстрашие.
О том, что настоящее исцеление начинается, когда находишь того, кто видит в тебе человека, а не зверя или жертву.
Они сбежали, чтобы построить общий дом.
Но охотник уже идёт по следу.
Он — немой зверь, выкованный тираном как орудие.
Она — последняя принцесса, у которой отняли всё, кроме воли к жизни.
Их любовь — это бунт против прошлого, которое хочет вернуть их в неволю.
История о том, как из жестокости рождается нежность, а из страха — бесстрашие.
О том, что настоящее исцеление начинается, когда находишь того, кто видит в тебе человека, а не зверя или жертву.
Перехожу к прикроватной тумбочке и начинаю вытирать на ней пыль, переставляю фото в рамке, и тут свет меркнет в моих глазах.
На фото — мой Ильдар. Красивый. Неотразимый.
С проседью в волосах.
Стоит, глядя перед собой в камеру, а на шее у него висит эта самая девчонка, клиентка, у которой я сейчас убираюсь в спальне! В спальне, ещё помнящей их жаркий шёпот!
***
— Никакого развода, — я в первый раз вижу своего мужа таким.
Чужим. Жестоким.
— Ты не смогла родить мне сына, и теперь качаешь права?! Твоё место у моих ног, ясно, женщина?
На фото — мой Ильдар. Красивый. Неотразимый.
С проседью в волосах.
Стоит, глядя перед собой в камеру, а на шее у него висит эта самая девчонка, клиентка, у которой я сейчас убираюсь в спальне! В спальне, ещё помнящей их жаркий шёпот!
***
— Никакого развода, — я в первый раз вижу своего мужа таким.
Чужим. Жестоким.
— Ты не смогла родить мне сына, и теперь качаешь права?! Твоё место у моих ног, ясно, женщина?
Захожу в кабинет нашего с мужем семейного психолога и застаю его с ней в постели…
— Оль, иди уже ко мне, моя сладкая, мне срочно нужна твоя психологическая помощь! — говорит мой муж, обращаясь к ней.
Увидев меня, он резко вскакивает, в панике хватая одежду и неловко пытаясь прикрыться, будто я ещё могла не понять, не увидеть, не осознать очевидное.
— Вика? Что ты здесь делаешь?! — он даже пошатывается от шока.
— Пришла убедиться, что ты мне больше не нужен, Андрей, — чеканю я, чувствуя, как дрожит голос.
— Выйдите из моего кабинета! Немедленно! — заговорила та, что должна спасать семьи, а не рушить их.
— Вы точно психолог? — я горько усмехаюсь. — Как вам вообще не стыдно работать с людьми после этого?!
— Я сказала — выйдите! Ваш муж сам вам изменил, потому что вы его не цените!
— Не ценю?! Вы со всеми чужими мужьями спите, чтобы разрушать семьи? Или это у вас особый «метод терапии»?! — смеюсь нервно, ощущая как рушится мой брак.
— Оль, иди уже ко мне, моя сладкая, мне срочно нужна твоя психологическая помощь! — говорит мой муж, обращаясь к ней.
Увидев меня, он резко вскакивает, в панике хватая одежду и неловко пытаясь прикрыться, будто я ещё могла не понять, не увидеть, не осознать очевидное.
— Вика? Что ты здесь делаешь?! — он даже пошатывается от шока.
— Пришла убедиться, что ты мне больше не нужен, Андрей, — чеканю я, чувствуя, как дрожит голос.
— Выйдите из моего кабинета! Немедленно! — заговорила та, что должна спасать семьи, а не рушить их.
— Вы точно психолог? — я горько усмехаюсь. — Как вам вообще не стыдно работать с людьми после этого?!
— Я сказала — выйдите! Ваш муж сам вам изменил, потому что вы его не цените!
— Не ценю?! Вы со всеми чужими мужьями спите, чтобы разрушать семьи? Или это у вас особый «метод терапии»?! — смеюсь нервно, ощущая как рушится мой брак.
- Я был бы благодарен, если бы вы с дочкой съехали из моей квартиры.
- А сюда ты позовёшь Анжелику и её сына?
- Им жить негде.
- А нам куда деваться?
- Поживите пока у твоей мамы. Потом я что-нибудь для вас найду.
