Книги по тегу «сложные отношения»: ""

Терминатор — человек-легенда, чья воля — закон, а слово решает судьбы. Его мир — это власть, деньги и жестокость, где нет места слабости.
Она, разглядела в нём то, чего не замечал никто другой — остатки человечности и тусклый свет добра. Чтобы защитить её, ему придётся вспомнить, что значит чувствовать.
Вот только старые враги и новые угрозы поднимают голову, решив, что нашли его уязвимое место. Они жестоко ошибаются. Потому что, тронув её, они разбудят не человека — они разбудят Терминатора.

Всю дорогу обратно его преследовала одна мысль: «Как я мог? Как я мог предать её в самый важный день нашей жизни?»
Когда такси подъехало к особняку и он увидел Алесу на террасе — измученную, но всё ещё прекрасную в своём свадебном платье, — ненависть к самому себе стала почти физической болью.
Но он не мог ей сказать. Не сейчас. Не сегодня.
Может быть, никогда.
Он обнял свою жену и солгал, что всё в порядке.
И этой ложью начался их брак.

Неожиданно для себя Стелла оказывается в королевском дворце. Рядом с самим принцем. При этом память отказывается раскрывать тайну своего спасения, а ведь она прекрасно помнила, что выпила яд. Но всё это меркнет на фоне её нового назначения и уровня доверия. Она теперь знает имя принца, купается в мужской нежности и любви, пока на неё косится весь королевский двор. Но люди не меняются так просто. Узнает ли она настоящую причину своих злоключений. Найдётся ли для неё защитник? И сможет ли девушка разгадать настоящую сущность наследника?

— Ого, — я беру машинку в руки, она тяжёлая, прохладная. — Какая красивая, Женя.
Он смеётся, шмыгает носом.
— Папа сказал, что если я соберу без помощи, то он мне потом самолёт купит. Настоящий! Только маленький.
— Верю, — говорю я. — С твоими руками всё получится.
Он гордо выпрямляется, берёт машинку обратно, крутит колёса.
Мы улыбаемся друг другу. За дверью — звук шагов, короткий, уверенный.
Женя оборачивается.
Шаги ближе. Замок щёлкает, дверь открывается.
— Папа, ты вернулся раньше! — кричит он, бросает конструктор на стол и бежит в прихожую.
Я не двигаюсь. Почему-то дыхание перехватывает. В воздухе появляется тот самый запах — немного табака, немного древесины, немного чего-то, что я слишком хорошо помню.
Оборачиваюсь.
Мирон стоит в дверях, держит... сына на руках. Женя что-то рассказывает ему, машет руками, но я уже не слышу.
Бывший муж смотрит на меня. Долго, прямо, без улыбки.
— Неожиданная встреча, — говорит наконец, тихо, почти без эмоций. — Ну здравствуй, Надя.

Просыпаюсь после операции и читаю сообщение на телефоне: «Женя, я подаю на развод. Не звони мне, пожалуйста».
Пишу: «Давай поговорим нормально».
Ответ приходит мгновенно: «Мне нечего тебе сказать. Всё уже решено. Так будет лучше для нас обоих».
Я сжимаю смартфон в руке и не знаю, плакать или смеяться.
Два года вместе, полтора из которых — в браке. Два года, в течение которых я старалась быть хорошей женой. Готовила, убирала, поддерживала его во всём. Любила — и до сих пор люблю.
И вот благодарность..
А что, если у него есть другая?
И самый главный вопрос, который вытесняет всё остальное:
Как жить дальше?
***
Муж сообщает мне о разводе смс-сообщением. Оказалось, у него есть любовница, а я мешаю их счастью. Свекровь выгоняет меня из дома с вещами. Я могла бы опустить руки, но не собираюсь радовать этих двоих своей слабостью.
Я докажу, что смогу начать всё с чистого листа.
Потому что после предательства мужа жизнь не заканчивается.

Это история о зарождающейся любви. Она хрупка, как росток, пробивающийся сквозь землю.
Он — вдовец, и его жизнь сосредоточена на единственной дочери, ради которой он готов на всё.
Она только что окончила школу, но её мечты рухнули в один момент: её насильно выдают замуж.
Смогут ли герои, несмотря на все преграды, сохранить свои чувства?

Злая ведьма прокляла целую страну и была осуждена карателем. У неё отняли всё: молодость, магию и красоту... Казалось бы: при чём тут я?
Но именно меня засунули в тело злодейки, призвав из другого мира! И, знаете, было бы неплохо изменить сюжет, ведь это всего лишь мир книги, но... Ведьма уже осуждена, а мне досталось лишь её дряхлое тело. Что же теперь делать?
Спасти беглеца, (не) попасться главным героям, и... Освободить морского бога, что спит глубоко под землей. Но кто вы, господин Хранитель? И почему вас не было в оригинальной истории...?

– Привет, солнышко. – Раздался в трубке знакомый металлический голос.
– Слушай, тебе не надоело? – я уселась на постель.
– О, нет. Мне нравится слушать твой голос.
– Ты маньяк?
– О, да.
– О, господи... – вздохнула я. – За что мне этот кошмар... Что я тебе сделала?

Мой преследователь выходит на новый уровень. Он требует встречи один на один, иначе самый близкий мне человек погибнет...

− Привет! Мы пришли, чтобы тебя купить! – Близнецы выкрикивают синхронно, отчего у меня башка начинает трещать.
− Чего? – Челюсть отвисает, громко клацнув. – Кого купить?
− Тебя!
Извлекают сторублёвую купюру.
Помятую, изрисованную какими-то цветочками.
Взмахивают перед моей перекошенной физиономией.
И в мою пятерню вкладывают.
− А теперь идём!
− Куда? – Торможу.
− К нам домой! Мы же тебя купили. Ты теперь – наш папа, и будешь жить с нами!
*****
Он разбил мне сердце, а я не стала бороться. Собрала себя по кусочкам, начав жизнь с чистого листа. Но теперь мои дети загадали на День Рождения странный подарок - они захотели папу. И вознамерились его купить...

— Тётя Лера спит с папой! — говорит мой маленький сын, навещая меня в больнице, пока моя сестра находится временно у меня дома.

— Что? — в голосе больше тишины, чем звука.
— Не поняла… Кто спит с папой? — спрашиваю, опуская руку на его плечо.

Он вгрызается в яблоко, улыбается, не замечая, как с моего лица начинает сходить краска.

— Я пришёл к папе в комнату утром, а тётя Лера у него спит в кровати, мама. Где ты спишь, — спокойно, по-детски повторяет сын.

А внутри меня — резкий ледяной удар.

— Ты видел сам? Или выдумал? — спрашиваю, но голос уже дрожит.

— Нет, не выдумал… видел. Упс, — он прикрывает ладошкой ротик. Лёгкое чувство вины появляется в его ясных глазах.

— Что, сынок? — почти шепчу, теряя контроль.

— Папа же просил тебя не расстраивать, мама… Ты же болеешь…

— Просил не говорить мне? — повторяю.

Антон молчит, но не нужно больше слов. Потом он снова издает голос:

— Да, мама… Ну ты же не расстроилась? Правда?