***
Пять лет мы жили в гражданском браке, у нас родилась дочь, и я искренне верила, что штамп в паспорте ничего не значит. Я ведь уже и так жена. Наивная! Мужчина, которого я считала мужем, встретил свою школьную любовь и попросил нас с дочкой освободить его жилплощадь. Оказывается, всё это время я была вовсе не женой, а удобным вариантом.
- А сюда ты позовёшь Анжелику и её сына?
- Им жить негде.
- А нам куда деваться?
- Поживите пока у твоей мамы. Потом я что-нибудь для вас найду.
***
Пять лет мы жили в гражданском браке, у нас родилась дочь, и я искренне верила, что штамп в паспорте ничего не значит. Я ведь уже и так жена. Наивная! Мужчина, которого я считала мужем, встретил свою школьную любовь и попросил нас с дочкой освободить его жилплощадь. Оказывается, всё это время я была вовсе не женой, а удобным вариантом.
— Почему ты собираешь вещи ночью? У нас проблемы?
— У тебя проблемы, Ань. Большие. — Кирилл нервно усмехнулся, запихивая деньги из сейфа в карман.
— Я давно тебе изменяю, Ань и... так вышло, связался не с той бабой. Она залетела, а я её бросил, а теперь ее чокнутый братец хочет моей крови.
— Погоди, что? Ты изменил мне… и бросил беременную?
— Ой, все, не время читать мораль! — перебил он. — Я отдал Климову всё, что у нас было. Клинику, квартиру, машину.
— У нас? Это было моё! А квартира вообще бабушки...
— Было твоё, стало его... У меня не было выбора! — рявкнул он, отталкивая меня с прохода. — Либо плачу долг, либо он меня закопает. Денег у меня нет. Зато есть ты и твое имущество. Ну и бабка твоя... в надежном месте. В одной частной клинике для душевнобольных.
— Что?! Она здорова! Зачем?!
— Чтобы продать дачу и закрыть часть долга. Старуха упиралась, пришлось… изолировать.
— Ты продал меня…
— Спасаю свою шкуру, а Климов не тронет женщину. Наверное.
— У тебя проблемы, Ань. Большие. — Кирилл нервно усмехнулся, запихивая деньги из сейфа в карман.
— Я давно тебе изменяю, Ань и... так вышло, связался не с той бабой. Она залетела, а я её бросил, а теперь ее чокнутый братец хочет моей крови.
— Погоди, что? Ты изменил мне… и бросил беременную?
— Ой, все, не время читать мораль! — перебил он. — Я отдал Климову всё, что у нас было. Клинику, квартиру, машину.
— У нас? Это было моё! А квартира вообще бабушки...
— Было твоё, стало его... У меня не было выбора! — рявкнул он, отталкивая меня с прохода. — Либо плачу долг, либо он меня закопает. Денег у меня нет. Зато есть ты и твое имущество. Ну и бабка твоя... в надежном месте. В одной частной клинике для душевнобольных.
— Что?! Она здорова! Зачем?!
— Чтобы продать дачу и закрыть часть долга. Старуха упиралась, пришлось… изолировать.
— Ты продал меня…
— Спасаю свою шкуру, а Климов не тронет женщину. Наверное.
«Я ухожу, чтобы вам не пришлось меня делить».
Эта записка, найденная на подушке десятилетней дочери, перечеркнула всю мою жизнь.
Мы с мужем — лучшие адвокаты города. Акулы, способные выиграть любой процесс. Мы привыкли делить имущество, акции и миллиарды. Но когда наш брак рухнул, мы совершили роковую ошибку — начали делить собственных детей.
Я мстила ему изменой. Он мстил мне, приводя любовницу на корпоратив. Мы превратили наш элитный дом в поле боя, где каждый удар предназначался в сердце, но попадал по нашим детям. Мы были так заняты войной друг с другом, что не заметили, как открылось окно в детской...
Теперь у нас нет истца и ответчика. Есть только двое раздавленных родителей в ледяном лесу и одна надежда на двоих. Сможем ли мы забыть взаимную ненависть, чтобы спасти дочь? Или наш приговор уже приведен в исполнение?
В тексте есть: 💔 Очень эмоционально и на разрыв 💔 Измена и предательство 💔 Властный герой и сильная героиня 💔 Дети как разменная монета 💔 Сложный путь к прощ
Эта записка, найденная на подушке десятилетней дочери, перечеркнула всю мою жизнь.
Мы с мужем — лучшие адвокаты города. Акулы, способные выиграть любой процесс. Мы привыкли делить имущество, акции и миллиарды. Но когда наш брак рухнул, мы совершили роковую ошибку — начали делить собственных детей.
Я мстила ему изменой. Он мстил мне, приводя любовницу на корпоратив. Мы превратили наш элитный дом в поле боя, где каждый удар предназначался в сердце, но попадал по нашим детям. Мы были так заняты войной друг с другом, что не заметили, как открылось окно в детской...
Теперь у нас нет истца и ответчика. Есть только двое раздавленных родителей в ледяном лесу и одна надежда на двоих. Сможем ли мы забыть взаимную ненависть, чтобы спасти дочь? Или наш приговор уже приведен в исполнение?
В тексте есть: 💔 Очень эмоционально и на разрыв 💔 Измена и предательство 💔 Властный герой и сильная героиня 💔 Дети как разменная монета 💔 Сложный путь к прощ
🩵🤎🩵 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 🩵🤎🩵
— Он уже год ко мне ездит, — нагло усмехается сестра, отпивая из бокала моего мужа. — Потому что устал тебя жалеть. Устал делать вид, что его возбуждает это унылое бревно, которое он по ошибке женой называет!
Стою посреди собственной квартиры, чувствуя, как рушится мир, который я считала своим.
Свечи догорают, ужин остывает, а я никак не могу осознать, что та, кто должна была быть ближе всех, уже год спит в моей постели с моим мужем.
Что делать, если твоя семья рухнула не из-за чужой женщины, а из-за родной сестры?
И как собрать себя заново, если вместо любви и доверия тебе оставили только унижение и боль?
— Он уже год ко мне ездит, — нагло усмехается сестра, отпивая из бокала моего мужа. — Потому что устал тебя жалеть. Устал делать вид, что его возбуждает это унылое бревно, которое он по ошибке женой называет!
Стою посреди собственной квартиры, чувствуя, как рушится мир, который я считала своим.
Свечи догорают, ужин остывает, а я никак не могу осознать, что та, кто должна была быть ближе всех, уже год спит в моей постели с моим мужем.
Что делать, если твоя семья рухнула не из-за чужой женщины, а из-за родной сестры?
И как собрать себя заново, если вместо любви и доверия тебе оставили только унижение и боль?
Я сворачиваю с основной трассы в сторону дома и замечаю женщину с младенцем в люльке.
— Вам куда?
Девушка вся в снегу подходит ближе, прижимая к себе люльку.
— В поселок. Подвезете?
Я смотрю на младенца. Он спит, щеки и носик розовые.
— Садитесь, — решаю я.
— Мы едем к отцу моей малышки, — рассказывает она мне по дороге. — Я хочу показать его жене правду.
У меня внутри все холодеет. Не хотелось бы мне оказаться на месте той жены.
Я высаживаю девушку у магазина в нашем поселке. А позже, когда мы с семьей уже сидим за праздничным столом, раздается звонок в дверь.
Я открываю и вижу ту самую девушку с младенцем.
— Так вы и есть жена Игоря… — говорит она.
Как раз в этот момент в коридор выходит мой муж.
— Алл, кто там пришел? — Он видит гостей, и его брови ползут вверх.
— Вам куда?
Девушка вся в снегу подходит ближе, прижимая к себе люльку.
— В поселок. Подвезете?
Я смотрю на младенца. Он спит, щеки и носик розовые.
— Садитесь, — решаю я.
— Мы едем к отцу моей малышки, — рассказывает она мне по дороге. — Я хочу показать его жене правду.
У меня внутри все холодеет. Не хотелось бы мне оказаться на месте той жены.
Я высаживаю девушку у магазина в нашем поселке. А позже, когда мы с семьей уже сидим за праздничным столом, раздается звонок в дверь.
Я открываю и вижу ту самую девушку с младенцем.
— Так вы и есть жена Игоря… — говорит она.
Как раз в этот момент в коридор выходит мой муж.
— Алл, кто там пришел? — Он видит гостей, и его брови ползут вверх.
Выберите полку для книги